14 дней на любовь (СИ)

— Да, — тянусь к его губам, чтобы теперь осознанно насладиться глубоким поцелуем.
Сама впиваюсь и почту стону, сносимая напором мужчины, который скучал. Кулачки сжимаются на вороте пиджака, прижимая Романа сильнее, ближе, так, чтобы даже сквозь многочисленные юбки платья, я могла почувствовать его желание.
— Остановись, фея, — с трудом отрываемся друг от друга, — иначе платье, которое на тебя надевали двадцать минут, я сниму всего за одну, — смотрю в полыхающие огнём глаза, понимая, что мой муж настроен решительно. — А нас гости ждут. К тому же через четыре часа новый год. Пошли.
Кажется, в комнату я возвращаюсь уже другим человеком, осознавшим, что рядом любимый мужчина, который стал моим законным мужем.
Мне не суждено было испытать волнение невесты в предвкушении собственной свадьбы, праздничной суматохи и сомнений. Для меня всё произошло слишком быстро и неожиданно, но несмотря на это, мой праздник запомнится на всю жизнь нашей историей любви.
Принимаю поздравления, улыбаясь всем и каждому, но почти не запоминаю имён, представляющихся мне людей. Гостей настолько много, что иногда я на секунду теряю Рому из вида, начинаю паниковать и успокаиваюсь лишь тогда, когда мою ладошку сжимает его большая рука.
Фантастический салют в честь нашей свадьбы и нового года завершает праздник, который подарил мне Роман. Новый год, который по моим предположениям должен был стать самым ужасным, на самом деле сделал меня невероятно счастливой женщиной, получившей в подарок любимого человека, великолепный праздник и новую семью.
Иногда, желания всё-таки сбываются…
  
Эпилог
 
Анна
Открываю глаза уже в новом году. Окна зашторены, в комнате полумрак.
Вытаскиваю правую руку из-под одеяла, чтобы убедиться в наличии на пальчике обручального кольца и вновь осознать, что вчера всё было по-настоящему.
На кресле свадебное платье, которое Рома практически сорвал с меня, и лишь в последний момент сдержала мужа, чтобы сохранить наряд на память.
Шумное дыхание в шею напоминает, что теперь я не одна, а за моей спиной большое и горячее тело по-собственнически прижимает крепче. Ворочаюсь, чтобы разбудить спящего мужа и выпросить утренней ласки.
— Я не сплю, — кусает за мочку уха, пуская по телу табун мурашек. — Истязал тебя полночи, не стал будить, чтобы выспалась.
— Истязания были невероятно приятными и волнующими. Я бы не отказалась от добавки… — заявляю и почти не краснею, потому что Рома поймёт, не осудит.
Он будит во мне другую Аню, способную на страсть и волнующую дикость, полную раскрепощённость и открытость только для него одного. Не закрываюсь, делаю всё, что хочу и что способна ему дать, полностью понимая, что Рома примет меня любую. Направляет, подсказывает и выполняет мои просьбы в желании попробовать всё именно с ним, понять, что я не фригидна, просто в моей жизни мужчины были не те.
— Где мои родители?
— Остались в поместье, только их комната в другой части дома. Надеюсь, отец с мамой никого не подняли ранним утром своими криками, — Рома кривится, и я вспоминаю, как вчера он то и дела разводил своих родителей по разным углам.
— Они совсем не ладят?
— Абсолютно. Кошка с собакой и то уживаются, а они и сутки не в состоянии провести друг с другом под одной крыше. Но не пригласить маму я не мог. Отец понял и принял, хотя бы на время свадьбы.
— Свадьба… — улыбаюсь, пришло время объяснений. — Как ты всё так быстро устроил? И как Ира оказалась главным действующим лицом?
— Она приехала в понедельник забрать твои документы, и пришла ко мне, чтобы высказать своё мнение и подробно объяснить, какой я козёл.
— И ты слушал?! — знаю, насколько Ирка может быть опрометчива в колких выражениях.
— Всё, до последнего слова. Поверь. А потом доказал, что не виноват и всё было подстроено. Она поверила. Мы придумали хитроумный план по завоеванию тебя, — рычит, прикусывая за шею, а я хохочу, совершенно не сдерживаясь в эмоциях. — Подключил твою маму, а когда прилетел в Москву в помощники добавилась Лиза.
 
— Лиза… Она ведь помогла Веронике, так? — решаюсь спросить о том, что меня волнует. — Как у неё оказался ключ от квартиры?
— В пятницу Лиза прилетела в Самару и приехала в офис, попросила ключ, чтобы отдохнуть и выбрать номер в отеле, а на самом деле отдала его подруге… которую ты и увидела… — прикасается губами и трётся своей щекой о мою. — Ань, я к ней не прикасался, если ты об этом…
— Я знаю. Теперь всё знаю, — настолько счастлива открывшейся правде, что незаметно для себя ловлю скатывающиеся слезинки. — Почему так торопился со свадьбой?
— Хотел новый год встретить уже вместе, — перекатывается, подминая под себя. — К тому же, дольше без тебя не вытерпел бы. Последние пять дней итак стали невыносимыми. Люблю тебя, моя фея, — прикасается почти невесомо, отчего сердце заходится в бешеной пляске каждый раз, когда Рома произносит заветное «люблю».
В груди приятно щемит от нежности и сладкого, разливающегося по венам, удовольствия. Хочется мурчать, ощущать рядом его тепло, проникающее под кожу и обжигающее с новой силой терпкими чувствами.
Я ещё не скоро смогу не отзываться мелкой дрожью и взбесившимися бабочками на его близость, снова и снова тонуть в безграничной чёрной бездне, полностью меня поглотившей.
— Люблю…
***
Роман
5 лет спустя
— П-а-а-п, ты занят? — в дверях домашнего кабинета переминается с ноги на ногу моё янтарное счастье.
— Для тебя всегда свободен, Злата.
После моих слов, дочка вприпрыжку пересекает помещение и заскакивает ко мне на колени.
Круглое личико, большие янтарные глаза и губки бантиком — как две капли воды похожа на Аню. И волосы такие же — золотистая вьющаяся копна, собранная сейчас в два весёлых хвостика.
— Ты отдал письмо Деду Морозу?
— Да.
— Точно-точно? — прищуривается, сканируя меня.
— Конечно! Я же обещал. В прошлом году ты ведь получила именно то, что хотела?
— Да, — кивает, с радостью вспоминая огромного белого медведя.
— А что попросила в этом?
— Не скажу. Желания нельзя рассказывать, тогда они не сбудутся!
Куда уж там!
Дед Мороз письмо открыл, внимательно прочитал и уже купил кукольный дом в несколько этажей, чтобы завтра, тридцать первого декабря, положить его под высокую ёлку, которую дедушка заботливо установил в гостиной для внучки.
Вот только уложить спать Злату в новый год та ещё проблема, потому что она снова пожелает дождаться волшебника, чтобы поблагодарить лично. В прошлом году всей семье пришлось прибегнуть ко всевозможным уловкам, чтобы отвлечь мою дочь на десять минут, и в этот самый момент вытащить спрятанного медведя. В этом придётся стараться лучше, потому что Злата стала старше, и не так просто обвести вокруг пальца уже многое понимающую девочку.
— Пап, а мама болеет, да? — в глазах тревога — детская, но такая искренняя.
— Нет, котёнок. Мама не болеет, ей просто нужно больше отдыхать, потому что у неё в животике твой братик, который вот-вот появится на свет.
— А как мы его назовём?
— Семён.
— Семён… — прикрывает глазки, смакуя имя. — Мне нравится!
И только в этот момент замечаю, что дочь чёркает ручкой по свеженапечатанному договору. Ругаться бессмысленно, забирать поздно. Пусть рисует, сделаю новый. Пыхтит, будто ёжик, аккуратно выводит цветочки на бумаге.
— Злата! Ты где? — слышу приближающие шаги Ани и звонкий голосок. — Ты снова мешаешь папе? — всплёскивает руками. Сейчас будет ругаться, потому что Злата хорошо знает — когда я в кабинете, мешать нельзя.
 
— Я спросила, — тут же оправдывается мой ребёнок.
— Спросила. Подтверждаю, — уверяю жену, настроенную, не сходя с места отчитать дочь.
— Тебя тётя Лиза искала. Ты обещала ей развесить новые шарики на ёлку.
— Да-а-а! — вскакивает, еле успеваю придержать, чтобы не упала, спрыгивая на пол. — Пока, пап, — машет ручкой, и уносится по коридору в гостиную.