Ренегат (СИ)

Я взмахнул рукой и в шаге от меня появилась арка портала, внутри которой были видны очертания деревьев и пруда.
― Это же наш парк! ― воскликнул тот самый молодой дружинник и порывисто сделал шаг вперед. ― Это же Орхус? Верно?
В его глазах горел огонек надежды.
― Он самый, ― усмехнулся я и добавил: ― Дом.
По толпе прошел дружный вздох радости. Но эйфория продлилась недолго, люди вспомнили, где они и кому присягнули на верность. 
― Один шаг ― и вы окажитесь дома. Со своими семьями. Подумайте о них. О ваших женах, детях и родителях! Вам выпала уникальная возможность уже сегодня обнять их и провести ночь в своих домах в кругу родных! Лечь спать в своих постелях!
Чем дольше я говорил, тем мрачнее становились лица людей. Они то и дело поглядывали на своих командиров. И те под этими мрачными взглядами явно чувствовали себя неуютно. 
― Мы ведь умрем, если останемся? ― неожиданно спросил меня тот парень.
И толпа резко замолкла. Над скалами повисла гробовая тишина.
В глазах молодого дружинника я увидел грусть и понимание, что он обречен. Дураку понятно, что без командиров нельзя возвращаться домой. Дезертиров тут же повесят на первом же столбе. По сути, этот спектакль я устроил для барона Урсуса. Именно от него зависела сейчас судьба всех этих людей. И судя по взгляду старика, устремленному на меня, он это прекрасно понимал.
― Как твое имя? ― спросил я у парня.
― Куно, ― ответил он. ― Куно Мейер, господин. 
― А не из тех ли ты Мейеров, чья ферма находится на излучине Каменки?
― Да, господин! ― обрадовался Куно.
― Я знаю твоего отца, ― улыбнулся я. ― Моя матушка всегда говорила, что у Хеймо Мейера лучший сыр и творог.
Парень широко улыбнулся. В уголках его глаз появились слезы. 
― Уверен, твои родители ждут тебя, ― кивнул я.
― Матушка наверняка все пороги храма Покровительницы отбила, ― грустно ответил парнишка. Только сейчас я понял, что он намного младше, чем кажется. Мой одногодка. 
― Я отвечу на твой вопрос, Куно, ― холодно произнес я. Парень вздрогнул и поежился. И не только он. Пришлось придавить волей. Барон Урсус тоже почувствовал перемену в моем голосе. Вон как побледнел. Похоже, я слегка переборщил.
― Мне нечем тебя обрадовать, Куно, ― продолжил говорить я. ― И вас всех тоже!
Я обвел нестройные ряды холодным взглядом. 
― Как я уже сказал вашим командирам, хоть мы и являемся земляками, сражаемся мы по разные стороны. Вы пришли на землю гномов как захватчики. Вы помогаете Стальному королю и его некромантам уничтожить подгорное королевство. Гномы ― мои союзники. И я сражаюсь против Тьмы! Оставлять боеспособные части врага в нашем тылу ― это преступление!
Я перевел взгляд на молодого дружинника.
― Я ответил на твой вопрос, Куно?
Парень сокрушенно опустил голову и тяжело вздохнул. Люди были подавлены. Они понимали, что против меня у них нет шансов. 
Наши с бароном Урсусом взгляды встретились. Ну же старик. Решайся! Это твой шанс спастись самому и спасти своих людей! Думать о том, что в случае отказа мне придется уничтожить всех этих людей, не хотелось. Но если понадобится ― моя рука не дрогнет. Это я точно знал. Я помню пленных гномов и эльфов, которые, медленно передвигая ногами, исчезали в арке портала. Голодные, изможденные. Многих несли на руках. А ведь там были и дети… Нет, моя рука не дрогнет!
Похоже, мои мысли сейчас отразились на моем лице ― старый барон все понял. Он вздрогнул, словно очнувшись ото сна, и обвел взглядом свое воинство. 
― Сотники! ― неожиданно гаркнул он.
О сколько надежды было в глазах его воинов! И старый барон не подвел тех, кто ему доверился.
― Сворачиваем лагерь! Эти горы мне осточертели! Мы идем домой!
Остальные бароны тоже начали отдавать приказы своим сотникам. По причине того, что виконт Боарг находился в прострации, команды за него раздавал мастер Гантрам. 
Над скалами пронесся дружный радостный рев нескольких сотен глоток.
Уже спустя несколько часов, когда последний дружинник перешагнул порог портальной арки мы с бароном Урсусом остались наедине.
 
― Будь осторожен, мальчик, ― неожиданно сказал старик. ― Эгберт набрал силы. Гномы долго не продержатся.
― Благодарю за предупреждение, барон, ― кивнул я и сказал: ― Окажите мне услугу.
― Я вас слушаю, ― перешел на «вы» он.
― Передайте нашему королю, чтобы он больше не делал глупостей. Пусть выжидает. Если Стальной король попросит помощи ― пусть тянет время. 
― Я вас понял. Что-нибудь еще?
― Это все.
Старик почтительно поклонился и, резко развернувшись, исчез в портале. А через минуту арка растворилась в воздухе, и я облегченно выдохнул. Получилось. Я очень не хотел их убивать.
Постояв немного и понаблюдав за плато, где еще утром был лагерь союзных войск, я вздохнул и, не оборачиваясь, произнес:
― Выходи. Я знаю, что ты здесь. 
― Да, великий, ― услышал я за спиной хриплый голос Лу-Тари.
Матриарх кобольдов тихо приблизилась и замерла справа от меня. 
― Ты убил их всех, великий! ― восхищенно произнесла она, кивая на ладонь Потрясателя Гор. Похоже, она искренна со мной. ― Никто не успел скрыться!
Дух давно сообщил мне, что матриарх кобольдов постоянно находилась недалеко от нас. 
― Что с тем ящером? ― спросил я, игнорируя ее восторг.
― Мои дети хорошо поели.
― Почему ты все время была рядом? ― спросил я.
― Я следила, чтобы никто не посмел убить тебя, мой господин.
Хм… Не врет.
― Те гномы… ― начала было она.
― Забудь, ― жестко оборвал я ее. ― Ни ты, ни твои дети не причините им вреда. Ты меня поняла?
Лу-Тари вжала голову в плечи и припала к земле. Похоже, я перестарался с «волей». С амулетом архидемона ее показатели выросли в два раза. 
― Я тебя поняла, великий, ― с болью в голосе выдохнула матриарх.
― Хорошо, ― произнес я, ослабив давление. ― У меня есть поручение к тебе.
― Я все исполню, мой господин, ― покорно склонила голову матриарх.
― Я уничтожил лагерь моих врагов, используя мощные заклинания.
― Много силы! ― кивнула она.
― Вот именно, ― подтвердил я. ― И как понимаешь, такое не останется без внимания.
― Сюда придут, чтобы узнать, что произошло, ― догадалась матриарх.
― Обязательно придут, ― сказал я. ― Не знаю, когда и кто это будет, но он или они не должны уйти отсюда живыми.
Матриарх открыла было рот, чтобы ответить, но я ее остановил.
― Скорее всего, тот, кто сюда придет, будет очень сильным. Ни ты, ни твои дети не справитесь с ним. Я не хочу, чтобы вы умирали. Мне достаточно получить сигнал твоего амулета, и я сам приду, чтобы убить его.
― Я поняла, мой господин, ― поклонилась матриарх. ― Мы выполним твой приказ. 
― Я знал, что могу рассчитывать на тебя. И помни, твоя задача ― подать мне сигнал. Ни в коем случае не делай глупостей. Если сюда придет тот, кто я думаю, вам с ним не совладать. 
  
Глава 31
 
Неожиданно моя ловушка сработала раньше, чем я ожидал. Сигнальный амулет матриарха кобольдов откликнулся спустя сутки, после того, как я покинул плато. Мы как раз находились на Каменной тропе в тот момент.
Обжора, взяв след Тогги Йожеля и его бойцов, легко вел нас в сердце Стенборга. Вернее ― в подземную его часть.
Сказать, что освобождённые мной гномы и эльфы были истощены, значит, ничего не сказать. Особенно плен повлиял на детей. Если бы не мои зелья, а потом и исцеляющий эффект заклинания ― малышам оставалось жить считанные дни. 
Кроме детей, при смерти находились и несколько десятков взрослых гномов, а также и дюжина эльфов. Последних притащили с собой ящеролюды, получившие ранения в эльфийском лесу и вернувшиеся в лагерь поправлять свое здоровье. 
 
Среди жителей леса были и маги. Они, кстати, ничего не имели против темной волшбы, которой я их исцелял. Следили за моими действиями напряженно и с подозрением, но недовольства не выказывали. Что меня слегка озадачило. Достаточно вспомнить плюющегося ядом Боровика в последнюю нашу встречу. Я ожидал, мягко говоря, менее сдержанной реакции вплоть до жесткого отказа принимать помощь от «исчадия Тьмы».