Цена прощения (СИ)

— Тимур, просто оставь меня…
— Нет, я не уйду пока ты мне все не объяснишь. Даже не думай, Майя, я не уйду, — тут же обозначил я, что вариант у нее только один.
Майя накрыла лицо ладонями, видимо мечтая скрыться от меня и моих любопытных глаз, но я продолжил стоять на своем.
— Тимур, вчера…это все не важно, — и она вновь закивала головой громко всхлипывая.
— О чем ты? — все еще не понимал я.
— Роды с Д-давидом были очень тяжелые, — и она наконец посмотрела на меня, глубоко выдыхая. — Тимур, я больше не могу иметь детей, — с болью в голосе пропищала она, а мои руки против воли потянулись к полу, словно к ним привязали кирпичи.
Майя
Счастье всегда ждет нас где-то на грани с отчаянием.
Слезы уже градом скатывались по щекам от отчаяния, что заполнило мой организм. От боли, что безжалостно раздирала душу. Я была на грани истерики.
— Эй, тшшш… Милая, ты чего? — успокаивал меня испуганный Тимур, нежно стирая с моего лица все новые и новые дорожки слез. — Это все не важно, Майя, у нас ведь есть Давид. Чудесный сын. Здоровый. Думай об этом.
Я никогда и не задумывалась о том, чтобы завести еще одного ребенка. Мне всегда и во всем хватало Давида, но почему-то именно сейчас мне было ужасно больно от осознания того, что я не смогу больше иметь детей. Сама не понимала, что на меня нашло.
— Д-да, просто…я, — мямлила я, сама не понимая, что именно хочу сказать.
— Просто тебе больно, я понимаю, — закончил за меня Тимур, в очередной раз крепко прижимая меня к себе.
Тепло его тела согревало. А большая и крепкая грудь в эту секунду словно была моим щитом. Я чувствовала себя безопасно в его объятьях. И казалось, что как только его руки отпустят меня боль нахлынет с новой силой. А пока… Пока что я в безопасности.
— Спасибо, — прошептала я, поднимая заплаканные глаза на Тимура.
Он в очередной раз нежно провел горячей ладошкой по моей щеке, стирая большим пальцем уже не существующие слезы, а я с замиранием сердца следила за этим моментом.
— Я сделаю все возможное, Майя, чтобы впредь ты плакала только от счастья, — с серьезным выражением лица говорил он.
И я поверила. В этот момент, когда каждая клеточка меня открылась. Когда каждый сантиметр моей души был оголен мне хотелось верить. И слегка оттолкнувшись пятками от пола, я осторожно прильнула к его губам. Пальцы на моем затылке сжались, пока Тимур со всем рвением и жадностью отвечал на поцелуй. Мягкость его губ будоражила. Тепло его тела сейчас оставляло на мне ожоги. И в этот момент я чувствовала, что Тимур стал для меня ближе, чем когда-либо.
Две недели спустя.
— Нет, вы меня не услышали. Торт нужен к пяти часам и ни минутой позже! — командным голосом пыталась я достучаться до девушки на том конце провода.
Сегодня был один из самых важных дней в моей. День, когда все внимание предназначено тебе одной и никому другому. Мой День Рождения.
Я никогда не любила этот день и из года в год обходилась кусочком торта вечером за столом с Димидом. Но почему-то именно этот День Рождения я решила отметить как надо.
— Я вас поняла, Майя Бориславовна, сделаем все возможное, чтобы курьер успел к пяти часам, — не утишительно говорила девушка с приятным голосом.
— Прекрасно, уж постарайтесь, — напоследок бросила я, вешая трубку.
В очередной раз бросила взгляд на свое отражение в зеркале, громко выдыхая. Там, на против, на меня смотрела казалось бы незнакомка. Я практически не узнавала себя. Легкий румянец. Счастливая улыбка на губах. И не было даже обходимости улыбаться, мои глаза светились ничуть не хуже фонариков. Я впервые чувствовала себя настолько живой. Настолько полноценной.
С Тимуром мы продолжали общаться каждый день. Вечерами он заезжал к нам домой после рабочего дня и мы все вместе садились ужинать, рассказывая как прошел день у каждого из нас. На ночь он никогда не оставался. Даже не просился. Поэтому после ужина каждый раз уезжал домой. Я в свою очередь ни разу не предлагала ему остаться. Мне не хотелось торопить события. Не хотелось ненароком разрушить то, что мы с таким трудом смогли выстроить. Все еще было слишком хрупким. Чересчур слабым.
 
События той самой ночи все еще были очень свежими, но подобного между нами не повторялось. У нас были теплые отношения. Я бы даже сказала трепетные и мне не хотелось чем бы то не было их обременять. Когда столько лет между нами все было сложно и только сейчас наконец стало так легко хотелось просто наслаждаться этим ни о чем не думая. Ничего не желая усложнять.
Неожиданный звонок в дверь вывел меня из своих мыслей и, бросив финальный взгляд на свое отражение, я пошла встречать гостей.
— С Днем Рождения! — радостно закричала Ритка, скрываясь за огромной кучей разноцветных шаров.
Но через пару секунд средь шаров, показалась ее блондинистая голова с шикарной укладкой. А я громка рассмеялась от оригинальности подруги. Та вручила мне эту кучу связанных между собой шаров, и я не раздумывая приняла призент.
— Ааа, тетя Рита приехала! — радостно завизжал сын и мы одновременно обернулись назад.
Давид со всех ног несся в нашу сторону со счастливой улыбкой на губах и довольно хлопал в ладоши.
— Как же ты вырос, Карапуз, — удивляясь говорила Ритка, шутливо щипая его за живот.
Давид громко рассмеялся, брыкалась от ее рук.
— Щекотно, — кричал он, мечтая спастись от этой пытки.
— А ну заходите в дом, — уже по пути на кухню прокричала я этой парочке непосед.
— Слушаемся, мам, — тут же вскрикнул Давид.
Во время готовки меня не покидало чувство легкого волнения и предвкушения сегодняшнего торжества. Пальцы рук то и дело покалывало от переживаний. Внешне я спокойно доставала сервиз из кухонной полочки, но внутренне все клеточки моего организма бурлили и не находили себе места, заставляя меня трястись.
— Майя, как у вас дела с Тимуром? — осторожно спросила подруга. — Мы толком так и не поговорили за это время. А ты между прочим обещала рассказать!
Устало выдохнула на ее вопрос, обдумывая что же ответить. Я сама не знала что между нами. Сама не знала как у нас дела. Я видела и вижу каждый день отношение Тимура ко мне. Его трепет. Его заботу. Его тепло. Но как сдвинуться с этой мертвой точки я не знаю.
Не знаю как снова поверить тому, кто столько раз уже делал больно. Не знаю как начать все сначала, когда сделано уже столько ошибок, черт возьми. Не знаю как исправить то, что мы натворили. И возможно ли быть счастливой с тем, кто в свое время уничтожил меня? Может ли человек действительно измениться из-за страха и ужаса потерять того, кого он любит? Я не верила, но вместе с этим мне до чертиков хотелось верить.
Я хочу отпустить его, но вместе с этим только с ним я чувствую себя настолько живой. Я мечтаю не любить его, но вместе с тем, жажду любить его вечно. Да, именно он сделал меня когда-то до ужаса несчастной. Но только он может сделать меня до невозможности счастливой. Я хотела быть с ним ровно настолько же, насколько хотела навсегда забыть.
— Майя? — окликнула меня подруга, встряхивая мои хрупкие плечи.
— Да, да, я здесь, — растерянно говорила я. — Не знаю, Рит, все слишком сложно, — так описала я подруге свой двухминутный монолог в голове.
Подруга недовольно закатила глаза на мои слова, вслед за мной хватая оставшиеся тарелки.
— Майя, ну что сложного? Это люди вечно любят все усложнять, а на деле жизнь куууда проще уж поверь. Просто реши для себя хочешь ли ты быть с ним? Не ради Давида, а ради себя, — впервые я видела такую серьезность в глазах подруги.
Вот только это наставничество ни капельки не помогло. Я уже на протяжении недели задаюсь этим вопросом. И ответ один "Да. Нет".
— Я не знаю, Рит. Просто не знаю. После всего того, что между нами было… Я простила его, но как поверить снова? — с искренним беспокойством спрашивала я совета.