В объятиях его жестокости (СИ)

Тяну Ксюшу за собой и киваю Асылжану. Ксюшу не оставлю наедине и чужаками, а Асылжан всё-таки пострадавшая сторона.
После прохладного дома, на улице жара ощущается прямо как баня. Футболка сразу прилипает к телу. Ксюша идёт следом, держится за моей спиной. Вроде она рядом, а чувствую голод.
– Слушаю, – Лёня садится на лавочку и упирается в меня взглядом.
– Артем, это какая-то ошибка, клянусь, – Яна сидит рядом с ним, вытирает слёзы.
  
Артем, значит. Лёня – это погоняло, от фамилии Леонтьев. Когда мы освободились, он вообще перестал имя своё называть. Многие так и думают, что он Леонид. Про настоящее знали только самые близкие. И стало быть, Яна только что разбила ему душу.
– Заткнись, – отталкивает девушку.
Поворачиваюсь к девочке своей, она сидит на лавочке напротив. Сжалась вся.
– Яна твоя работала в блядушнике. Мы крышевали их. Недели две назад, она была с Асылжаном, украла у него кольцо и деньги. Сбежала. Мы искали её, думали, грохнули уже, но она тут, – достаю сигареты из заднего кармана.
Лёня опускает голову вниз, проводит рукой по шее. Тяжело это. Яна всхлипывает.
– Артем, Батыр врёт, не было такого никогда. Я их вижу впервые, – встаёт перед ним на колени.
– Видишь впервые, но знаешь, как его зовут? Ты пришла позже, чем я представил их, – ухмыляется. Яна замирает. Понимает, что попалась.
Друг разочарованно мотает головой. Не везёт ему с женщинами.
– Это ещё не всё, Артем, – поджигаю сигарету. – Вчера я виделся с Юрой. И у него была печатка, которая раньше принадлежала Асылжану.
Лёня вспыхивает. Подрывается ко мне. Смотрит в глаза, ищет хоть намек на ложь, но я говорю правду. И когда он это понимает, разворачивается и даёт Яне звонкий чапалах. Она вскрикивает, Ксюша сзади дёргается. Пока Лёня орет на свою, уже бывшую, девушку, подхожу ко Ксюше.
– Нормально всё, не очкуй, – провожу пальцем по влажным искусанным губам и представляю, что касаюсь её рта кое-чем другим. Согласилась бы она на такое? А я бы сдержался?
– Мы можем уйти? Тут слишком не по себе, – поднимает глаза Бэмби, смотрит так, что я проваливаюсь в свою тьму и её тяну за собой.
– Уйдем скоро, – наклоняюсь. – Поцелуй.
Давай, прямо сейчас. Я хочу. Хоть что-то.
– Здесь люди же, – косится на сидящего на соседней лавке Асылжана. А ему плевать на нас, он щёлкает семечки и смотрит, как Лёня собирается убивать Яну.
– Никто не видит. Ну, – давлю взглядом, Ксюша быстро касается губами и отодвигается. – Что за пробник? Нормально давай, Ксю-ша.
Она краснеет и всё-таки нормально делает. Задевает мой язык своим и я снова чувствую, как башка проясняется. Вот так хорошо, да.
– Завязывай, Артём, – отхожу к ним. – Потом разберёшься с этим, мне надо узнать кое-что.
Яна вся зарёванная, тушь размазалась под глазами. Дрожит от страха, дёргается. Артем таскает её за волосы. Перебор.
– Узнавай, – яростно сплевывает на землю и отходит на пару шагов.
– Расскажи, на кого работаешь на самом деле, куда что сливала. Ты ведь пару лет у Зуба работала, если не больше. Всё знала, – сажусь на лавочку рядом с Яной, смотрю на испуганную Ксюшу. Не буду я это недоразумение трогать, и без меня разберутся с ней.
Яна вытирает слёзы, молчит. Надеюсь, с мыслями собирается, а не включает молчанку.
– Пару лет? То есть пока я на зоне торчал, ты всё-таки дырками торговала? Блядь! – Лёня пинает куст и тот перестает выглядеть презентабельно.
– Так ты вышел благодаря мне! – Яна кричит. – Да, продавала себя, чтобы ты раньше вышел.
Пауза. Чего?
– Рассказывай, Яна, давай, – удивляюсь своему спокойствию. Или может психика не бычится на раздражители из-за Ксюши?
– У меня была сделка с Кабировым. Это следователь, который дело твое ведёт. Он сам меня нашел примерно год назад. Сказал, если я буду на тебя и всех ваших собирать информацию, он поможет Артёму выйти, – сжимает край футболки.
Однако. Стало быть, петля на моей шее затягивается из-за Яны.
– Что он знает? Следак, – сжимаю переносицу. – За год случилась тьма событий. Что его интересовало?
– Про тебя спрашивал всегда. Не знаю особых подробностей зачем ему это всё. Но они в курсе про девушку твою, – Яна поднимает взгляд на бледную Ксюшу, – Она тоже в разработке.
Сердце пропускает удар. Значит, они будут давить на меня через Ксюшу. Каким образом? Если Ксюша всегда со мной и одна нигде не бывает.
Асылжан щурится, мозги напрягает. Мы все под колпаком, это очевидно.
– Ты с ментом тоже спала? – Лёня дрожащими руками пытается прикурить, но сигарета падает на землю.
– Нет, никогда. У нас другие отношения, – сводит брови. – Артем, я ради тебя же всё.
– Яна, твоя задача была – сидеть дома и ждать. Я предлагал расход, когда меня закрыли, но ты сама осталась. Я всё тебе дал, а ты пошла ноги раздвигать. Меня подставила перед другими. Ты знаешь, что за это Батыр мне голову снесёт? И будет прав.
Да, за такой косяк Артёму недолго осталось. Если не я, так другой кто перо вставит. Но я не знал, что Лёня сидел. Честно говоря, особо им не интересовался, а надо бы.
– Тебя четыре года не было! Четыре! И вышел ты намного раньше, мог бы и спасибо сказать, – Яна опять плачет. Артем замахивается на нее, но опускает руку.
– А обворовала Асылжана зачем?
– Кабиров сказал сделать так. Потом они той же ночью привезли меня сюда. И всё.
– Не всё, Яна. Кольцо оказалось у Юры Креста, мы видели сами.
– Так Юра с ними вместе. Илья, следователь этот, он родственник Юры. Вот они вместе что-то и мутят.
А это уже гораздо интереснее, чем то, что проститутка работала на ментов.
Родственники, значит. Авторитет стал работать с мусорами? Один погоны заработает, другой дорогу расчищает.
– Если Юра продался, нам всем пиздец. Он в этом дерьме почти с пелёнок. Всё про всех знает, – Артем садится на корточки. – Ладно, если баба сливает инфу, но когда это…
– Зачем только ему? Город подмять под себя? Так у него и так власти предостаточно, – спрашивает Асылжан.
Хороший вопрос. Плохо то, что теперь мы все по этапу пойдем. Если доживём.
  
Глава 28. Батырхан
 
– Что делать будем? – Лёня спрашивает, закидывая руку на спинку лавочки. – Не знал, что женщина моя на такое пойдёт, – вздыхает. – Доверял, блядь. Жениться по-тихому хотел.
– С Яной сам разбирайся, – смотрю на Ксюшу. Она сидит напротив и разглядывает клумбу. Цветы тоже какие-то экзотические растут.
– Я про другое.
Молчим. Напрягает всё ещё сильнее. Домой надо ехать, но опасно. И там облаву устроят и здесь как-то уже боязно. Замкнутый круг.
– Даже если от меня избавятся, Азамат будет рулить. Он знает, что и как делать.
– Нахрен они печатку украденную Юре отдали? Чтобы вы загасили его?
Мысль, конечно. Возможно так и есть. Я пока не вкуриваю вообще, зачем такому, как Юре братоваться с ментами. Даже если и родня. Он же вечно жил понятиям, а сейчас что?
– Асылжан по пьяни его девку трахнул, и сестру её или подругу, хрен знает, кто она там. Юра на следующий день приехал, расстрелял дом, в котором мы были. Без вопросов, без разговоров. Ещё тогда подумал, что странно всё. А сейчас, может грохнуть хотели, но не получилось?
– В смысле его девку? У него никого нет, – Лёня вертит в руках зажигалку. – Он каждый день ходит к местным шаболдам, но постоянной нет. Так, напряг снять.
Походу моя разведка где-то просчиталась. Артем точно не врёт, нет смысла.
– А сказал, что его женщина. И выглядело это вроде как логично, но сейчас какой-то цирк прямо.
Из дома доносится музыка и хлопки. Ксюша дёргается, ехать надо отсюда.
  
– Или потихоньку загоняют тебя в угол, Батыр. Езжай отсюда, на север может. Если не хочешь пулю словить или небо в клеточку разглядывать. Другого варианта нет, я думаю.
Ксюша это слышит и слегка морщится. Её присутствие в моей жизни сильно ставит в рамки. Сначала о ней думать надо, потом о себе. А между этим ещё и людей своих защитить. Голова раскалывается от бесконечных мыслей.