Дети, я купил вам няню!
Свен указал рукой на лежащие перед ним листки бумаги с моими данными.
– На эту анкету поступило больше десяти заявок. Мои помощники отобрали троих, наиболее платежеспособных кандидатов. Встреча с ними через полтора часа. Так что готовьтесь. И не забывайте, Василиса, вы полностью в нашей власти. Без глупостей, дорогая. Если вы сорвете мой маленький аукцион, я буду беспощаден. И с радостью перепродам вас в какое-нибудь другое агентство, где вам вовсе не детишек придется воспитывать.
Какой ужасный мир. Здесь можно торговать людьми, если их вырвали из другого измерения!
Придя в свою комнатку, я села на кровать, закрыв лицо руками. Не могла сдержать слез. Они лились сплошным потоком. Я здесь бесправная рабыня, которую продадут тому, кто заплатит больше. А если откажусь идти в гувернантки, страшно подумать, что меня ждет! Вариантов-то немного. Вряд ли Свен на лесоповал меня продаст в качестве вырубщика.
С трудом успокоившись, я приняла поднос с обедом через щель в двери. Есть не хотелось, но я себя заставила. Силы подкрепить нужно. Обед был простым, но вкусным. Булочка с маслом, мясная нарезка. Овощной суп и второе, отбивная с цветной капустой. И большая кружка с дымящимся чаем.
Потом мне позволили принять душ и выдали одежду. Зеленая униформа, состоящая из строгого пиджака и юбки до середины икры. На груди приколот жетон с надписью: “Ваш случай – не катастрофа!”
Их – может быть. А вот мой вполне себе трагедия.
– Вас ожидают! – охранник приоткрыл дверь и показал головой на выход, красноречиво потрясая шокером.
Я вышла, подвинув его плечом. Смешно, он такой шкаф и я, пигалица по сравнению с ним. Но хотелось сделать что-то, чтобы выразить протест. Пихнуть охранника, плюнуть на пол. Заорать. Но я позволила себе лишь первый вариант.
Меня завели в просторную комнату, в центре которой стоял длинный стол массивного вида, на львиных лапах. С одной стороны стола сидел Свен, а напротив него – двое мужчин и женщина.
– Присаживайтесь, Василиса, – Свен ласково кивнул на свободный стул рядом с собой, – господа, позвольте вам представить нерди Василису.
Я посмотрела на своих потенциальных покупателей. Нормальные вполне люди на вид. А пришли, чтобы невольницу себе приобрести. Совесть, видать, не жмет, все в порядке вещей.
– У нас здесь представители двух семейств. Третий заинтересованный, к сожалению, опаздывает.
Ага, значит, двое из троих это муж и жена. Холеного вида блондин с атлетической фигурой пришел один, а грузный мужчина и замученного вида женщина, значит, пара. По ним видно, что детей они очень разбаловали и теперь ночами не спят.
– Прямо напротив вас – нерд Римз, отец двоих мальчиков, Арни и Барни. Сколько лет вашим детям, господин Римз?
– Восемь и двенадцать, – ответил мужчина хорошо поставленным голосом, – старший, Барни, вступает в подростковый возраст и с ним становится сложно. Арни же во всем подражает брату.
– А это – нерд и нердин Левс, – Свен кивнул на изученных супругов.
– Мы многодетные родители, – без приглашения начал мужчина, – у нас шестеро сорванцов разного пола. Мы устали и не справляемся.
– На сколько лет вы хотите заключить первичный контракт? – Свен что-то записывал себе в блокнот.
– На три, – улыбнулся Римз, – да, думаю, три года вполне хватит.
Супруги переглянулись.
– А мы тогда на пять, – сказала женщина.
– Что ж, – Свен постучал по столу ручкой со стальным пером, – пять лет, шестеро детей… с вами нам выгоднее заключить соглашение. Хочу отметить, нерди Василиса до того, как поступить к нам управлялась с группой пятилеток в количестве двадцати отпрысков!
Супруги Левс явно приободрились.
– Я поднимаю ставку! – резко заявил Римз. – Шесть лет.
– Семь! – подпрыгнула на своем стуле его конкурентка.
– Восемь! – рявкнул блондин.
– К сожалению, мы некоторым образом ограничены, – покачал головой управляющий, обращаясь к Римзу, – через шесть лет младшему из ваших детей уже будет четырнадцать лет. И няня ему больше не полагается. Так что шесть лет – ваш потолок.
Левсы довольно заулыбались. А я ошарашенно смотрела, как они меня друг у друга перекупают.
– Тогда я просто заплачу больше! – Римз привстал, опершись обеими руками на стол. – Эта няня очень, очень мне подходит. Вы и не представляете насколько!
– Уверены? – Свен сдержанно сиял. – Видите ли, ставка для семьи Левс составит тысячу белдоинов в год за каждого ребенка до четырнадцати лет включительно. Проводя простейшие вычисления, мы получаем…
Свен замолк, производя подсчеты на листочке.
– С учетом возраста ваших детишек за семь лет получается двадцать восемь тысяч белдоинов.
Римз присвистнул. Сел на место, мрачно забарабанил по столу пальцами. Потом глянул на меня и сказал:
– Тридцать тысяч!
Левсы, которые после того, как Свен озвучил сумму контракта, приуныли, тут же подняли головы:
– Мы уступаем!
– Что ж, мы постараемся подобрать для вас другую кандидатуру, – радушно улыбнулся управляющий, – можете ознакомиться с нашим каталогом в приемной.
Супруги, явно радуясь, что не придется отваливать крупную сумму денег прямо сейчас, поспешно удалились. Когда они уже выходили, в помещение ворвался высокий мужчина с растрепанной прической.
– Я опоздал? – взволнованно спросил он, приглаживая взъерошенные волосы. – Простите, в министерстве задержали.
– Все уже закончилось, приятель, – Римз поднялся и похлопал нового посетителя по плечу, – я купил эту девчонку себе.
Меня его слова покоробили и насторожили. Разве тут не о контракте няни речь шла?
– Очень жаль, – огорчился мужчина. Он выглядел более располагающим, чем Римз. На вид лет тридцати пяти с благородными чертами лица, короткая русая бородка придает ему мужественности.
– Нерд Хольм, вы еще можете перебить ставку, – Свен хищно улыбнулся, перебирая документы в поисках карточки кандидата на мои услуги.
– А сколько сейчас? – деловым тоном поинтересовался Хольм.
– Тридцать тысяч, на шесть лет.
– Тогда я согласен на тридцать две. И на пять лет. Не люблю слишком надолго забегать вперед.
Римз заскрипел зубами. Кажется, ему очень не хотелось увеличивать сумму, возможно, он и так не вписывался в бюджет.
Я внутренне ликовала. Римз мне сразу не понравился. Самовлюбленный, капризный, и разглядывает меня как свою вещь.
– Что ж, если у нерда Римза нет других предложений, – Свен перебирал бумажки, не поднимая глаз на собеседников, – то можем оформлять документы…
Римз что-то проворчал с досадой и вышел из кабинета не прощаясь.
– Так, погодите…
Свен, наконец, посмотрел на клиента.
– Нерд Хольм, увы, у нас с вами не выйдет заключить контракт! Вы в нашем стоп-листе. Не понимаю, почему вижу эту бумагу только сейчас! И действительно, я припоминаю ваш случай, хоть и не занимался им лично, но история была громкая.
Хольм потерянно опустился на стул. Судя по его виду, он прекрасно знал о своей проблеме.
– От ваших детей сбежало шесть наемных нянь за последний год! А когда вы воспользовались услугами нашего агентства, гувернантка попала в больницу!
– Но ведь вы получили деньги, положенные по контракту, – упавшим голосом заметил Хольм.
– Да. Но у бедняжки был нервный срыв и она что-то наговорила про нас властям. Директору потом пришлось улаживать… разного рода проблемы. И на это ушли практически все полученные от вас деньги. А у вашей бывшей гувернантки теперь боязнь детей! И это при ее почти тридцатилетнем стаже работы! Она просто профнепригодна. Нам придется отправить ее домой, когда она восстановится.
Ничего себе детки у этого Хольма!
– Увы, я вынужден вам отказать. Такой клиент как вы грозит нам репутационными потерями. Да и денежными тоже.
Мужчина все еще повержено оставался на стуле, а Свен встал со своего места, прошел к двери, открыл ее и окликнул Римза, который не успел далеко уйти.
ГЛАВА 2. В неволе у Римзов
– Тридцать тысяч белов? Ты в своем уме, Чак? Мы рассчитывали заплатить втрое меньше! Как можно было выкупать одну няньку на шесть лет, да еще и сверх давать что-то?