Турецкий дебют (СИ)
— Какое-то термическое чудо, первый раз такое встречаю. Когда проходил, он все мои бумаги в пепел превратил.
В подтверждение своих слов, Рысь засунул руку во внутренний карман пиджака и, высыпав на стол горстку серого порошка, грустно заметил:
— Кира, тут была почти тысяча рубликов. Моя последняя заначка.
***
Вместе с усилением для охраны приехал и Синельников. Видимо, душа полковника, смирившись с резкими переменами в его жизни, потребовала взамен личного участия во всех делах наследника рода. То есть в моих. А так как бывшая гвардия мне необходима, то хочешь не хочешь придётся вовлекать старика в свои неприятности.
Вся веселуха началась около десяти вечера. Полдесятого "волки" скинули труп Клоуна прямо напротив центрального входа в департамент ИСО, и тут же позвонили с одноразового смартфона дежурному с предложением забрать с улицы свой мусор.
Через десять минут кованые ворота департамента отъехали в сторону и из арки выскочили два спецфлайра службы, метнувшиеся на полной скорости в сторону Васильевского острова.
— Гости скоро прибудут, — проинформировал нас полковник, пряча в усах довольную улыбку.
— А у нас все на местах? — спросил его Рысь.
— Да. Полная готовность была объявлена, как только машина с посылкой начала движение в сторону центра.
Хотя дом был погружен в полный мрак, но все находящиеся внутри знали его много лет, поэтому проблем с передвижением в темноте не возникло.
— Третий первому. Два флайера ИСО остановились у дома двадцать восемь, — донеслось из рации Синельникова, — К вам идут восемь человек. Что делать с водителями?
— Ничего, пусть пока сидят. Но к захвату будьте готовы.
— Принято, группа Корнета в готовности.
— Второй первому. Вижу восемь человек… расплавили замок на калитке, идут к дому.
— Вас понял. Как только зайдут внутрь блокируйте выход.
Я смотрел на мониторы, наблюдая за слаженной работой исошников. Варяг знал, как именно можно проникнуть в дом быстро и почти бесшумно. Не удивительно, ведь Клоун проник в дом точно таким же способом, разве что не плавил встроенный замок на воротах. Озадачило меня с какой наглостью действуют люди Варяга. Они и тут не стали вскрывать замок, а попросту вырезали его целиком из служебной двери.
В отличии от уличных, внутренние камеры кроме картинки давали и звук. Поэтому мы все услышали команду Варяга:
— Включить ПНВ, двое к лестнице, остальным зачистить этаж.
Ну нихрена себе… Зачистить? То есть, если бы там были слуги, то их бы убили? Ах ты мразь, я тебя сейчас самого зачищу!
— Сидеть, — прошипел мне в ухо Рысь, держа меня сзади, обхватив рукой за шею, — Ты куда это собрался, друг Женя?
Оказывается после слов Варяга я вскочил с кресла. Чёрт, даже на помню, как это произошло. После того, что я устроил в подвале борделя с Бестией, Рысь объяснил мне, что энцелам, которым он меня пичкал в первые дни, имеет и обратную сторону. Стоит исключить его применение и психика может пойти вразнос. Вот только проблем с собственной башкой мне и не хватало.
Снова усевшись перед монитором, я увидел, что бойцы Варяга уже рассредоточились по цокольному этажу и тщательно проверяют все помещения. Искоса бросив взгляд на сидящего рядом Синельникова я заметил на его лице недобрую улыбку. Ясно, полковник сейчас в предвкушении, не стоит ему портить бенефис. Наше с Рысью появление не планировалось, в операции были задействованы исключительно "волки".
На одном из мониторов я увидел, как во двор медленно опустился боевой флайер "Пустельга".
— Не понял… Пётр Ильич, боевая техника в городе? Это же запрещено.
— На трейлере доставили на соседнюю улицу. Он только дом Орясьевых перепрыгнул, по городу не летал. Евгений Андреевич, я действую строго в рамках закона о ЧВК, имею право применять на охраняемой территории любые разрешённые средства защиты, в том числе и стационарные орудия.
Отвлёк меня голос Варяга:
— Пони один, что видите на улице?
Из рации донёсся неразборчивый бубнёж, видимо водитель докладывал, что у него всё чисто.
— Пони два?
Процедура повторилась.
— Принято. Чёрт, что тогда за шум во дворе? Торнадо, проверь.
Но Торнадо было не суждено дойти до выхода. Синельников быстро отдал два приказа: группе Корнета брать водителей, а "волкам" находящимся в доме — начинать захват Варяга и его людей.
Весь цокольный этаж мгновенно залили потоки яркого света. Бойцы противника оказались на пару мгновений в полной темноте, в их приборах ночного видения сработала защита от засветки. Сберегая им глаза, эта же защита заставила срывать ПНВ с головы, а это ещё одна лишняя секунда. Этого времени вполне хватило "волкам", чтобы снять дежурившую на лестнице парочку исошников.
— Вас осталось шестеро, господа бандиты, — раздался из динамиков оповещения голос Синельникова, — Не усугубляйте своё положение, сложите оружие и, вполне возможно, что вы останетесь жить.
Пока полковник говорил, люди Варяга времени не теряли. Они рассредоточились по ближайшим укрытиям, а сам Варяг успел проскользнуть ближе к выходу.
— Ну что ж. Вы сами выбрали смерть, — пафосно произнёс Синельников, и подмигнув мне, добавил, — Пустить газ!
Газ? Какой ещё газ? Не было в плане никакого газа.
— Погоди, начальник! — заорал Варяг, — Ты вообще кто такой?! Мы не грабители, давай поговорим!
— Вы с оружием в руках проникли на охраняемую частную территорию. Не грабители, говоришь? — рассмеялся Синельников.
— Я так полагаю, что со мной говорит полковник Синельников? Голос уж больно запоминающийся!
— Угадал, Варяг, это я.
— Оказывается и я тебе знаком?! Тогда ты знаешь, что мы не грабители и находимся при исполнении!
— Да ну? — рассмеялся Синельников, — Я знаю одно, Варяг, мне глубоко насрать на твои полномочия, ты отсюда живым не выйдешь. Для всех это будет выглядеть, как налёт на частные владения моего клиента. А если у тебя бумага от Сутормина в кармане лежит, то её никто и никогда не найдёт. Бандит ты, Варяг, и сдохнешь тут, как собака. Я тебе убийство рода не прощу.
— У меня был приказ, полковник, я птица подневольная!
— Кто отдал приказ на уничтожение рода?
— Ты же прекрасно понимаешь, что я не скажу!
— Да и не надо, сам знаю. Пустить газ!
Бойцы Варяга ломанулись ближе к выходу, но были вынуждены сбиться в кучу за спиной Варяга, который застыл в проёме, загораживая своей спиной выход. Прямо на него смотрели все четыре 20-миллиметровые пушки "Пустельги". Словно в замедленной съёмке он увидел расцветающие на их концах огненные цветы и попытался поставить перед собой ледяную стену. Варяг был очень сильным крио, но лёд против снарядов, летящих с частотой пятьдесят выстрелов в секунду, защита неважная. Выпустив весь боезапас, флайер не торопясь взлетел и исчез с мониторов наблюдения — камеры, следящей за небом, у нас не было.
— Полный фарш, — глухо прозвучал голос Рыси, явно потрясённого таким зрелищем.
***
Ночь мы провели запершись в секретном бункере, предоставив Синельникову самому объясняться с полицией. Разбирая и сортируя бумаги рода Турчаниновых, мы потеряли счёт времени и оторвались от своего занятия, только когда Рысь мельком взглянул на один из мониторов.
— Ничего себе… Кир, а уже утро. Поехали-ка спатеньки.
Выйдя наружу, мы тут же получили доклад одного из "волков":
— Полковник Синельников просил передать, что все вопросы по нападению на дом закрыты. Оказалось, что у полиции имеются какие-то счёты к исошникам, так что всё оформили за полчаса.
Ну ещё бы. У меня бы тоже были претензии, если бы меня выдернули голым из кровати с красотками.
Едва мы перешагнули порог "Ада", как дежурная администратор тут же уведомила нас, что в здании ведутся восстановительные работы и шёпотом добавила:
— Трое убитых и семеро покалеченных. Но расследования не будет, продолжаем работать в прежнем режиме.