Переселенец 1 (СИ)

Люди начали переговариваться, обсуждая услышанное, а нам показали кровати, после чего руководители удалились.
Как по сигналу стали подходить люди, но никто не спешил знакомиться. Наступила неловкая пауза. Халак было дёрнулся, чтобы шагнуть вперёд, но я его опередил:
— Добрый день! Моё имя Фанух Аршанус, на Нне я был компьютерщиком, но, как и вы все, принял решение переселиться. Вот уже несколько месяцев живу в городке Землекаменск, работаю на стройке. Если хотите, можете задавать вопросы, на которые постараюсь ответить в меру своих знаний.
  
— Землекаменск — это город или городок? И почему такое название? — спросил пожилой мужчина с так называемым волевым подбородком, который на самом деле не имеет никакого отношения к характеру.
— К сожалению, не знаю вашего имени… — начал я.
— Видан Дами, доктор исторических наук.
Я кивнул и продолжил:
— Землекаменск по сути небольшой посёлок, состоящий из нескольких десятков каменных зданий, как двухэтажных многоквартирных, так и коттеджей. Все они в разной степени готовности для заселения. Вполне возможно, что в Землекаменске будет проживать около тысячи человек, но сейчас в нём лишь двести. Что касается названия, то оно связано с ландшафтом, на котором город находится, — каменистая земля.
— Кроме жилых зданий в нём что-то имеется? — продолжал задавать вопросы доктор исторических наук.
— Магазин и спортплощадка. Возможно, будет что-то и ещё. Первые строители города возвели лишь самое необходимое, а остальное уже наша забота.
— Каков обычный ваш распорядок дня? — Видан Дами решил, наверное, побить рекорд по вопросам.
— По будням? Завтрак в восемь часов утра. Потом работа до пятнадцати часов. Затем обед. Раньше мы работали и после обеда, но сейчас этого нет. Ужин примерно в девятнадцать часов.
— Значит, рабочий день составляет шесть часов?
— Да, примерно так, если считать и время на дорогу.
— То есть, меньше шести часов? Хм… Интересно… А что делаете в выходные? Как отдыхаете?
— Я занимаюсь рыбалкой. Другие — спортом или сами придумывают себе занятия. Вот, к примеру, Халак Канджанан — капитан спортивной команды, — показал я на парня. — А Свапна Бумис — мать трёх детей, которые переехали вместе с ней.
— Что за спортивная команда в вашем городе? — задала вопрос девушка, и всё внимание переключилась на Канджанана.
Последующие вопросы тоже начали задавать другие люди, и в основном они обращались к Халаку и Свапне, чему я был рад. Поторговал своим лицом и хватит.
Ожидаемо, Свапну спрашивали лишь женская половина, а капитана спортивной команды — и мужчины, и женщины, точнее, девушки.
Мне задавали вопросы об установке дек, на что я давал по возможности развёрнутые ответы, не забыв упомянуть, что более подробную информацию все получат у медперсонала. Показалось или нет, но эта группа не слишком опасалась негативных последствий от предстоящей установки.
Возможно, своеобразная пресс-конференция продолжилась бы ещё, но постепенно переселенцы начали подходить к пищевым синтезаторам, по какой-то причине начинавшим выдачу в определённые часы, как это я узнал чуть позже. Других отличий с тем, как мы пребывали в карантине, пока не наблюдалось.
После обеда руководители групп вышли к народу, и Джутаан Вадакиз, призвав внимание, сказал:
— Уважаемые переселенцы! Сейчас вам выдадут индивидуальные планшеты, так как настал момент последнего тестирования, на основе которого мы поймём, как станем жить дальше. Если у кого возникнут проблемы, просьба сразу поднимать руку, чтобы я смог быстро подойти и помочь. Обращаю особое внимание, что на вопросы теста надо отвечать без подсказок и не демонстрировать ответы другим, пусть даже и родственникам, так как в противном случае велика вероятность искажения результатов. В самом низу экрана, после списка вопросов вы увидите слово ОТПРАВИТЬ. Нажимаете на него, но остаётесь на месте, чтобы не мешать другим отвечающим.
В зал вкатили тележку с планшетами, и началась раздача. Народ засуетился, и некоторые даже подошли, чтобы получить в числе первых. Я, Халака и Свапна недоуменно переглянулись и подумали: у нас порядка было чуть больше.
Внешнее спокойствие переселенцев, как я понял чуть позже, было не таким благостным. Джутаан Вадакиз держал группу в кулаке, и единичные возмутители спокойствия типа нашей рыжей Нефи́мы Мостана́ действовали тоньше. В этом я убедился уже вечером, когда как бы невзначай, то к одному, то к другому из нашей троицы стали подходить люди. И вот тут выяснилось, что они на самом деле взволнованы и находятся на распутье. Да, они согласились на установку имплантов, но готовы в любой момент отказаться.
Вот теперь стала понятна причина, по которой Муэнья взяла нас с собой. Да, она этого не скрывала, но я думал, что переселенцев, стоящих на распутье окажется немного. Выяснилось же, что таковых примерно треть, а остальные, если и не подают вида, то тоже колеблются.
Откровенно говоря, я не был к готов к роли психотерапевта, да ещё приходилось разрываться между желанием помочь и необходимостью сохранить личную конфиденциальность. Мысль, что кто-то из этих встревоженных людей, ищущих поддержку, через несколько лет может захотеть выпотрошить меня и забрать ценные импланты, держала в напряжении, заставляя фильтровать каждое слово.
Постепенно мною овладело спокойствие. Я почувствовал себя человеком, желающим помочь дикому животному, попавшему в капкан. К этому прибавился даже азарт, — ведь среди присутствующих наверняка есть своеобразные копии Нефимы Мостана, решившие разузнать всё из первых уст, чтобы потом скорректировать свою агитацию. Кто же это может быть? Вон эта красивая блондинка, или тот та брюнетка с кокетливыми бровями? Да и почему я решил, что недоброжелателем должна быть обязательно женщина? Вполне возможно, что и некий мужчина решил убрать конкурентов.
  
Глава 19
 
Прошло три дня. Многие переселенцы, как мне показалось, успокоились. Понятно, что в каждому в голову не залезть, но думать, что наша помощь действительно принесла свои плоды. Вроде бы можно улетать обратно.
Неожиданно меня вызвала Муэнья. Я почти сразу понял, о чём она хочет узнать, и без обиняков выложил свои мысли и даже указал на троих человек, которые могут быть возмутителями спокойствия. Женщина меня выслушала и поблагодарила. Затем настала очередь Халака и Свапны.
Вроде бы на этом всё должно и закончиться, но через пару часов позвали уже всех троих. На этот раз в комнате кроме нашей Муэньи находился и Джутаан Вадакиз.
— Мы выражаем вам большую благодарность за помощь, — начал он. — Ситуация на самом деле была неспокойной. Как и в вашей группе, здесь тоже нашлись… э-э… активисты. Возможно, кто-то и откажется от переселения в Землекаменск, но думаю, что их теперь станет значительно меньше. Вы сильно помогли в той сложной ситуации!
— Да, — сказала Муэнья, — вы помогли не только этой группе, но и городу, и проекту «Переселенец» в целом. Эта помощь не будет забыта!
— Полностью согласен, — добавил Вадакиз. — Нами было решено в качестве одного из бонусов перечислить на счёт каждого по две тысячи кредитов и дать возможность посетить местный магазин. Его ассортимент довольно большой, а некоторые товары вряд ли даже в ближайшее время появятся в Землекаменске.
Почти сразу поступило сообщение о перечислении денег.
— Вы можете отправиться в магазин прямо сейчас, затем в медцентре будет произведен профилактический осмотр, и завтра утром мы отбываем в город, — закончила Муэнья.
  
Конечно, мы не стали задерживаться, а сразу вышли из ангара и направились по указанному адресу. Внешне строение ничем не отличалось от окружающих, и пройдя мимо ни за что бы не подумали о его назначении. Внутреннее доступное помещение оказалось заставлено стеллажами с различным товаром, и я почувствовал себя в гипермаркете, по которому разгуливают покупатели.
Мы сразу разбрелись, что позволило вдумчиво подойти к выбору покупок, и я в первую очередь начал сравнивать цены. Да, что-то выходило значительно дешевле, но для меня это не представляло особой ценности. В итоге выбрал топор и парфюм. Странное решение, казалось бы. Первый предмет мне необходим при вылазках на природу, а второй… Я всё-таки надеялся, что с прибытием новых людей, мои шансы найти девушку повысятся.