Всего 50 (СИ)
Я вдохнула свежий утренний воздух. Хор-рошо! Вышагивая по перрону, получала необычайное наслаждение от одной-единственной сумочки в руке, которой помахивала, как школьница портфелем. Мечты сбываются! Ощущение каникул, отпуска, отрыва от действительности, решительно оставленного позади груза переполняло меня. Нет, это даже не лёгкость, а свободный полет! Птичья радость какая-то.
Меня однажды попросили выступить на юбилее одной из преподавательниц МГУ в составленной из множества номеров программе, с музыкальными вставками, с перерывами на тосты или вручения подарков по очереди. Раскрыли карты, чего это будет стоить. Признаться, я была в шоке. Лучше бы юбилярша, моя ровесница, на эти несколько тысяч долларов поехала в круиз. А друзья не перестали бы её любить, и профессиональные заслуги так или иначе, рано или поздно перечислили бы под звон бокалов. Человек порой путается в ритуалах, как в юбке или в брюках с внезапно сломавшейся молнией. Чего-то крутит, вертит. А жизнь с её многообразием пролетает мимо…
Ну, это я так, к слову.
Туалет вокзала, просторный, светлый, тоже пустой, поражал чистотой – всё для юбилейного приезда. В зеркальной стене над умывальниками отражение множилось, как в специальном объективе. Штук двенадцать сияющих меня звонко пропели: «Барсело-она»!
Пробудившийся город окатил собой сразу на выходе. Я постояла немного на широком тротуаре. Сосредоточься, юбилярша! Камо грядеши? Куда идти – подсказать некому. Значит, иди наугад.
Вокзал оказался в пешей досягаемости от центра Барселоны. Справа маячил парк «Сьютадель», по левую руку, на фоне горы, четко по центру, – колонна с какой-то фигурой наверху и с протянутой вдаль рукой. Нет, не Ленин, конечно. Позже разберёмся, кто. Я двинулась по прямой и пересекла широкую проезжую часть. Мне дико нравилось спрашивать у прохожих дорогу, тем самым я словно делилась радостью своего пребывания здесь.
День развивался по ясной, знойной, столично-каталонской программе. Мне предстояло ненавязчиво в неё вписаться, дожидаясь без надрыва «поворотного момента», озвученного по телефону Серёжей. Барселона, казалось, ликовала, приходя в восторг от самой себя. И, подобно женщине, знающей свою силу, выглядела ещё неотразимей. Город утопал в солнце, молодёжи, морском бризе и праздничной атмосфере. Словно создан был для того, чтобы человек мог встретить здесь свои полвека…
Я шла по красивым улицам легкой походкой и каждую минуту констатировала – мой расчёт оказался верным. Здесь просто классно! Вот ещё скоро Серёжа прилетит, тогда этот день действительно можно окрестить поворотным в судьбе. Жизнь – Чудо!
Меня обогнал сначала синий, потом красный двухэтажный автобус без крыши – туристический, для знакомства с городом. Нет, не поеду на нем, хоть и подмывает. Все это потом, когда буду не одна. Сейчас просто похожу вслепую, открывая для себя тайны улиц и кварталов, и выберу какой-нибудь ресторанчик с открытой террасой, где мы поужинаем вечером. Интересно, сколько стоит ночь в отеле? Допустим, в этом, трехзвёздочном.
Три звезды тянули на четыре, и стоили соответственно – сто тридцать евро в сутки, с завтраком. Ладно, возьмём на всякий случай карточку отеля с телефоном. Серёжа не захочет остановиться здесь. Он ведь мечтал о том, чтобы я не смотрела на цены, а получала то, что мне нравится и чего хочется. Если честно, пятизвёздочный отель гипотетически пришёлся бы мне больше по душе. Значит, мы остановимся в таком отеле. Скажем, в «Мажестике». И я пошагала дальше, не задумываясь, где мне предстоит сегодня ночевать. Главное – с любимым. А тогда – хоть на скамейке. Он решит эту проблему сам, как и подобает мужчине.
Отсутствие чемодана пока никак не сказывалось. Белые брюки и куртка оставались белыми. К моменту встречи с Серёжей куплю, допустим, эффектный топик, да и вся недолга. Обременять себя сейчас поисками платья глупо. Все равно Серёжа его на мне порвёт, как только мы окажемся наедине. Можно купить не слишком дорогое, ему на радость – пусть рвёт, сколько хочет. Лишь бы ему это доставило удовольствие.
Нет, всё-таки пятьдесят – это здорово. Раскрепостившаяся, уверенная в себе женщина, в тридцать я такой не была. В принципе, мне под силу теперь любая эротическая игра. Уж платье-то порвать – святое дело. Классика жанра, можно сказать.
Хотелось сесть в автобус и влюбляться в Барселону, по-детски пялясь из окна. Но в метро – прохлада и экономия времени.
Я купила билет на десять поездок, вставила его, куда вставляли все, и пошла через турникет. Но он преградил мне путь. Автомат, с металлическим лязгом недовольства, вдруг выплюнул билетик назад, как негодный.
Стройная девушка с тёмными, волнистыми волосами до плеч, проходившая рядом, обратила внимание:
– Вам помочь?
– Да вот, ещё много поездок…
– Это бывает. Вы не в тот турникет прошли. Надо было в левый.
Она взяла у меня билет и вставила правильно – тот же эффект.
– Странно. Ладно, пойдемте, у меня есть…
Не успела я понять, что к чему, как девушка провела меня по своему билету и прошла сама.
– Спасибо! – восхитилась я. – Какой жест… Давайте я деньги отдам?
– Нет-нет, что вы, не нужно!
– Тогда пусть в вашей жизни всё будет прекрасно!
– И в вашей тоже…
– Здоровья, удачи…
– Денег, – подсказала девушка с улыбкой.
– Да, конечно! Хорошего мужа, любви и обязательно согласия с самой собой.
– Спасибо, – согласилась девушка.
– Вы каталонка?
– Барселонка, – уклончиво ответила девушка.
– В каком чудесном городе вы живёте!
– Да, это правда.
– А люди какие!
– И это правда.
– Вот, например, этот жест с билетом – это жест доброго сердца. А вы ещё… не мама?
– Мама. У меня дочка есть…
– Как здорово! Повезло ей с мамой. Мне выходить сейчас. Спасибо ещё раз.
– Вы обратитесь в бюро обслуживания, чтобы поездки не пропали, – крикнула девушка в закрывающуюся дверь и осталась с улыбкой на лице в уходящем вагоне.
В «информации» молодой мужчина в униформе выслушал меня и, оглядев билет, решительно подошел к ближайшему турникету. Я покорно посеменила за ним.
Мужчина вставил билет в отверстие – автомат крякнул, и дверца открылась…
– Но мне не надо в метро, я только что приехала на свою станцию! Извините, что сразу не сказала…
– Это вы извините, я поторопился. Сейчас всё поправим. Пойдёмте.
Он подошел к автомату продажи билетов, достал из кармана какой-то документ, ввел пин-код и через несколько секунд протянул мне свежий билет с десятью поездками.
– Огромное спасибо! Это – торжество демократии. Всего вам хорошего!
– И вам! Бьен венидо!
Бьен венидо – добро пожаловать – озаряло мой путь ещё километра два, как минимум. Мне потрафили местные жители, вручив нечто вроде особого пропуска в их вожделенный город. Это они ещё не знали, что мне пятьдесят сегодня, а то бы наверняка и конфетой угостили… Шутливое расположение духа мне удавалось поддерживать практически всегда. В отсутствие катаклизмов, разумеется. На изломах судьбы я, случалось, теряла самообладание.
Прямая, как стрела, улица Лаиетана – с её шумом транспорта и всеобщим хаосом – в ускоренном темпе загнала меня в тишину переулков. Что ж, – тут и любопытных деталей больше.
Вот, реставрационная мастерская. Жестяной навес давал тень. В ней стоял крохотный плетёный стульчик. Сидя на нем у самого входа, трудился пожилой мастер в переднике, позволяя прохожим наблюдать за его кропотливой работой. В загорелых, ловких руках преображалась старинная ваза.
На маленький спектакль своего призвания имеет право каждый. Даже хирург, когда в окружении сестер и ассистентов просит: «Зажим… тампон… скальпель»! Вот и моя Слава, в процессе заливки творожной запеканки или в момент подготовки форшмака, тоже словно открытый урок дает, виртуозно используя навыки и кухонную утварь. Это у неё Юля Высоцкая подсмотрела формат своей знаменитой передачи, как пить дать. Хотя они не знакомы, и антураж их кухонь далеко не идентичен…