Дом на Рождество (ЛП)
Я заставляю себя улыбнуться.
— Конечно.
Он тянется за чашкой кофе и возвращается за свой столик, а я снова поворачиваюсь к маме. К ее чести, она не стала продолжать тему.
— Могу я предложить тебе что-нибудь, дорогая? Тыквенный пирог просто потрясающий, по крайней мере, мне так сказали. Хочешь? За мой счет, — спрашивает она.
— Не нужно, спасибо. — Тыквенный пирог — мой любимый и действительно лучший из всех, что я пробовала. — Я уже получила свою норму сахара на сегодня, выпив горячего шоколада.
— Отличный выбор, — отвечает она, одобрительно кивая.
— Так, когда вы закрываетесь на праздники? — спрашиваю я, облокотившись на стойку, отбросив все меланхоличные мысли в сторону, хотя бы на время.
— Двадцать третьего. — Мама берет запеканку у одного из поваров и ставит ее на стойку. — Рик и Кэрол закрываются до второго января.
— Отлично. — Рада слышать, что у нее будет такой долгий перерыв. Родители Итана всегда были добры к ней. Они заботятся о тех, кто им близок, особенно о тех, кто работает здесь так долго, как моя мама. — Есть планы?
— Кроме как провести время с моей прекрасной дочерью? — спрашивает она, усмехаясь. — Нет. В этом и заключается вся прелесть праздников. Тебе не нужно делать ничего из того, что ты не хочешь делать.
— В этом также заключается и вся прелесть выхода на пенсию, — замечаю я. — У тебя достаточно сбережений. Я до сих пор не понимаю, почему ты просто все не бросишь.
— Да ладно, Холли. Ты можешь представить меня на пенсии? — Мама преувеличенно закатывает глаза. — Я бы сошла с ума через месяц. Попомни мои слова. Кроме того, — добавляет она, одаривая меня кривой улыбкой, — мне здесь нравится. На самом деле, я люблю это место.
— Что ж, это радует, — раздается голос Кэрол, матери Итана, и я инстинктивно выпрямляюсь, когда она приближается. — Твоя мама — лучшая официантка и менеджер, который у нас когда-либо был. Она — единственное, что удерживает и не дает развалиться этому старому месту.
— Ой, да ладно. — Мама смеется, бросает тряпку обратно на стойку и обходит ее, но я вижу, что ей понравилось, то, что она услышала. — Как там тот лесоруб за двадцать?
— Только что вышел, — отвечает Кэрол. — Но я могу убрать столик, пока вы двое разговариваете.
— Не нужно, — говорит мама, уже опережая ее на два шага. — Мне нужно размять ноги. Я сейчас вернусь, милая, — добавляет она, сжимая мое плечо, и уходит на кухню.
Мне остается только повернуться к Кэрол, которая опирается локтем о стойку. Ее огненно-рыжие волосы тронуты сединой на висках. Когда она улыбается, я мельком представляю, какой красоткой она была в молодости.
— Рада видеть тебя, Холли, — говорит она, и искренность в ее голосе немного успокаивает мои нервы. — Рик! Холли здесь!
Из кухни доносится шум, прежде чем появляется отец Итана, вытирает руки о фартук и заключает меня в объятия.
— А вот и она, — говорит он, широко улыбаясь мне, после того как отпускает и отходит назад. — Я уже начал думать, что ты не заглянешь к нам.
— Я… немного волновалась, — признаюсь я, переводя взгляд с одного на другого. — Я имею в виду… из-за всего… этого.
— Все в порядке, Холли. — Кэрол нежно касается моей руки. — Мы понимаем. Здесь тебе всегда будут рады.
— Ты всегда будешь частью нашей семьи, — добавляет Рик, кивая в знак согласия.
Я выдыхаю, чувствуя, как узел в моем животе ослабевает.
— Спасибо. Я… ценю это. Больше, чем могу выразить словами. — Надеясь направить разговор в более легкое русло, я спрашиваю, — А как ваши дела? Как продвигается бизнес?
— Дела идут хорошо, — отвечает Рик. — Можно было бы подумать, что с открытием нового кафе «У Денни» на 100-м маршруте наши дела пойдут хуже, но в последнее время, кажется, клиентов у нас только прибавилось.
— Это же замечательно, — говорю я, и вполне серьезно. — «Кленовый Лист» переплюнул «У Денни».
— А мы и не сомневались! — восклицает Кэрол. Она обменивается взглядом с мужем и продолжает, — Хотя мы подумываем о том, чтобы выйти из игры. Я имею в виду нас с Риком.
Мои брови взлетают вверх.
— Вы продаете закусочную?
Мама любит это место, и, если Миллеры продадут его, что будет с ней?
— К нам вернулась прежняя тяга к путешествиям, — признается Рик. — Хотим снова посмотреть мир. Австралия, Белиз, Вьетнам…
— Но мы не собираемся продавать кафе кому попало, — добавляет Кэрол, явно чувствую мою панику. — Нужно будет все тщательно спланировать. Найти подходящего человека. — Она кивает в сторону моей матери, которая болтает с женщиной в одной из кабинок. — К счастью, у нас уже есть один кандидат.
— Да, она сказала, что не готова уходить на пенсию, — признаюсь, понимая, что мне нравится эта идея.
— Но, еще ничего не решено, — добавляет Рик. — Сейчас это только зародившаяся идея. Но об этом стоит подумать. — Он отходит. — Пойду-ка проверю, как там чак-чак в духовке. Думаю, его нужно перевернуть. Рад был тебя видеть, Холли.
— Я тоже была рада увидится, — отвечаю я.
Кэрол следует за ним, но затем останавливается и поворачивается ко мне с огоньком во взгляде.
— Не знаю, есть ли у вас, дети, планы, но у нас намечается ежегодная вечеринка в уродливых свитерах. Мы приглашаем вас, если вы захотите. Каждого из вас. А лучше приходите вместе.
Ежегодная вечеринка в уродливых свитерах у Миллеров стала неотъемлемой частью моей жизни, и всегда рядом был Итан. Присутствие на вечеринке в этом году — с ним или без него — будет ощущаться по-другому, как ни крути. Я собираюсь отказаться от предложения чисто инстинктивно, но замечаю, с какой надеждой Кэрол смотрит на меня, это оказывается слишком, и вместо этого я киваю.
— Конечно, — говорю я. — Звучит заманчиво.
Кэрол удаляется на кухню с видом кошки, объевшейся сметаны.
— Ее намеки так же незаметны, как автомобильная авария, — замечает мама, возвращаясь к стойке.
— И не говори, — соглашаюсь я с ней. — Ты знала, что они планируют продать закусочную?
— Они упоминали об этом, да.
— Похоже они думают, что ты подходящая кандидатура, чтобы занять это место. — На самом деле я с ними согласна.
Мама на мгновение поджимает губы.
— Это было бы просто воплощением мечты, — признается она наконец. — Но есть чертовски большая разница между тем, чтобы работать в ресторане и владеть им. — Она безразлично пожимает плечами. — Раньше ты сама мечтала стать владельцем этого заведения.
Когда я была ребенком, мы с мамой мечтали о таком месте, как «Кленовый лист». Это дало бы нам возможность пустить корни и позволило бы воплощать свои мечты. Время от времени я все еще думаю об этом, но финансовый риск, связанный с владением малым бизнесом, слишком велик.
— Это было тогда. Владеть малым бизнесом слишком рискованно.
— Жизнь полна риска, дорогая. Если не рисковать время от времени, то какой, к черту, смысл жить?
Я открываю рот, чтобы ответить, но тут звенит колокольчик над дверью и в закусочную входит Итан, одетый в потертые джинсы, черный пуховик и черную вязаную шапочку. Мое сердце заколотилось в груди, словно тигр, бушующий в клетке, отнявшей его свободу, когда его горящие голубые глаза встречаются с моими. В мгновение ока я вскакиваю со своего места, не готовая к тому, что меня ждет.
— Слушай, мне надо бежать, — говорю я маме. — Мне нужно купить продуктов.
— Ладно, милая, увидимся на вечеринке. — Мама быстро обнимает меня, хотя я слишком хорошо ее знаю, чтобы не понять, что она уловила мое беспокойство.
ГЛАВА 6
Верьте в волшебство Рождества
Итан
Зайдя в закусочную, наверное, я должен был удивиться, увидев здесь Холли, но нет. Она всегда звонила своей маме после наших ссор, особенно когда все становилось совсем плохо. Я успеваю кивнуть ей, когда она спешит к двери, и ее глаза встречаются с моими. Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но похоже передумывает, проносится мимо меня и стремительно выходит на заснеженную улицу.