Клан Северин
Прогулявшись еще немного по рынку, мы все же отправились в Логарну. Я отпустил Лику в путешествие по магазинам модной одежды, а сам прошелся по лавкам местных электронщиков и собрал информацию про искусственные интеллекты мира Эрсис. После чего приземлился в уже знакомом мне баре «Перекресток миров», где слушая хорошую музыку, под пиво и превосходные креветки, отлично провел целый час.
Домой вернулись поздно, и был устроен секс-марафон, а теперь я подъезжаю к главному входу академии «Эршвер».
«Макки» замер. Приехали, и к этому моменту я уже полностью пришел в себя. Покинул автомобиль, закинул на правое плечо сумку с вещами и осмотрелся. Ничего необычного. Площадь перед академией наполняется роскошными авто и аэромобилями.
Кивнув Герберту, я двинулся в сторону входа и почувствовал приближение знакомого существа, радостного, веселого и беззаботного. Однако вида не подал, и через несколько секунд на меня налетела Миттира Дагоз фир-Крайхер, подруга с геномом кошки. Девочка как девочка. Моя ровесница. Только фигура как у взрослой женщины, серебряные волосы и выглядывающий из-под белой шубки гибкий хвост.
– Привет, Райнер! – чмокнув меня в щеку, воскликнула Митти и ухватилась за мой левый локоть. – Ты чего такой хмурый? И уставший? Отвечать! Не молчать!
– Здравствуй, Митти, – покосившись на кошкодевочку, сказал я и продолжил идти.
Она принюхалась ко мне и затараторила:
– Все с тобой ясно, изменщик! Ты всю ночь занимался любовью с этой своей блондинистой девочкой! Верно!? А как же я, Райнер!? Как же наши чувства!? Ты меня кинул!? Учти, я мстительная! Тебе страшно? Что, совсем не страшно? А зря, мой дорогой Райнер. Очень даже зря!
Непосредственная Митти не думала ни о чем плохом и не хотела никого обидеть. Она могла быть серьезной и сосредоточенной, когда ей грозила непосредственная опасность или речь заходила о чем-то очень важном. Но сейчас девочка просто развлекалась, радовалась жизни и пыталась меня растормошить. Я это понимал. Но не понимали другие студенты, которые слышали вопли кошкодевочки и оборачивались в нашу сторону. Поэтому пришлось ее одернуть:
– Митти, успокойся.
– Какой ты бука… – протянула она, отцепилась от моей руки и замельтешила вокруг.
Вот она слева. А теперь уже справа. Сбоку, заглядывает в мое лицо. Отступает, и снова смещается влево. Скорость реакции у Митти гораздо выше, чем у обычных людей, что с ее способностями не кажется странным. Но сегодня она гиперактивна сверх всякой меры и почему-то мне вспомнились японские аниме про школу. Во многих из них попадалась какая-то левая девка, которая бросалась к герою с истошным воплем: «Братик!», и потом начинала виться вокруг. А парень стоял и не понимал, что вообще происходит и чего эта малознакомая телка от него хочет. И тогда у меня к подобному поведению японского школьника в мои реальные семнадцать лет возникали претензии. Мол, типок, ты чего теряешься? У тебя два основных варианта. Либо дать этой девке хорошего пинка, чтобы сразу закрыть вопрос непонятного родства и глупой суеты с неизвестными последствиями. Либо оттащить ее в темный угол, поставить раком и хорошо поиметь. Не теряйся, парень, и будет тебе счастье.
Впрочем, так я думал тогда, в юности, а сейчас, наблюдая за Митти, понимаю, что эти варианты не для меня. Ведь за кошкодевочкой маячит тень грозной мамы, связываться с которой врагу не пожелаешь. Да и Митти обидится, а я к ней как-то привык и даже немного привязался. Значит, придется подругу понять и простить. В очередной раз. Хотя поговорить с Митти всерьез придется. Однако не здесь и не сейчас, ибо не время и не место.
6.
– Бегом, Райнер! Не останавливайся! – подгонял меня Сигель Риги и я, в очередной раз, превозмогая себя, продолжал бежать.
Какой по счету круг по огромному стадиону академии нарезаю? Уже десятый или еще только девятый? Не знаю, сбился со счета. Глаза застилает едкий пот, и легкие горят огнем, а разум начинает терять контроль над телом. Хочется остановиться, но нельзя. Приближается чемпионат столичных учебных заведений по рукопашному бою, он пройдет уже на следующей неделе, и от меня ожидают побед. Прямо это никто не говорит. Однако если я оказался в секции рукопашного боя академии по настоянию архимага Аристида Эмери, значит, обязан добиваться успехов и прославлять «Эршвер». А иначе, зачем вся эта суета? Так что у меня как в старой советской песне: «И, значит, нам нужна одна – победа, одна на всех – мы за ценой не постоим».
К сожалению, магию применять нельзя и на будущем чемпионате все должно быть предельно честно. Поэтому тренировки рукопашников академии идут так, словно мы не владеющие магией аристократы, а самые обычные люди. И мне кажется это неправильным. Нас пытаются загнать в условия всеобщего равенства и поставить на одну доску с неодаренными, дабы обычный студент, кадет или лицеист, имел реальные шансы на победу в поединке с дворянином, который мог распылить его на атомы одним боевым заклинанием. А делается это, насколько я понимаю, чтобы наблюдающая за избиением и унижением молодого чародея на арене толпа могла выплеснуть накопившийся по отношению к аристократам негатив. По этой причине, окажись я на месте руководителя академии, забыл бы про этот чемпионат и не позорился. Вот только наш архимаг, фанат рукопашных боев, вбил себе в голову, что мы обязаны побеждать. И, порой, мы получаем заветные кубки и медали. Но очень и очень редко, а главные призы берут кадеты военных учебных заведений или профессиональные спортсмены из Академии Физической Культуры. Ведь для нас, будущих чародеев, рукомашество хобби, а для них работа и смысл жизни.
И снова я повторюсь – это неправильно. Идет уравниловка, а люди от рождения не равны. Кто-то лучше бегает и прыгает, кто-то является мыслителем и поэтом, кто-то прирожденный воин или пахарь, а кто-то изобретатель или чародей. И, конечно же, имея доступ к энергопотокам дольнего мира, мы можем быть спортсменами, художниками, экономистами или военными. Вот только профессия идет уже в комплексе с нашими способностями, которые должны усиливать одаренного человека, а не в урезанном варианте, как сейчас. Поэтому я считаю, что архимагу следовало бы организовать свой чемпионат только для чародеев, с возможностью полноценно применять магию и все элементы рукопашного боя. Разумеется, на специально подготовленной площадке, под контролем опытных магистров и целителей, с использованием ослабляющих магию артефактов, дабы студенты не перебили друг друга. Но этого нет и, если мне представится случай поговорить об этом с Аристидом Эмери, надо закинуть ему такую идею.
– Бегом, Райнер! – снова подстегнул меня Риги, и я продолжил свой марафон.
С тех пор как вернулся в академию после каникул, для тех студентов, кто примет участие в чемпионате, а таковых восемь человек, тренировки проходят каждый день. Сначала разминка, а затем упражнения на выносливость и развитие силовых качеств, гибкость, скорость и мощь удара. После чего восстанавливаем дыхание, медитируем, и Сигель Риги проводит занятие. Он демонстрирует различные техники защиты от ударов и освобождение от захватов, приемы нападения, способы уклонения и блоки, рассказывает про уязвимые точки человеческого тела и разбирает поединки знаменитых рукопашников, пытаясь понять стратегию и тактику их поведения применительно к тому или иному случаю. Что с него взять? Он фанат. Чародей, конечно. Но лучше бы ему родиться в обычной семье, поступить в военный лицей и стать простым армейским лейтенантом. Кстати, срок обучения у них всего три года и при таком раскладе он уже целый год мог бы командовать взводом в войсках. Ну или получить должность инструктора спортивной роты в какой-нибудь бригаде спецназа. Однако мои мысли останутся при мне. Я слушаю своего наставника и выполняю его указания, но поступаю по своему, так как на голову превосхожу остальных сотоварищей по секции. Все это видят и понимают. Но огонька во мне нет – как говорит Риги, и ему это не нравится, а мое превосходство вызывает зависть других студентов. Вот только мне на это плевать. Я сам по себе. И если считаю, что кумир многих студентов Сигель Риги не прав, так ему и говорю. Он пытается подогнать меня под свои стандарты и считает, что я должен заучить какое-то количество приемов рукопашного боя, которые по определенной тактике стану использовать в будущих поединках. Однако у меня к рукопашной схватке свой подход. Я подстраиваюсь под рисунок боя в его процессе, не ориентируясь на багаж заученных приемов, и действую по обстановке, с учетом того, кто мой противник, не всегда красиво, но максимально эффективно. И с учетом моих продвинутых физических кондиций, чутья и огромного опыта, это дает положительный результат. То есть, победу. А если необходим пример, я его приведу. Сигель Риги встает в классическую левостороннюю стойку боксера, левым боком к противнику, кулаки сжаты и левая рука немного впереди. Он ожидает от меня чего-то подобного, а я ускользаю от его первого удара и бью наставника ногой по коленной чашечке. Риги падает. Я победил. Все просто и понятно, а он не может смириться с тем, что я не стал с ним боксировать. А зачем? Работаем на результат. На чемпионате, который, по сути, является боями без правил, тоже так будет. И за каким, спрашивается, хреном, мне с ним устраивать мордобой, тратить силы, время и здоровье, если я добился цели одним ударом?