Вариант «Бис»: Дебют. Миттельшпиль. Эндшпиль

Одноглазого и однорукого капитана, прорвавшегося когда-то в гавань к «Тирпицу». – Имеется в виду Герой Советского Союза Леонид Елькин из 118-го ОРАП (отдельного разведывательного авиационного полка). После ранения в голову он действительно вернулся к летной работе, не видя левым глазом (а по некоторым свидетельствам, и с одной действующей рукой), – между прочим, точно как знаменитый японский ас Сабуро Сакаи. 29 февраля 1944 г. Леонид Елькин пропал без вести в ходе выполнения очередной воздушной разведки порта Нарвик. Фоторазведчик «Спитфайр PR Mk.IV» не нес никакого вооружения…
«Троечка» уже вовсю воюет, так что никаких детских болезней не будет. – Вообще-то, срыв обшивки с каркаса крыльев истребителя Як-3 при высоких скоростях пикирования был относительно известной проблемой, но после войны Як-3 строился с цельнометаллическими крыльями, а страницей выше сказано, что палубные машины были именно такими.
Стефановский. – Знаменитый летчик-испытатель Петр Стефановский, который вместе с Чкаловым, Коккинаки, Супруном и другими внес огромный вклад в создание новых самолетов и перевооружение советских ВВС на все более современную технику. В начале войны командовал 402-м ИАП – одним из трех ИАП, укомплектованных летчиками-испытателями; лично сбил четыре вражеских самолета. После победы под Москвой летчики-испытатели были отозваны с фронта, и Стефановский, который к 1944 г. был уже генерал-майором авиации, а в 1948 г. получил звание Героя Советского Союза, активно участвовал в испытаниях новой авиационной техники вплоть до 1954 г., когда получил тяжелые травмы при аварии вертолета Ми-4 и был списан с летной работы. Книга воспоминаний Петра Стефановского «Триста неизвестных» является замечательным свидетельством той потрясающей и героической эпохи.
Скоморохов. – Николай Скоморохов – известный ас 164‐го ИАП и 31-го ИАП, прошедший за войну путь от младшего сержанта до майора. По разным оценкам, к концу войны имел 43–46 сбитых лично и 3–8 в группе (к началу июля 1944 г. – минимум 15+3), обе Золотые Звезды получил в 1945 г. В течение многих лет был начальником Военно-воздушной академии им. Ю. А. Гагарина, в 1981 г. получил звание маршала авиации.
Лавриненков. – Помимо сведений, приведенных в основной сноске, хочу указать, что Владимир Лавриненков продолжал служить до конца 1980-х годов и ушел в запас в звании генерал-полковника авиации. Являлся лучшим другом прославленного аса Амет-Хана Султана и способствовал его становлению как летчика-испытателя после ухода Амет-Хана из академии и увольнения в запас в 1946 г.
Луганский. – Сергей Луганский, командир 270-го истребительного ИАП. Участвовал в советско-финской войне (1 воздушная победа в группе). К июню 1944 г. сбил 33–37 вражеских самолетов лично (в том числе 2 тараном) и еще 5 в группе и до конца войны боевой счет не увеличил. Стоит отметить, что Сергей Луганский является одним из прототипов сразу нескольких героев знаменитого фильма «В бой идут одни „старики“», а многие эпизоды фильма дают отсылку к его книге воспоминаний «На глубоких виражах».
Камозин. – Павел Камозин – командир эскадрильи 66-го ИАП. К концу войны сбил 35–36 вражеских самолетов лично и 2–13 в группе (из них минимум 33+2 к июлю 1944 г.).
Гулаев. – Николай Гулаев, чрезвычайно результативный летчик, неоднократно сбивавший по 3–4 вражеских самолета в один день, третий в списке лучших советских асов. В описанный период времени – командир эскадрильи 129-го ИАП. К концу войны сбил 55–57 вражеских самолетов лично (в том числе 2 тараном) и 5 в группе. Из них минимум 50+5 он сбил к июлю 1944 г. 30 мая 1944 г. капитан Гулаев был тяжело ранен и поэтому не мог попасть в формируемую авиагруппу. Николай Гулаев продолжал служить до конца 1970-х годов и ушел в запас в звании генерал-полковника авиации.
Однозначно являвшегося одним из лучших летчиков-асов всех фронтов и всех флотов и лишь ненамного отстававшего от самого Речкалова. – Интересно сравнить боевой счет лучших советских асов именно на этот момент, 1 июля 1944 г. По имеющимся сведениям (которые, разумеется, могут быть не полностью точными), он составлял: Г. Речкалов – 51 сбитый вражеский самолет лично + 4 в группе; А. Ворожейкин – 46+13 (из них 2+12 на Халхин-Голе); Н. Гулаев – 45+5; К. Евстигнеев – 43; И. Кожедуб – 42; А. Покрышкин – 40–41 + 4; Д. Глинка – 37; С. Луганский – 33–37 + 5; и В. Попков – 32.
 
Также хочу отметить, что в годы, когда писалась эта книга, широкой популярностью пользовался Иван Федоров (1914–2011), прославлявшийся в отечественных СМИ как недооцененный ас с многими десятками (больше, чем у Кожедуба и Покрышкина) сбитых вражеских самолетов, многими таранами, обладатель многочисленных иностранных наград (в т. ч. германских), человек, переживший службу в «воздушном штрафбате», и т. п. К сожалению, при всем уважении к подвигам Ивана Федорова молодого (в Испании сбил 2 вражеских самолета лично, в ходе Великой Отечественной войны – еще 11 лично и 1 в группе), к старости он явно потерял адекватность, что достойно всяческого сочувствия; его широко тиражируемые фантазии вызывали у меня большое чувство неловкости. В клинике я сталкивался с таким нередко.
Впрочем, моя самая старая пациентка (в 1997 г. ей было 106 лет) находилась полностью в здравом уме: в годы Русско-японской войны 1904–1905 гг. она была уже подростком, в дни испано-американской войны 1898 г. – первоклассницей. Признаться, у меня не вполне укладывается в голове, как можно быть свидетелем той эпохи – и суметь дожить до нашего времени.
К середине сороковых годов никакой «стратегической авиации» у Советского Союза уже не было. – Ключевое слово – «уже». В середине 1930-х годов советские ВВС (единственные в мире) обладали впечатляющим флотом тяжелых бомбардировщиков, а именно ТБ-3, которых было выпущено свыше восьмисот. К концу 1930-х годов они резко устарели и однозначно перестали играть роль, несколькими годами спустя обозначенную как «стратегическая авиация». К началу Великой Отечественной войны СССР все еще обладал 541 бомбардировщиком ТБ-3, но их время уже прошло. Соответствующая сцена из книги и фильма «Живые и мертвые» является тягостной, но верной иллюстрацией результата немногочисленных попыток использовать устаревшие ТБ-3 в качестве бомбардировщиков.
Впрочем, они начали с успехом использоваться как транспортные самолеты. Замены ТБ-3 в роли потенциальной основы «стратегической авиации» не нашлось: немногочисленные Пе-8 и Ер-2 (между прочим, Ер-2 были двухмоторными) обладали большим числом недостатков и строились в очень небольших количествах, не играя значительной роли в войне. Устаревшие ДБ-3/ДБ-3Ф в качестве стратегических бомбардировщиков отличились только в самом начале войны (я имею в виду знаменитые рейды на Берлин в августе 1941 г.) и далее были сменены отечественными Ил-4, а затем и ленд-лизовскими А-20. И те и другие до конца войны использовались уже в роли «дальнего тактического бомбардировщика» (если так можно выразиться).
Повстречал Водопьянова, узнав его по многочисленным предвоенным фотографиям. – Михаил Водопьянов был шестым Героем Советского Союза и являлся без преувеличения кумиром советского народа. Однако авиадивизией (81‐й ДБАД) он командовал очень недолго: уже в августе 1941 г. он был отстранен от командования, что, понятно, широко не освещалось и вполне могло быть неизвестно фронтовым летчикам. По имеющимся сведениям, Михаил Водопьянов совершал боевые вылеты в составе одного из полков той же дивизии (несколько раз преобразовывающегося и менявшего нумерацию 746‐го ОАПДД) в качестве всего лишь командира экипажа. С сентября 1943 г. состоял в распоряжении командующего авиацией дальнего действия (Александра Голованова) для выполнения специальных заданий. Написал большое число книг; лучшей из прочитанных мной я считаю книгу «Полярный летчик».
Покрышкин к этому времени был, несомненно, самым популярным летчиком в стране, его портреты печатали в газетах чуть не через день… – Вообще-то, довольно странно смотреть сейчас на явно неоднородный уровень популярности ведущих советских асов: имена трижды Героев Советского Союза А. Покрышкина и И. Кожедуба известны каждому школьнику, в то время как имена дважды Героев Г. Речкалова, Н. Гулаева, К. Евстигнеева, Д. Глинки и А. Ворожейкина (сбивших больше вражеских самолетов, чем А. Покрышкин) – далеко не всем.