Рисунок, начертанный маятником (СИ)

— По своей глупости ты чуть не убила его. Вещества, входящие в состав эликсира и снотворного не совмещаются между собой. К тому же ты дала ему слишком большую дозу…
Казалось, что Блейбери не обратила на слова незнакомки никакого внимания. Она схватила руку Озби и прижала ее к своей груди. Она видела, что мужчина просыпается. Темноволосая женщина встряхнула руками, и свечение исчезло. Она встала и отошла в сторону. Мелузина почему-то решила, что она сейчас вообще уйдет, но этого не произошло. Женщина просто остановилась чуть в стороне и сложила на груди руки. Озби пошевелился еще раз. Его губы тихо прошептали: «Комда…» и он открыл глаза. Неизвестно откуда на глазах у Блейбери снова появились слезы. Она смахнула их и, наклонившись, поцеловала мужчину. Когда мелузина вновь подняла голову, его взгляд был уже осмысленным. Мужчина окончательно проснулся. Он спросил:
— Что со мной было?
— Я не знаю. Ты уснул и не просыпался…
И тут Блейбери увидела, как Озби медленно поднимает левую руку. Она поняла, что сейчас произойдет, и отвернулась.
— Блейбери, что это значит?
— Что?
— Зачем ты надела мне на руку браслет?
— Разве не понятно? Чтобы скрыть тот, другой. Это просто невыносимо! Ты постоянно смотришь на него, словно чего-то ждешь!
— Ты права. Я действительно жду.
Он снял широкую золотистую пластину с руки и небрежно отбросил её в сторону. И тут на лице мужчины появилась радость. Он провел по ярко-синему браслету пальцами и сел.
— Тот, кого я жду, совсем близко.
— Даже ближе, чем ты думаешь.
Озби резко обернулся и радостно воскликнул:
— Комда!
Он вскочил, покачнулся, провел ладонью по лбу, не понимая, почему так произошло, и бросился к женщине. Он обнял ее за плечи и прижал к груди. Потом чуть отстранился и заглянул ей в глаза:
— Что произошло? Почему тебя так долго не было? Браслет одно время был абсолютно белым… Я думал с тобой что-то случилось…
— Так и было. Я попала, — она замешкалась, — … в неприятную историю и мне потребовалось время, чтобы разрешить ее.
— Комда… — он ласково коснулся ее лица. — Энди прав. Тебя нельзя отпускать никуда одну!
Блейбери все это время, не отрываясь, наблюдала за Озби. Он менялся прямо на ее глазах. Исчезла его настороженность и внутренняя сосредоточенность. Янтарные глаза вспыхнули и заблестели. В нем словно зажегся внутренний огонь, который он все это время старательно подавлял. Мелузина почувствовала себя лишней. Вместе с этим ощущением появилась обида. Этот мужчина, с которым было связано столько ее надежд, обнимал другую, начисто забыв о ее существовании! Она позвала его:
— Озби…
Он повернулся в ее сторону так, словно она оторвала его от чего-то жизненно важного. Радость на лице мужчины сменилась холодным вниманием.
— Ты собираешься покинуть меня? — голос Блейбери дрогнул и пропал.
— Я не обещал тебе остаться навсегда.
— Но я надеялась…
— Прости, Блейбери.
Его извинение подействовало на женщину странным образом. Она вскочила и закричала на него:
— И это все?! Просто «прости», и все?
— А что ты хочешь услышать от меня? Мне кажется, что этого вполне достаточно. Ну, разве еще можно добавить: «прощай!», но я хотел сказать это немного позже.
Комда с невозмутимым лицом наблюдала за их разговором. Это тоже раздражало Блейбери.
— А ты что молчишь? Явилась сюда неизвестно откуда и собираешься забрать мужчину, который… которого… я люблю!
Озби, который оказался между двумя женщинами, повернулся и следом за Блейбери посмотрел на Комду. После всех этих дней, когда они не видели друг друга, женщина казалась ему странной и какой-то «чужой». Вот и сейчас она задумчиво молчала, никак не реагируя на обвинение мелузины. Он позвал ее по имени и она, тряхнув головой, взглянула на него.
— Что с тобой, Комда?
— Все в порядке.
— Это не так. О чем ты думаешь?
— У нас мало времени. Пора уходить. Портал откроется на рассвете. Нам нужно успеть добраться до него.
Озби сделал вид, что удовлетворен ее ответом. Он не стал спорить. Просто сказал: «пойдем!» и повернулся к двери. Голос Блейбери за его спиной прозвучал удивительно громко:
 
— Вы никуда не уйдете отсюда. Ты никуда не уйдешь!
— Она права, Озби. Неучтиво покидать дворец без разрешения королевы.
— Королевы?
— А разве ты не знал? Блейбери — королева мелузин и правительница Гридоса.
— Почему же тогда она ничего не сказала мне?
— Спроси у нее сам.
Русалка не стала ждать его вопроса. Она воскликнула:
— Это совершенно не важно, почему я умолчала об этом! Какое имеет значение, кто я такая?
— Мне не нравится, когда меня водят за нос!
— Эта женщина, которую ты называешь Комдой, тоже многое скрывает от тебя! Почему ты не обвиняешь ее?
Озби нахмурился, но ответил:
— Мы сами разберемся между собой. Нам нужно спешить, Блейбери. Спасибо за все и прощай!
Мужчина повернулся и пошел к дверям. Комда последовала за ним. На пороге они услышали крик мелузины:
— Эта женщина играет тобой как игрушкой! А когда ты надоешь, она просто заменит тебя на другого! Запомни мои слова, Озби! Так и будет! Тогда ты пожалеешь, что пренебрег мной!
Комда обогнала Озби и теперь шла впереди, легко ориентируясь в длинных запутанных коридорах дворца. Он молча шел за ней, подавляя возникшую в душе тревогу, пока на одной из развилок она не остановилась. Тогда он взял Комду за плечи и повернул к себе.
— Она права?
— Почему ты задаешь такой вопрос?
— Просто ответь и все.
— Нет. Просто Блейбери выдает свои желания и мысли за мои.
Увидев, что он продолжает с сомнением смотреть на нее, Комда добавила:
— Если бы это было так, я бы не пришла за тобой. В этот раз мне было трудно решить: остаться здесь или вернуться назад на корабль. Я выбрала последнее. Из-за тебя, Озби. Желание быть с тобой сыграло в моём выборе основную роль. Я не хочу потерять тебя. Поверь, это так. Может, я многое не договариваю, но я никогда не лгу тебе.
Озби отпустил ее плечи, но не отпустил саму женщину. Его руки забрались в ее густые волосы и сжали голову у висков. Так делал только он. Комда улыбнулась. Его янтарные глаза смотрели на нее, не отрываясь. Продолжая улыбаться, она тихо произнесла:
— Я так соскучилась по тебе.
— Как бы ты ни скучала, я все равно соскучился больше!
— Не заметно…
Озби улыбнулся и склонился к ее лицу. Отвечая на его поцелуи, Комда почувствовала, что ей становится удивительно хорошо на душе. Тревоги покидали ее, оставляя легкость и нежность. Она словно пила свежий воздух, ощущая его прохладу и аромат. Озби никогда не пытался подавлять ее. Он просто любил ее всем сердцем. Сейчас, после объятий Астарота, она как никогда чувствовала и понимала это. Но как это всегда было между ними, нежность постепенно уходила, уступая место страсти. Комда почувствовала, как её голова начала кружиться, а ноги задрожали и стали подкашиваться. Теплая волна желания медленно поднималась, заполняя ее тело. Она нашла в себе силы и прошептала:
— Нет. Не сейчас… Нам действительно нужно спешить… Портал…
Озби прижал ее к своей груди. Она еле слышно закончила:
— …откроется на рассвете. Это совсем скоро.
В ответ мужчина только крепче прижал ее к себе и продолжил целовать.
— Когда мы вернемся на корабль, то закроемся в каюте на целую неделю! Я обещаю!
Она произнесла эти слова настолько убедительно, что мужчина рассмеялся:
— Что ж, заманчивое предложение! И самое невероятное заключается в том, что я тебе почему-то верю.
  
Глава 20
  
Комда то плыла, превратившись в огромное морское животное и держа Озби на спине, то летела по воздуху. В этом случае она становилась птицей и несла мужчину в своих когтистых лапах. Она очень торопилась, но это не мешало им общаться. При помощи телепатии Комда рассказала ему все, что знала о Гдаше, о Дэнжерсе и об андрасах. Озби чувствовал, что она чего-то не договаривает, но знал, что скрытность давно уже стала одной из главных черт ее характера, и не задавал уточняющих вопросов. Он надеялся выяснить все позже, при более благоприятных обстоятельствах.