Гуль. Харизма +20. Том 2 (СИ)

— Ангус, ты хочешь с нами только потому, что мечтаешь урвать неприлично большой кусок лута.
— Но разве нельзя совместить искреннее раскаяние с неприличным обогащением?! — взвыл археолог.
— Можешь попытаться в каком-нибудь другом месте.
Дверь закрылась, Мэдлин заняла место штурмана, закинула ногу на ногу, ворон сердито каркнул.
— Взлетаем, Антон.
— Слушаюсь.
— И рассказывай уже, что задумал, я больше не в настроении проявлять терпение.
— Ничего особенного, буду делать то, что получается лучше всего…
— Кушать? — предположила Лиззи.
— Договариваться.
  
Глава 19. Великий и Ужасный (часть 2)
 
Лететь нам было, в принципе, недалеко. Меня интересовало небо на границе плато Сапфир и Щедрых Холмов, примерно три тысячи метров над уровнем моря, не больше. «Драконья мушка» рыскала среди облаков, расширяя зону поиска по спирали, забиралась всё выше.
— Терпение, — повторял я, скорее для себя, понимая, что, искомое может и не найтись. — Ещё немного… вот он.
Налетевший ветер отогнал большое облако, и мы увидели красный каменный массив, паривший в небе. Халк прилично отдалился от точки возникновения, но так и остался в зоне памятного столкновения.
— Осторожно! — воскликнула Лиззи, когда с камня открыли пальбу.
Автоматические свинцомёты и зенитные скрап-пушки, раньше молчавшие, теперь отрабатывали свою функцию по полной. Огонь был плотным, но совершенно беспорядочным, что являлось как плюсом, так и минусом для нас. Никто не пытался вести «Мушку», ни один осколочный снаряд не был настроен для взрыва на нужном расстоянии, тем более, мы это расстояние постоянно меняли, но, зато, на манёврах уклонения я мог только гадать, какой стрелок куда и когда повернёт ствол. Полный хаос и неразбериха в воздухе.
— Лиззи, мне нужен квалифицированный бортстрелок сейчас!
— А придётся обходиться мной! — расхохоталась мумия, открывая ответный огонь.
Продолжая бешено маневрировать, я старался держать нас днищем к халку, хотя, толку было немного, — одинокий комар не очень опасен для мамонта, если только не залетит в хобот. К сожалению, у халка не было особо уязвимых мест, кроме двигателей, которым я вредить не хотел.
— Залетаем сверху, постарайся расчистить посадочную площадку!
— Я могу её только расстрелять!
— …Сойдёт.
— Только не забывайте, что вы истощаете наш квинтессант, — напомнила Мэдлин, которая сидела, вцепившись в подлокотники изо всех сил.
Мы зависли над халком и Лиззи от души полила его огнём, выбив две турели, которых раньше на площадке не было. Она стреляла по бежавшим гоблинам, полуоркам и людям, оставляя оплавленные следы на металлическом настиле и камне. Следующие десять минут мы вели огонь при малейшем намёке на движение, пока из глубин не появилась металлическая фигуру.
— Стой, — быстро сказал я, — не стреляй.
Это был квинт-голем «Отбойник», потускневший, грязный, однако, функционирующий. Он задрал голову, единственный окуляр засветился, притух, снова засветился. Через секунду я понял, что дрон передавал сигналы азбукой Морзе. Какая архаика. Но, тем не менее, этот код прошёл с человечеством сквозь тысячи лети и до сих пор был полезен, а раз что-то работает, менять это не нужно.
— Всё в порядке, Кситриан приглашает нас в гости.
— Как ты это понял?! — воскликнула Лиззи.
— Ну, голем цел, значит, и инженер тоже.
Мэдлин скосила на меня глаза, но ничего не сказала.
«Драконья мушка» приземлилась, мы спокойно покинули борт и отправились за дроном вглубь халка. Я отметил, что там стало намного чище, горы хлама и фекалий не встречались на каждом шагу, и даже воздух сделался менее зловонным. Поскольку пространство больше не завязывалось узлом, шли мы не так долго и ни разу не заблудились. При этом техноварвары не нападали на нас, хотя их вокруг было полно. Изуродованные болезнями и экспериментальным протезированием люди, гоблины, полуорки, скалились со всех сторон и плотоядно следили за Мэдлин. Кажется, она говорила, что они предпочитали насиловать своих жертв перед убийством. Или наоборот? В любом случае, вид железной челюсти, которую я носил как горжет, заставляла их отводить глаза и сутулиться.
 
Голем привёл в тот зал, где Абесалом Проводящий жарил меня своими молниями. Часть оборудования была восстановлена и приобрела более цивильный вид, артефакт Предтечей парил в энергетическом поле, а на большом железном троне сидел эльф. Жизнь среди варваров изменила его тоже, Кситриан избавился от форменного кителя, жилета, сорочки, а брюки стали ещё грязнее. Блестящая от пота и машинного масла кожа, растрёпанные свинцовые волосы, несколько ожерелий и браслетов из гильз и гаек. Только серебряные очки продолжали сверкать по-прежнему, да ещё пара острых грудей, торчавших сквозь засаленную майку, привлекали внимание.
Голем прошёл за трон, где и встал, а по бокам, подняв оружие, сверлили нас взглядами полдюжины вооружённых до зубов, да ещё и модифицированных скрап-протезами техноварваров.
— Понимания и процветания, инженер Кситриан, — поприветствовал я. — Дело есть.
— Вас где-то носило две недели, — ответил он, ловко вращая меж пальцев свой мультитул, — и не то, чтобы я соскучился. Явились, расстреляли моих мобов, испортили несколько турелей. Их не так легко строить со здешним уровнем технологий, между прочим.
— Прошу прощения, — ведьма чуть наморщила носик, — «твоих мобов»? Ты взял под контроль ивентовый объект? Каким образом?
— Мэдлин, — воскликнула Лиззи, — у него одного здесь есть сиськи, а всё остальное элементарно!
Тонкое лицо Кситриана заметно напряглось и покраснело, металлическая отвёртка замерла в чумазых пальцах, а свободная рука дёрнулась прикрыть выпуклости.
— Кем ты меня считаешь, нежить?! Думаешь, что я… с этими ретардами?!
— А что тут такого? — не поняла Лиззи. — Что приносит удовольствие, — то нестыдно. Ну, вообще-то, нет, этим и манящего вида будет достаточно, чтобы верно следовать за хозяином божественной красоты. Ты познал силу груди, эльф… назад дороги нет.
Забинтованные пальцы тоскливо блуждали по драгоценному оплечью самой Лиззи.
— Этот фарс уже слишком далеко заходит. Говорите, чего надо, и проваливайте с моего камня! — разозлился инженер.
Мобы грозно засопели, покачивая тяжёлыми свинцомётами и огнемётами.
— Хорошо, хорошо, — примирительно поднял руки я, — нам немного нужно. Слышал об аномальном ивенте в Наиле?
— Весь Инкарнам гудит, — сквозь зубы выдавил Кситриан.
— Отлично. Мы хотим, чтобы ты переместил халк туда, врезался в пирамиду, пробив её внешнюю оболочку, и выпустил свою техноварварскую орду. Нам очень нужно внутрь, но в сложившейся обстановке без такого тарана никак.
Его глаза расширились.
— Бред. И ради этого вы, ретарды, отрываете меня от дел?
— Ты не дослушал… Вольные отряды и гильдии нацелились на сокровища пирамиды, большие игроки — на новый вид манатека. Не могу обещать тебе второго, но уж первое получишь с избытком. Тебе ведь нужны Драгоценные, поиск артефактов анрати дорого стоит. У тебя есть очень мобильное транспортное средство и куча пушечного мяса, сможешь распорядиться этими активами с умом или так и будешь мариноваться в грязи и чаде?
— Ты предлагаешь мне рискнуть всем невесть ради чего и с нулевыми шансами на успех. Даже слушать не хочу…
— Тогда как на счёт того, чтобы разделить общее стремление?
— Что ты знаешь о моих стремлениях, животное? — высокомерно бросил эльф.
— Скажем так, нам по пути.
— Хм?
В реале у меня была мимика, отработанный тембр, возможность анализировать характер собеседника и доступ к его личной информации. Всё это помогало во время агитации; это и, возможно, то, что Древние называли «харизмой». В игре я был лишён львиной доли инструментов воздействия, так что продолжать этот разговор нужно было, целя очень точно.
— Я стану императором и открою дорогу на Коун-ан-Бакшари.