Гуль. Харизма +20. Том 2 (СИ)
Субрегион Сапфир отличался от всех земель вокруг, он белел на фоне жёлтизны Наила, и зелени Щедрых Холмов. Само озеро всё так же сияло глубокой синевой, но почвы походили на сплошной алебастр. Только лесные массивы разбавляли эту белизну; небольшие, росшие тут и там, но зато какие яркие, какие красивые. Нам нужен был тот, что имел смесь золотого и пурпурного цветов, Аметриновый лес.
Приземлились на опушке, «Манта» тяжело присел на посадочных опорах, сопла и пропеллеры стихли. Выбравшись наружу, я увидел, что на белой почве не росло ни единого стебелька, а вокруг не нашлось бы ни зверька, ни мошки, совершенно безжизненный ландшафт. Даже воздух был каким-то сухим и пах мелом.
Налетевший ветерок наполнил лес тихим хрустальным шелестом.
— Что-то здесь не так.
— Правда? — спросила Лиззи. — Ничего не чувствую. Ах, да, я же мёртвая.
— По ЛОРу, — Мэдлин осмотрела белые просторы из-под полей, — Сапфир — особенный субрегион. Когда-то, тысячи лет назад, быть может, с небес рухнул метеорит. Сейчас он лежит на дне кратера, который мы называем озером Сапфир. Доподлинно его природа неизвестна никому, однако, присутствие космического тела изменило экосистему, сдвинув его от понятной углеродной основы жизни в сторону, скажем так, кварцевой.
— Не понял.
— М-м-м, все эндемики Сапфира, так или иначе, являются минеральными формами жизни. Растения и животные, приспособившиеся к влиянию метеорита, остались, прочие вымерли.
— Нам следует чего-то опасаться?
— Антон, даже в Щедрых Холмах есть чего опасаться, а Сапфир — субрегион с умеренным уровнем опасности. Игроки от пятидесятого до девяностого уровня чувствуют себя здесь вполне уверенно, а по пустошам могут и нубы ходить, так как вся опасная фауна держится в лесах и ближе к берегу.
— А нам нужно в лес, я помню! — сообщила Лиззи.
— Именно. Держитесь настороже. Ангус сказал, что отряд, завладевший третьей канопой, пошёл в Аметриновый лес и добрался до входа в данж Хрустальная Река. Там они и погибли.
— В подземелье?
— Нет, при входе. В Сапфире есть несколько многоуровневых данжей, уходящих в систему пещер плато. Вот там действительно опасно, ниже сто двадцатого уровня и без хорошей подготовки лучше не лезть. Входы охраняются особой породой кристаллов, которые, положили наших клиентов и завладели их имуществом.
— Кристаллы?
— Да.
— Завладели нашей канопой?
— Про кристаллических зомби ты явно не слышал.
— Оу-оу-оу! Я слышала! — заволновалась Лиззи.
— Кварцоиды — опасные мобы. Правда, больше для меня, чем для вас. Мёртвая органика их не интересует, а до твоего мяса, Антон, нужно ещё доковыряться. Поясняю: кварцоиды — кристаллы-паразиты, достаточно мельчайшим частицам попасть в кровь живого существа, как начнётся процесс минерализации, долгий и мучительный. Постепенно организм превратится в нового кварцоида. Вводная дана, теперь идём.
Безжизненная красота леса завораживала. Стволы деревьев имели витую форму как рога аддакса, широкие у корней, заострённые к вершинам, покрытые бугристой мелово-белой корой и с множеством тонких ветвей. Но, главное, — кроны. Тонкие кристаллические листья по форме похожие на ракушки сердцевидки сияли золотом и пурпуром аметринов, глазам гуля было больно от бесконечных мириад бликов, но хотелось продолжать смотреть.
Вместо тропы через лес вела широкая прямая дорога, мощённая алебастровыми плитами. Мы шли, прислушиваясь к звонкому шелесту листвы, через некоторое время среди аметриновых деревьев что-то шевельнулось. Раздался особенно громкий звон и на дорогу выбралось существо, розовый кристаллический шар диаметром метра два, окружённый десятками полутораметровых шипов; они не крепились к сфере, но перемещались вокруг словно в силовом поле. Шар опирался на некоторое количество шипов, как на ноги, позволяя остальным произвольно парить вокруг, но, когда мы оказались в поле зрения — если эта штука могла видеть, — моб замер и распределил шипы равномерно вокруг себя, став похожим на морского ежа. «Бродячий осколыш, 44 уровень».
— Что это?
— Тс-с-с.
Мэдлин стояла неподвижно и следила за мобом, пока он просто не продолжил путь.
— Нейтральный, — розовые первыми не нападают.
— Полезно знать. А к чему, собственно, нам готовиться? Как драться с этими кварцоидами?
— Очень легко, если есть Аспект Звука. К остальным у них приличный иммунитет. Ещё можно бить посильнее.
— «Бить посильнее» — это универсальный совет, — сказал я.
— Но только не когда на тебя нападают призраки, — глубокомысленно заметила мумия. — и Слаймы. Да. Слаймам удары нипочём.
Ведьма деликатно прочистила горло.
— Кварцоиды — минеральные формы жизни, они очень тверды, но не то чтобы совершенно прочны, понимаете?
— И водные элементали. Они водные, потому что из воды, рубить и резать можно с любой силой, это бессмысленно.
— Я…
— И воздушные элементали, кстати, тоже, потому что они воздушные. Трудно бить воздух.
Мэдлин с большим терпением следила за мумией.
— В любом случае…
— И огненные элементали. Но зато земляных можно лупить только так, очень удобно. Прости, я тебя, кажется, перебила.
Ведьма проявила огромное снисхождение, обойдясь одним кивком.
— Лучшим оружием против кварцоидов мог бы стать Аспект Звука, но, боюсь, никто из нас им не владеет. Придётся полагаться на грубую силу и баффы. Для нас самое важное, определить того, у кого находится канопа, в этом положимся на тебя, Елизавета. Уже почти пришли, кстати.
Дорога слегка изгибалась несколько раз, уводя нас в чащу, пока впереди не показалось что-то вроде круглой площади; в центре было углубление с блестящей медной блямбой, похожей на люк.
— Хм, странно, — произнесла Мэдлин. — Это вход в данж, обычно вокруг него много кварцоидов.
— Может, спрятались?
— Они не прячутся, Елизавета, недостаточно хитры. Давайте-ка обвешаемся баффами и будем надеяться, что Ангус не ошибся, добывая сведения.
— По какой причине их может не быть?
Ведьма пожала плечами:
— Если кто-то прошёл в подземелье незадолго до нас. В таком случае они респанутся через сутки, и, надеюсь, канопа будет при них. Не хочется думать, что её залутал кто-то посторонний, да ещё и спустившийся в трудный данж.
Потом ведьма планомерно расходовала синюю шкалу, навешивая на меня, себя и Лиззи разные заклинания.
— Так, — сказала она, — Елизавета, напоминаю, что твоя главная задача, вычислить канопу. Если начнётся схватка, нам необходимо победить только одного кварцоида и уходить из зоны их патрулирования. Держись немного позади, готовься создать песчаную бурю для отхода. К тому же твои навыки и способности для кварцоидов не очень опасны.
— Не недооценивай брошенную женщину, Мэдлин. Древние говорили, что нет ничего опаснее.
— Нет ничего опаснее брошенной женщины? Что-то я не поняла.
— Если Антон меня как следует бросит, могу и насмерть убить, — уверенно заявила Лиззи.
Поняв, что совершенно неспособны уловить ход её мыслей, мы решили, что хватит задерживаться. Вышли на площадку, окружённую аметриновыми деревьями, солнце отражалось от белого камня под ногами и слепило. Никого в поле зрения, тишина, покой, запах мела.
— Даже следов боя нет, — произнесла Мэдлин еле слышно, — привратники просто исчезли.
Ведьма прищурилась, повела рукой, оставляя в воздухе светящиеся знаки, её шёпот складывался в заклинание, появился вращающийся диск, и Каспар нахохлился. По мере того, как шёл процесс, округа менялась, словно кто-то стягивал белое покрывало, обнажая поле боя. Тела, похожие на смесь органики и кристалла, валялись тут и там, разрубленные на части. Белоснежный камень «украшали» жжёные пятна и потёки жидкости. А посреди всего этого, прямо на люке стоял высокий некто в красно-чёрном плаще с капюшоном.
— Отмена Иллюзии? Быстро догадалась.
— Не первый день в игре, — сказала Мэдлин, занимая боевую стойку.
Он приподнял лицо, в тени капюшона горели жёлтые зрачки, а над головой парила красивая и слегка жуткая плашка: «Ахимас Вельт, магус 90 уровня, человек (Грезящий)».