Гуль. Харизма +20. Том 2 (СИ)
Очень медленно светало. Холодный воздух казался густым, синеватым, луны бледнели, но солнце ещё не показалось. Мне послышалось что-то, прикрыл глаза от света огня и различил, как из-за края уступа что-то поднималось. Медленно, с натугой, из пропасти вылез большой мохнатый силуэт. Присмотрелся, разглядел дескриптор: «Дикий йети 21 уровня». Вот как? Он действительно походил на того щитоносца, которого я отравил до смерти драконовым сном. Только у того не было рогов, а у этой туши, выпрямившейся во весь рост, были — длинные, закрученные спиралью; и глаза горели синим. Существо сделало шаг, я поднялся и пошёл навстречу.
— На этот уступ только по записи.
Его рычание было низким, протяжным. Я активировал Костяной Таран, разогнался и врезался рогом ему в грудь. Отдача оказалась мощной, йети был больше и тяжелее меня, но недостаточно, чтобы устоять; мелькнули когтистые ноги, и гость улетел в далёкую темноту. Эхо его рёва носилось по горам ещё секунд десять.
Над ухом прозвучал голос Лиззи, она старалась говорить тихо:
«Что там происходит? Мэдлин ворочается от шума».
— Прости, больше не повторится. Как она?
Заминка на несколько секунд.
«Красиво спит».
Меня это позабавило.
— Подъём через два часа, пусть ещё отдохнёт.
«Да. В следующий раз не останавливай гоблина, у меня для него кое-что припасено».
* * *После завтрака мы спустились вниз, под уступ, где на заснеженных камнях ещё лежал труп йети. Моб не имел ни одежды, ни оружия кроме когтей, зубов и рогов, — действительно дикий, возможно, даже животное. Я не позволил Гринботтому увести у меня из-под носа квинтессант, и начал складывать куски мяса в инвентарь. Оно успело хорошо проморозиться за те два часа и с хрустом ломалось. Гоблин смотрел на меня с ужасом.
— Поздравляю, приятель, — сказала ему Лиззи, — ты временно лишён статуса стратегического запаса пищи.
— Что-что?!
— Не обращай на неё внимания Ангус, — невозмутимо посоветовала ведьма, — никакого статуса ты не лишён.
— Как-то совсем не обнадёживает!
Нефритовые глаза ожгли его безразличным взглядом.
— А я и не пытаюсь тебя обнадёжить.
Мы продолжили поиски, горы в утренней подсветке выглядели неправдоподобно красиво, напоминали цветение вишнёвых лесов на Фуджи-Ичи. Мы парили над ущельями, облетали пики, исследовали скальные навесы. Даже в этой рутине было что-то приятное. Мимо проплывали огромные парящие айсберги, в долинах мигрировали стада мамонтов, и струились дымные столбы над очень редкими поселениями. Мы наворачивали круг за кругом, со всё большим радиусом поиска.
— Ничего. Ничего. Ничего. В этой пропасти тоже ничего. Ой, что это?!
— Елизавета? — Мэдлин не донесла до губ чашку кофа.
— Отбой. Думала, там корабль, а оказалось — сова.
Мы спокойно продолжали поиски, когда, вдруг, на горном пике со стороны левого борта расцвёл бутон с лепестками из огня и каменной крошки. Грохот выстрела достиг нас на секунду позже. Я развернул топтер и в поле зрения появился большой чёрный корабль. Он только что выплыл из морозного тумана и шёл к нам на всей скорости, паля из курсовой пушки.
— Догнали! — взвыл Гринботтом. — Что же делать?! Всё кончено!
Каспар громко каркнул на него, и гоблин замолчал.
— Антон? — Мэдлин полностью владела собой и даже казалась незаинтересованной.
— Как они узнали наше местоположение? — спросил я.
— Это игра, Антон, механика вендетты притягивает вовлечённых лиц до тех пор, пока одна из сторон конфликта не погибает.
— То есть они будут идти за нами до конца?
Ведьма не ответила, — сочла, что всё очевидно.
Что ж, у пиратов был большой, вооружённый корабль, заметно более крупный чем те, что пытались штурмовать пирамиду, но и намного меньше тяжёлых крейсеров. Он заметно уступал топтеру в скорости, но, судя по всему, превосходил в дальности хода. Хотя бы иногда нам требовался отдых, и кристалл квинтессанта был не вечен, а пираты могли лететь без передышки сколько угодно. В долгосрочной перспективе наше будущее выглядело плачевно.
— Значит, придётся импровизировать.
— Это грустно.
— Обожаю импровизацию!
— Я хочу жить!!!
— Отлично, — кивнул я, — теперь, когда самый безнадёжный высказался, можно приступать. Пусть ваши ремни будут пристёгнуты.
Я повёл топтер на север, поддерживая дистанцию, но не отрываясь от пирата слишком уж. Корабль пошёл следом, через пару залпов стало ясно, что «Драконья мушка» вне радиуса поражения, и огонь прекратился.
— Антон?
— Да, Мэдлин.
А летел я в сторону пика Бахрон, к горе, которая походила на огромный пень из камня и льда, — чуть прогнивший сверху, с кратером и щербатыми краями; в нём даже днём виднелось бледно-голубое свечение.
— Как скоро он поймёт, что вокруг его дома появилась добыча?
— Чем больше цель и чем громче она шумит, — тем раньше. Ведьма опять открыла книгу, словно показывая, что её происходящее совершенно не касается.
Я летел к горе, попутно следя за тылом через экран навигатора, пират не отставал, хотя и догнать не мог. Хорошо, сейчас главным было, чтобы НИПы проявляли упорство. Погоня затягивалась, но не была какой-то напряжённой. Внизу и вокруг нас медленно двигались горы, по склонам долин катились волнами ленивые облака, далеко наверху парили острова Верхнего мира, а снег сверкал.
Периодически я давал пирату приблизиться, вселял надежду, но так и не позволил выйти на расстояние выстрела, пока под нами не оказался кратер Бахрона. Тогда я развернулся и ринулся кораблю навстречу, манёвренная «Мушка» заметалась, избегая снарядов. Небеса раскалывались от канонады, гоблин визжал, мумия вопила, а я провёл машину под килем, потом вильнул, уходя от огня автоматической пушки, и стал уходить западнее на ревущей турбине. Шума было произведено достаточно.
Пират быстро превратился в точку, после чего обороты спали, я переключился обратно на крылья и завис посреди неба.
— Почему мы не улетаем? — спросил Гринботтом плаксиво.
— Будем наслаждаться зрелищем, — ответил я.
— Как жестоко, — прокомментировала Мэдлин, не отрываясь от книги.
— Он шутит, — заверила Лиззи. — Антон же очень добрый.
— Только ты меня понимаешь. — Мне стало жаль, что костяной покров не позволял ни обернуться к ней, ни улыбнуться.
Из провала в горе Бахрон вылетело нечто крупное и белое, в топтере стало тихо. Белый объект стал приближаться к чёрному — кораблю.
— Когда мы летели в Дом Невхии, видели в небе, как корабль гнался за драконом. Мэдлин, какова вероятность, что пираты Трирога справятся с этим мобом?
— Нулевая. — Ведьма была непреклонна. — Тут нужен отряд из высокоуровневых игроков, либо армия НИПов и подготовленная операция. Всё же это древний дракон, опаснее их только легендарные, но они где-то на уровне младших богов… приблизительно. К тому же, я почти уверена, что тогда охотники гнались за металлическим драконом, — эти тоже опасны, но не как цветные. И многое зависит от возраста, молодые драконы сильно уступают зрелым и древним в уровнях и силе. В общем и целом, факторов слишком много. Но конкретно этого белого дракона можно отогнать только тяжёлым крейсером. Я думаю. Может быть.
— А где ближайший из них?
— Тяжёлых крейсеров? Ты и сам знаешь, — в Наиле. А кроме «Каллидуса» и «Демолишера», может быть, ещё в самой Империи Чёрного Оникса, но о том сейчас достоверно неизвестно.
План стремительно обретал форму.
— А летает он быстро? — спросил я.
— По прямой — весьма, но разгоняется и тормозит медленно, очень инертен.
— Так я и думал. Держитесь крепче.
Я ринулся обратно к Бахрону.
Когда мы приблизились, корабль выглядел очень плохо, чёрный корпус целиком покрывала белоснежная изморозь, в нескольких местах он был сильно повреждён, из обшивки торчали огромные глыбы льда. Некоторые матросы носились по палубе, а другие стояли на месте, замёрзшие. Пират пытался стрелять, но не попадал по дракону, который закладывал круг вдалеке.