Пеликан. Месть замка Ратлин
– Он уже приходил ко мне ночью, и я сразу поняла, что он особенный, – говорила Рейчел, скорее сама с собой. – Поесть я люблю и все еще мечтаю как-то научиться охотиться. В детстве даже пыталась попасть по воронам и мелочи всякой. Чего уж скромничать, даже была парочка жалких трофеев! Кожа да кости, но зато пойманы лично мной!
– Думаете, он не понимает? – поинтересовался Рыжий Лис, кивнув на ягненка.
Рейчел, недовольная тем, что ее перебили, сердито поджала губу, и нижняя челюсть непроизвольно выдвинулась вперед.
– Я не дам его убить, – сказала Рейчел. – На остальной скотный двор мне плевать. Когда их приготовят, я первая отведаю кусочка от каждого и буду смаковать каждую косточку до последнего кусочка мяса.
– Надо же… – протянул Рыжий Лис, потирая подбородок. – Очень занятно, мисс Рейчел, очень занятно. Вряд ли кроха снился остальным мясникам. Надо его где-то спрятать. Есть идеи?
– О да, – уверенно кивнула она.
* * *Крепость становилась все более знакомой, понятной. Рыжий Лис чувствовал приятное ощущение спокойствия и даже чего-то большего. Он запоминал, он обладал частичкой крепости. Подобно коварному яду, который медленно и бессимптомно расползается по жилам, Рыжий Лис крался по могучему каменному телу крепости.
Рейчел тоже кралась, тоже пряталась, но как-то ребячливо и весело. Она прислонялась к стене и заглядывала за угол, подсматривая, есть ли кто в коридоре, не подсматривает ли за ними неприятель. И пока она проводила такую проверку, сама того не замечая, она озорно прикусывала нижнюю губу. Каждый раз, когда проход оказывался свободен – а сейчас весь народ работал на причале, – она быстро махала, звала за собой Финтана, которому была поручена важная миссия – нести на руках ягненка. После пары таких перебежек Рыжий Лис окончательно убедился, что им в самом деле нет никакой нужды прятаться и все это чистая пустая потеха. Попросту Рейчел нравится бегать и скрываться, и даже то обстоятельство, что за ней никто не гнался, никто не преследовал и не ловил, никак не огорчало ее. Игра есть игра, и Финтан безмолвно согласился с этими правилами.
Так они добрались до дверей, которые Рейчел победоносно окрестила убежищем и стала стучать, ритмично отбив шесть раз. Уже поняв, что эта девчушка со шрамом пользуется особым положением у хозяйки замка, Рыжий Лис притупил бдительность, и, очевидно, напрасно. В тот миг, когда по ту сторону двери уже раздались шаги, а дверной замок громко лязгнул, Финтан увидел краем глаза простушку Мэгги. Она притаилась в конце коридора и подавала знаки, чтобы Рыжий Лис бежал прочь сейчас же, сию же минуту.
Но было уже поздно. Дверь отворилась.
– И впрямь, агнец из мира грез… – молвил Джонни, тот самый юноша, который представил Финтана капитану.
Джонни быстрым жестом пригласил войти, что Рыжий Лис и девчушка со шрамом и сделали. Рейчел чуть подпрыгнула на месте, как ликует воришка от украденной бесполезной безделушки. Так не радуются, когда воруют от голода или ради какой-либо ценной вещи, это было визгливое ликование от маленькой шалости, которая сама по себе не представляет из себя ничего. Но именно такие шалости оставляют приторно-сладкое послевкусие с кислой остринкой на губах, вкус безнаказанности. Проще говоря, Рейчел была в восторге от такой проделки и радости своей не скрывала и даже немного покружилась на месте, с торжественной гордостью глядя на спасенного агнца из мира грез.
Финтан продолжал держать животное на руках, когда Джонни осторожно поднял мордочку на себя и с трепетным вниманием рассмотрел. Сам же Рыжий Лис осматривался по сторонам. Убранство покоев давало понять с какой-то наглой очевидностью, что их хозяин пользуется особым расположением у Дрейков. Три узких окна располагались с солнечной стороны замка, отчего покои были залиты естественным светом. С потолка свисала на тяжелой цепи массивная люстра со слезливыми свечами. Три готических шкафа были заставлены стопками пергамента, манускриптами и пухлыми книгами, туго стянутыми кожаными ремнями. В покоях было два спальных места – большая кровать с красивой резьбой и длинная деревянная скамья, где вповалку грудились подушки на восточный манер. Над большой кроватью с резным изножьем и изголовьем огромный черный орел распахивал крылья. Чучело было сделано с пугающим мастерством, отчего у Финтана при первом взгляде пробежали мурашки по спине, и он перевел взгляд на Джонни. Тот кончиком пальца осторожно погладил то самое каплевидное пятнышко. Джонни обернулся на Рейчел, как будто искал ответа. Он встретился с лукавым взглядом из-под ресниц. Весь облик этой грубой простушки переменился, исполнился необъяснимой внутренней стати. Она не просто торжествовала от того, что все случилось так, как и предсказывала, а как будто бы ее слова обладают силой и властью заклинать само бытие. Будто бы не ее пророчество сбылось, а как будто сам мир, услышав с утра рассказ о сне, решил воплотить в реальность того самого агнца.
– Что-то не припомню во сне Рыжего Лиса? – молвил Джонни, опомнившись, что они не одни в комнате.
– Мастер Уолш очень забавно рассказывает о своей бессоннице, – сказала Рейчел. – Думаю, будь у него другие недуги, написал бы поэму, и я бы с удовольствием послушала!
– Ваша милая подруга мне сильно льстит, – молвил Финтан, ставя ягненка наземь.
– Моя подруга? – не успел было удивиться Джонни, как Рейчел подлетела к нему, как слетаются птицы, порой принимая брошенный камешек за кусок хлеба.
Она сразу приложила палец к губам Джонни.
– Тш! – шикнула она, шагнув совсем вплотную.
Рыжий Лис уже понял разгадку, но позволил сыграть и в эту игру. Рейчел и Джонни стояли вплотную, как отражения друг друга в зеркале.
– Ну? – спросила Рейчел.
– Что? – спросил Рыжий Лис.
– Скажи, мы похожи? – спросила она с прищуром.
– С кем? – спросил Финтан.
– Издеваешься, да? – хмыкнула она.
– Еще не начинал, – прижав кулак к сердцу, молвил Финтан, выражая так много раскаяния взглядом, что на это было невозможно ни злиться, ни смеяться.
– Да ну тебя, мастер Уолш! – цокнула Рейчел, сложив руки на груди.
Рыжий Лис развел руками.
– Если вы больше не нуждаетесь в моей помощи, – протянул Финтан, заложив руки за спину и расправив плечи.
– Благодарю, мастер Уолш, – и Рейчел сделала поклон.
Короткое движение выдало, что она была в шаге от того, чтобы подать руку для поцелуя, но в последний миг отреклась от этой идеи.
– Был рад вас видеть, мастер?.. – молвил Рыжий Лис.
Близнецы переглянулись между собой. Джонни усмехнулся и обратился взглядом к Финтану.
– Мастер Норрейс, – гордо произнес он.
Рыжий Лис стиснул зубы. Вспомнил, как в углу стояла простушка Мэгги, вновь и вновь отговаривая Рыжего Лиса переступать порог. Она махала ручонками, просила остановиться, ведь маленькая мышка знала, чьи эти покои.
– Джон Норрейс-младший, – с поклоном добавил близнец.
– Не знал, что у генерала Норрейса есть дети, – молвил Рыжий Лис, насилу преодолев оцепенение.
Глава 3. Призрак
Франция. Поместье семьи Готье. 1564 год.
Ничего удивительного в падении не было. Скорее было удивительно, как мальчишка умудрился так долго бегать по саду, пока длинные лапы от накинутой поверх шкуры волка постоянно путались под ногами. Неминуемое случилось – мальчик наступил на лапищу и споткнулся о собственную ногу, упав лицом в землю. Но даже не это было самое досадное, а то, что погоня из остальной детворы моментально его настигла и осалила по плечам, голове, по разбитому в кровь носу. Бойкий парнишка не хныкал от боли, а лишь отсморкал кровь наземь, проверяя, в порядке ли зубы – некоторые из них уже порядком шатались. Удостоверившись, что все в порядке, поверженный мальчик встал в полный рост, отряхнулся и оглядел народ, снимая шкуру.
– Кто теперь волк? – спросил он.
– Чур, не я! – кричала наперебой детвора.