Проклятый скиталец (СИ)
Мартин был жутко рад такому повороту событий, при этом вертя головой как ошалелый, посматривая то в сторону шума, то на меня. Я впустил этого негодника внутрь своего дома, а следом и сам вошел, плотно закрыв за собой дверь. Снаружи послышались шаги двух или трех человек. Мы прислушались, затаив дыхание.
– Да эта мелочь не могла далеко убежать, по любому где-то здесь… – Кричал первый.
– Да хрен там, другого также гнали, да смотался, падаль мелкая. Давай ищи этого щенка! – Крикнул ему в ответ второй.
– Ох я ему… Этот паршивец у меня визжать как поросенок будет! Жучье вороватое… – послышался третий, сиплый голос.
«Так, а вот это уже интересно. Другого гнали говорите? Жучье вороватое? Ты что тут учудил мелкий паршивец?» – Задался я вопросами, строго поглядывая на молча ликующего мальчишку. Впрочем, озвучивать претензии и каверзные вопросы я не спешил. Лучше пока обождать, может это забулдыги в пьяном угаре чего придумали, а может и нет… Видно будет.
Через несколько минут, орава разозлённых пьянчуг отправилась дальше. Проверив обстановку с наружи, я заключил: «Чисто». Мартин выдохнул с облегчением, а я полез к своему сундуку.
– «Вот и ты, мой старый верный друг» – Старый, местами порванный, но от того не менее ценимый мною плащик верно служит мне на протяжении последних пяти лет. Эх, даже ностальгия пробила, но не до нее сейчас.
Кивком указываю мелочи на дверь, тот намек понял сразу. А далее нас ждал непродолжительный путь до города. Пока мы шли, Мартин рассказал все сплетни, что ходили на устах местных. Я слушал молча, лишь изредка делая мимолетные и не особо вдумчивые комментарии. Все это уже на раз было мною слышано, порой создавалось впечатление, что жизнь в этом городе остановилась, а моя собственная крутится по одному и тому же кругу изо дня в день. Намного больше меня интересовало, что за представление устроил этот семилетний шалопай. Одно дело детская проказа, другое – воровство. Конечно, я не могу решать за кого-то и если он решил идти кривой дорогой, то вмешиваться смысла нет. Просто… Неприятно свыкаться с некоторыми вещами, в особенности, когда ты мог что-то сделать. Мог, но не сделал.
И как назло, на все мои наводящие вопросы были столь же уклончивые ответы. И что прикажете делать? Попытаться поверить в человеческую честность? Еще чего…
Приблизительно четверть часа нам понадобилось чтобы оказаться у прохода в окружённый высокими стенами город.
Выстроенный железной рукой Ольгерда Лен `Шаля, возведенный на трупах погибших при строительстве каторжников, он был великолепен. Город-крепость, одна из жемчужин королевства Арендель, ставший ныне провинцией Фортрет. Город, заставший столь длинную историю: войны, катаклизмы, правление династий, смену держав! Должно быть он показывает стать и величие с самого порога... Не-а, даже близко нет. Свой первозданный вид сохранил лишь Центральный проспект, ведущий прямиком в крепость, что расположилась в северной стороне. Дома на нем, хоть и весьма потрёпанные временем, все же отражали частицы той эстетики и красоты, что заложили в них архитекторы. В самом центре улицы расположилась небольшая площадь с памятником Лен `Шалю, на ней же образовался местный рынок. Кучи палаток создавали целый лабиринт, где, что не день, происходили карманные кражи. Что касалось восточных и западных районов, то тут картина была куда более мрачной. На старых, обветшалых, а порою полуразрушенных домах были возведены дощатые нагромождения, призванные расширить жилую площадь или укрепить помещение. Некоторые из них сплетались помостами, объединяя разные здания в единую, огромную сеть. О надежности таких конструкций и говорить не приходилось, только за последний год мёртвыми найдены порядка сорока, а то и всех пятидесяти, человек. Правда, тут стоит уточнить, никто не знает точно, была ли эта в действительности смерть по неосторожности или кто-то все-таки помог нерадивому простачку побыстрее обрести вечный покой в садах Ардеи...
Убийства не приветствовались, однако никто не говорил, что они вовсе исключены, не так ли?
Стража у врат, по своему обычаю, спала на посту, а потому даже не заметила, как мы прошли за стены.
– Что ж, погуляй тут немного, а потом возвращайся обратно, к тому времени глядишь про тебя и забудут. Да кого я учу… Небось эту «науку» заучил как молитву Трех, а, негодник? – Сказал я, подмигнув.
– Никак иначе! Но ты это, Сиги… Будь осторожен, этот рыжий тебя с самого утра ищет. Я, когда жучка искал для… Эм, неважно. Короче, я Пузатого встретил, дружка Эрни. Так он все говорил: «Сегодня «нож» настроен по-боевому, кого-то искать хотел… не знаю кого именно, но хана Уб…» – Мартин осекся. – Тут как пить дать, тебя это он ищет… – Мальчишка заерзал на месте. Не понятно, то ли боялся огрести позже за «стукачество», то ли чего-то не договаривал… И чует мое сердце, что второй вариант к отгадке стоит поближе.
– Ты за меня не волнуйся, лучше о себе думай, шкет. С Эрни я справлюсь как-нибудь. – Сказал я ему, показав движением головы в сторону своры разношерстных мальчишек. Мартин, завидев знакомую компанию попрощался со мной, а после побежал в сторону своих друзей. Я же тем временем, неспешным шагом, двинулся в толпу шедших на встречу погруженных в свои заботы горожан.
«Не нравится мне как ты темнишь, Мартин. Кража, Пузатый, Эрни… Самое противное, что все это связано с одним – Стервятники. Неужто у них на побегушках бегать начал?» – Одна догадка была хлеще другой. Мало того, что он воришкой заделался, так еще и ворует для «стервятников»! – «Это… Черт с ним, лучше об этом просто не думать.»
К сожалению, не думать не получалось. Погруженный в мрачные мысли, я шел в ближайший переулок, сократить путь до «кабинета Старика». Так называли здание, в котором работал и проживал Декстер Алфо, имеющий весьма непримечательное прозвище – Старик. Признанный авторитет для всех мастеров и простых жителей, проживающих в южно-западных районах города, да и не только них. По мнению большинства, то, что властная верхушка до сих пор могла контактировать и управлять собственными ремесленниками, являлось целиком и полностью его заслугой. Он был несомненным и непререкаемым лидером, и для того, чтобы окончательно закрепить этот статус, Дюран уговорил коменданта передать ему часть полномочий и обязательств по организации труда и распределению рабочей силы! В рамках отведенного района естественно. Также ему даровали титул почетного жителя города. Звучит, конечно, гордо, но чем-то более существенным кроме как ярлыком оно не являлось.
Однако странное дело, человек не связанный ни с властью, ни с преступниками, вдруг берет и обзаводится влиянием и уважением среди народа. Вот так, прямо-таки по щелчку пальцев! На самом деле нет. За властью и силой этого человека стояло не одно достижение, среди которых не малый вес имело то, что под его жестким руководством территории южно-западных районов были избавлены от влияния «стервятников», тем самым сделав их самыми безопасными во всем городе. Бандюги, конечно, шастали по районам ремесленников, болтали с постояльцами, приглядывались к их добру… Но вели себя исключительно по принципу «тише воды и ниже травы». Буйным же быстро разъясняли их место в местной иерархии, да и в жизни тоже.