Тень (СИ)

— Ша, хорош базарить попусту! — продолжил я: — Сейчас из машины бумаги принесу, разберемся.
Пистолет я достал на всякий случай, сунув его за ремень и закрыв полой футболки, после чего выпустил Демона, махнув ему рукой, чтобы он гулял поблизости, после чего вернулся к сбившимся в кучу каменщикам, что сбились в кучу и бросали злобные взгляды на, бегающего в стороне, Демона.
  
— Смотрите сюда! — я, держа дистанцию до сгрудившихся в кучу строителей, ткнул пальцем в копии ведомостей:
— Вот ваш бригадир в кассе получил денег на всю бригаду, вот он сдал ведомость с вашими подписями в бухгалтерию. Вот он неделю назад получил деньги на всех, позавчера звонил кассиру, сказал, что заболел, но через пару дней привезет и сдаст документы с вашими подписями.
Под отборный мат и ругань, вперед выступил мужик с гнойными глазами, видимо, самый авторитетный.
— Только, начальник, мы этих денег в глаза не видели, и пока денег не заплатите, мы работать не будем…
Я задумался. За бригадира этих ханыг отвечал не я. Его привел начальник ОКСа, сказал, что отвечает за порядочность и мастерство этого человека. Вот только поднимать скандал и искать виновных сейчас будет неконструктивно. Мне начальник ОКСа не друг, но я отвечаю за проект в целом. И каждый летний день год кормит. Если я сейчас встану в позу, погоню отсюда эту сборную солянку, то результат будет печальным, и я буду в проигрыше. То, что начальник ОКСа привел и ручался за бригадира, который, я уверен, прикарманил деньги, никто впоследствии и не вспомнит, а вот то, что группа товарищей не получат свои деньги, и проект шлакоблочных таунхаусов помрет, как и десятки подобных проектов, мне никогда не забудут и не простят. Да и, приложа руку на сердце, эти замордованные жизнью мужики, до этого случая выкладывали стены вполне прилично, быстро и ровно…
— Так, мужики, я вас услышал, но и вы меня постарайтесь понять. Вопрос с деньгами я постараюсь решить за три дня. Ничего не обещаю, но все силы приложу чтобы найти вашего бригадира и ваши деньги. Вот, только лежать на попе ровно и ждать ваших денег эти три дня вам график строительства не позволит, поэтому, прямо сейчас начинайте дальше работать, чтобы график догнать. Устраивает вас такой расклад? Если устраивает, то я поехал искать бригадира, а вы начинайте включайте бетономешалку и начинайте месить раствор. Если не устраивает мое предложение, то валите отсюда. Можете в суд подавать или в прокуратуру — Завод свои обязательства выполнил, деньги вашему руководителю выдал под роспись, весь спрос с теперь него. Что выбираете? Давайте, решайте. Как мы с вами поступим…
— Вы обязаны деньги каждому выдавать…- выкрикнул из заднего ряда кто-то, слишком грамотный, но я его разочаровал.
— Вы не бухтите тут, ничего мы вам не обязаны. У нас на Заводе, не считая вас, более двух тысяч работников. Если каждому выдавать деньги в кассе, несколько дней завод работать не будет. И не считайте других дураками. Вы, когда трудовой договор подписывали, еще подпись поставили под маленькой такой бумажкой, а там написано, что вы доверяете выдачу вашей зарплаты вашему бригадиру, так что у нас с документами все нормально…
— Ладно, начальник, не знаем, как тебя там зовут, мы сейчас маленько подлечимся и начнем работать…- вынес вердикт гнойноглазый: — Только ты насчет денег нас не наи… а то у нас уже реально животы подводит с голодухи…
Я свистнул пса и двинулся к машине, раздумывая, с чего начать поиски бригадира, хотя, впрочем, это не проблема. Я уже рассказывал, что не люблю начальника отдела капитального строительства, как, впрочем, и он меня. Вот с этого типа поиски я и начну.
  
Глава 14
 
Глава четырнадцатая.
Блистательные перспективы.
Июнь 1994 года.
Совершенно неожиданно, начальника ОКСа я на работе не застал, и на стройке, что ударными методами, шла под забором у Завода, его тоже не обнаружилось. На этом, свои поиски я прекратил, так как заподозрил, что, как и все нормальные сибиряки, этот шустрик свалил пораньше на дачу, чтобы полить помидорки и огурчики, после чего, с банкой пива усесться на веранде, радуясь летнему… с лирического настроя меня сбил лично директор, неожиданно вырулив из-за угла и целеустремленно направившийся в мою сторону.
— Привет, Павел. Как дела с квартирами? Помощь не нужна?
— Вопрос в процессе, скоро разрешится, я держу руку на пульсе! — жизнерадостно отрапортовал я, поедая начальство преданным взглядом.
Ну, а что? Претензию застройщику я отправил, густо снабдив перечень выявленных недостатков цитатами из Закона о защите прав потребителя, недвусмысленно намекая, что невыполнение законных требований столь уважаемых людей в установленный нормами права срок грозит строителям полнейшим разорением. Ну, а то, что мой бывший сосед готовит какую-то провокацию я директору все равно сейчас не объясню, слишком натянуто это сейчас прозвучит, и Григорий Андреевич может решить, что я просто набиваю себе цену.
— Ну, ну…- недоверчиво прокомментировал мой доклад работодатель и благодетель: — Ладно, жду результат.
Преисполненный трудового рвения я рысцой побежал в отдел кадров, взял полные данные и домашний телефон бригадира бригады каменщиков и даже позвонил по, указанному в личной карточке, номеру телефона.
— Его нет, он на работе. — сухо ответил мне женский голос и трубку на другом конце телефонного провода опустили, чтобы больше ее не поднимать, несмотря на мои неоднократные попытки дозвониться. Так закончился мой очередной день, и я поехал домой, где меня, надеюсь, ждали.
— Ира, а ты замуж собираешься? — честно говоря, вопрос был дурацкий, но после игр в «доктора и пациентку», глядя на фигурку девушки, что в одном фартучке мыла посуду, я его почему-то задал.
— Не зовет никто…- бросив на меня быстрый взгляд, ответила доктор Кросовская.
— А если я тебя позову — согласишься?
— Нет. — отрезала спортсменка и просто красавица.
Н-да, получил фашист гранату. Романтика настроения пропала мгновенно, я впал в растерянную задумчивость, которую прервала Ирина.
— Не обижайся. Ты лучший, из тех, кто у меня был, но вот замуж за тебя я выходить не готова. И это не к тебе претензии, не в тебе дело. Просто для меня замужество — это, в том числе и дети, по крайней мере, один ребенок.
И представь, я выхожу за тебя замуж, через некоторое время оказываюсь в интересном положении… Куда я принесу ребенка? Сюда? В съемный дом, который несколько раз поджигали и где мы, насколько я помню, прячемся?
Извини, я к этому не готова. И, давай будем реалистами. Я понимаю, что ты пытаешься сейчас заработать, потому, что считаешь, что в будущем такой возможности нет. Допустим, ты прав, я даже готова тебе поверить. Но, что ты предлагаешь мне, в комплекте к своей руке и сердцу? Мужа, который может пропасть на длительное время, и я не знаю, увижу ли я его еще раз? Давай рассуждать, как взрослые люди — я соглашусь и выйду за тебя замуж, допустим. Уйду в «декретный» отпуск, буду получать эти жалкие копейки, и в один, не прекрасный день ты уйдешь утром по своим непонятным делам, и больше не придешь. С чем мы останемся? Что мы будем банально есть? Я конечно выживу, и ребенка выращу, но я не хочу, чтобы рожать его на койко-место в медицинской общаге, где мы будем делить комнату, дай Бог, с одной соседкой, такой-же матерью-одиночкой, потому, что никакого другого жилья я на пособие не вытяну…
— Стоп! — я взмахнул рукой: — Остановись, давай обговорим и определимся — ты готова выйти за меня замуж если что? Квартира?
  
— Да, квартира, только нормальная, а не то недоразумение, в общежитии. И не та, которая в случае развода с тобой превратится в ничто, а если, с тобой что-то случиться… Только поверь, я этого не хочу, но это, при твоем образе жизни, реальная реальность. Так вот, чтобы, если с тобой что-то случится, не растащили твои наследники — родители, тети, дяди, дети, я уж не знаю твою родню.