Анархист (СИ)

Значит, следует идти по другому пути, по социалистическому. Разумеется, глупо пытаться внедрить учение о пролетарской диктатуре в сознание общества совершающего переход от феодализма в ранний капитализм. Зато можно планомерно переходить в эпоху государственного капитализма, то есть, в начальную стадию социализма. В сущности, в СССР шел именно по этому пути.
Японцам было легко сделать такой шаг: по природе своей они коллективисты, и идеи превосходства общественного над частным им, в основном, понятны и близки.
В Японии сразу стали развиваться колхозы, окрепло кооперативное движение в мелком и кустарном производстве, в торговле и сфере обслуживания. Как результат — повысился уровень жизни простых людей, а главное — резко упала смертность.
Но война, начатая несколько лет назад под давлением как внутренних, так и внешних причин требовала ресурсов, людей и идей. Одной из благотворных идей стал отказ от политики прямой колонизации. Зачем колонизировать, когда можно взаимовыгодно сотрудничать?
Японцы довольно быстро изменили тактику общения с местным населением: в сущности, всё осталось на месте: и риторика о «Великая восточноазиатская сфера сопроцветания[2]» и призывы к борьбе с белым колониализмом, просто стало меньше высокомерия, переходящего в чванство, а больше поиска взаимовыгодных путей. Результат удивил даже самых упёртых генералов: освобождённые от белых колонизаторов народы стали формировать собственные силы самообороны, и помогать японцам в их борьбе с Америкой. Формировались туземные дивизии и корпуса, правда, сержантов и офицеров пришлось ставить японских, но полковые сержантские школы уже дали несколько выпусков, да и военные училища готовились выпустить первых младших офицеров.
С техникой было непросто: собственное производство было не слишком развито, конструкторские школы зародились, но ещё не вошли в этап зрелости, а потому качество проектирования было мягко говоря нестабильно. Союзники, Германия и Италия — не могли помочь Японии — слишком далеко. Между ними полмира, и кроме моральной поддержки предложить не могли ничего.
И тут, совершенно неожиданно, на сближение пошел Советский Союз. Для начала, ещё в начале ноября сорок первого года, СССР под видом утечки передал Японии сведения о вооружённых силах США, а главное — о том, что заокеанский враг ведёт изощрённую игру с целью спровоцировать войну на проигрышных для Японии условиях.
Потом личный посланник Хирохито попросил Сталина помощи в разрушении Панамского канала. Сталин ответил, что приборов для сверхточной бомбардировки в СССР нет, но есть контакт с международной организацией учёных, которые недолюбливают англосаксов и их прислужников. Естественно, японцы согласились и на сотрудничество с таинственной организацией. Сколько это стоило Японии в золоте и политических уступках мы умолчим, но Панамский канал был надёжно и очень надолго выведен из строя.
А тем временем война на Тихом океане продолжалась, причём в неприятном для американцев ключе: Филиппины были очищены от американцев, взяты Гавайи. Японцы высаживались на Алеутских островах, примериваясь через них выйти на Западное побережье США. Но тут возникло вполне ожидаемое препятствие: американцы наконец принялись воевать всерьёз.
По всему тихоокеанскому побережью США стали строиться оборонительные сооружения, а все верфи получили заказ на строительство авианосцев. Конечно же, полноценные авианосцы за столь короткий срок не построишь, поэтому упор был сделан на переоборудование больших грузовых кораблей в лёгкие авианосцы на двадцать-тридцать самолётов. Ну и корабли охраны и обеспечения к ним.
Таких корабликов американцы могли наклепать сколько угодно, но проблема не в железе, а в людях. Корабли нужно водить, а на самолётах летать. Но и это не главное. Главное то, что всем этим сложно организованным, вооружённым хозяйством нужно квалифицированно руководить. И тут выяснилось, что руководить-то некому.
Большое количество опытных офицеров было потеряно на Гавайях и на Филиппинах, а вот кадрового резерва у американского флота не оказалось. Будь война наступательной, удачной, было бы куда меньше проблем — молодые образованные мужчины на волне патриотического энтузиазма бросились бы вербоваться, заполнили бы вакансии младших офицеров. Соответственно, пошла бы ротация остальных, и флотская властная вертикаль была бы заполнена.
 
Но на этот раз вышло нехорошо: видя из сводок, что война даётся крайне тяжело, читая в газетах списки погибших офицеров, встречая в тех списках знакомые имена, американцы не стремились на службу.
Впрочем, проблема была довольно оперативно решена введением всеобщей воинской повинности с одновременным открытием десятков новых военных училищ и учебных центров для подготовки унтер-офицеров.
По стране строились десятки заводов по производству вооружений и боеприпасов, перепрофилировались существующие и законсервированные заводы. Так Форд получил огромный заказ на строительство самолётов, и деловито принялся делать деньги.
Огромная страна зашевелилась и принялась накачивать мускулы, готовясь воевать всерьёз.
[1]ВНОС — воинские формирования, являвшиеся составной частью войск противовоздушной обороны, предназначенных для ведения воздушного наблюдения, предупреждения об угрозе воздушного нападения противника, а также наведения на него боевых средств ПВО своих войск
[2] Великая восточноазиатская сфера сопроцветания — паназиатский проект, созданный и продвигавшийся правительством и вооружёнными силами Японской империи в период правления императора Хирохито. Проект основывался на желании создать в восточной Евразии «блок азиатских народов, возглавляемый Японией, и свободный от западных держав». Как утверждала официальная пропаганда, целью Японии являлось «сопроцветание» и мир в Восточной Азии, в свободе от западного колониализма.
  
Глава 28
 
Япония и в лучшее время не могла похвастаться высокоразвитой промышленностью, поскольку её индустриализация началась относительно недавно, и хозяйство было по преимуществу аграрным. Теперь же, с началом войны все прежние проблемы усугубились прекращением поставок нефти и нефтепродуктов, а главное отлучением от технологий и обучения специалистов.
Пришлось навёрстывать. С захватом голландских колоний получен доступ к нефти. С умиротворением Индокитая получены металлы и каучук. Лихорадочно строились заводы и фабрики, но проблема была в станках и оборудовании: США перестали его продавать, а везти из Европы во время войны, под угрозой американского флота — опасно, практически невозможно.
Пришлось обращаться за прямой помощью к СССР.
Беда в том, что Советский Союз и сам только начал индустриализацию, и мало чем мог помочь нежданному союзнику: станкостроительные заводы только-только начинали выдавать продукцию достойного качества. Откровенно говоря, произведённого оборудования и самим не хватало.
Впрочем, делились с союзником, чем могли. В основном, уже готовым вооружением и продовольствием.
Советский Союз мог поставлять только устаревшие технику и вооружение, зато в значительных количествах. Хотя, надо признать, снимаемые с вооружения в СССР образцы устарели для советско-германского фронта, но для войны с американцами вполне подходили. Просто у американцев вооружение наземных войск было значительно более устаревшим.
Японцы хотели было высадить на Западном побережье, но были отбиты: за пределами дальности корабельной артиллерии они не могли справиться с американской армией, не испытывающей никаких проблем с боеприпасами и воздушным прикрытием.
Американцы построили огромный флот бомбардировщиков, и теперь постоянно атаковали японские корабли и суда. Японцы поднимали палубную авиацию, а той приходилось биться с истребителями, базирующимися на суше и лёгких авианосцах.
Отгремела Битва в Магеллановом проливе: когда американский флот втянулся в узость, японцами были активированы минные поля, береговые торпедные батареи и прочие сюрпризы, подготовленные заблаговременно. Горели танкеры и рембазы, засыпанные тяжёлыми минами. Авианосцам тоже пришлось несладко под миномётным обстрелом с береговых минометных батарей. Фактически, они ни разу не сумели провести полноценный выпуск самолётов, и флот без воздушной разведки ослеп. Линкоры, крейсера и прочие бронированные артиллерийские корабли пытались прикрыть собой ценных, но слабо защищённых собратьев, лупили из всех калибров на любое подозрительное движение, высаживали десанты морской пехоты, но тщетно. Японцы вцепились в злосчастный флот мёртвой хваткой.