Анархист (СИ)

— Хм-хм. А ведь просто и очевидно. Тем более что числиться он будет каким-нибудь техником или шифровальщиком. Товарищ Берия, займись этим вопросом. И устрой-ка нашу встречу, я думаю, что человеку из будущего есть что сказать предкам. И другие его дела будем так же прятать на самом видном месте.
Из очередного полёта Антон и Юрий вернулись на рассвете и сразу завалились спать. Проснулись после полудня, сходили в столовую покушать, а после вернулись к своей палатке. Палатку им выделили шикарную: американскую, туристическую, неведомыми путями попавшую в авиаполк ещё в начале тридцатых годов, и использовавшуюся исключительно на пикниках, которые иногда организовывали для командиров и их семей. А в другое время, для военных нужд использовать её было невозможно, из-за цвета. Цвет у палатки был оранжевый. Некоторые утверждали, что палатка предназначалась для северных экспедиций, но в такое верилось слабо: палатка была двухслойной, но без утепления, значит, на Севере жить в ней будет холодно. А если использовать её как склад, то зачем сделана двухслойной, ведь лишний вес? Но как бы то ни было, палатка была хороша: непродуваемая, с клапанами вверху и внизу для вентиляции, причём клапана непростые, а на молниях. Дверь была на деревянной рамке, очень удобная, причём двойная: первая тряпичная, а вторая сетчатая. Кстати, тоже непонятно: зачем сетчатая дверь на Севере — лето там короткое и холодное. Правда, Юра как-то слышал, что на Севере летом несметная сила комаров и мелкой кусачей мошки, но не был уверен.
В палатке стояли две складных кровати и стеллаж из жердей, на который были сложены вещи.
Над палаткой, чтобы её не было видно с воздуха, был устроен обширный навес из масксети, а под навесом, кроме палатки, стояли стол, четыре стула и самодельная скамейка. Вот на этих стульях сидели и дожидались недавние попутчицы, Ирина и Лариса.
— О-о-о! Рады вас видеть, красавицы! — раскинул руки Юрий, норовя обнять женщин.
Дамы проявили скромность, уклонились от объятий, зато прощебетали что-то приветственное и поцеловали в щёчку.
–Давненько мы не виделись, месяца полтора-два, наверное? — сказал Антон, усаживаясь за стол — Говорят, вас перевели из медсанчасти в госпиталь?
Дамы устроились напротив, Ирина принялась выкладывать на стол из принесённой с собой корзинки всякие трофейные вкусности, а попутно и рассказывать:
— Так и есть! Мы теперь в Жабино, это в десяти километрах отсюда. Нас, как владеющих новейшими методиками лечения, сначала назначили в отделение неотложной помощи, а потом и вовсе объявили госпиталем, его специально создали под нас, и поселили отдельно. Я начальник, а Лариса заместитель. Смешно, правда? А кроме нас двоих, начальника и заместителя, у нас ещё двенадцать прикомандированных хирургов, со временем станет больше.
— Вот бы не подумал, что это может быть! — удивился Юрий — Как вы справляетесь с целым госпиталем, у вас же прорва раненых?
— Верно. Я говорю, что кроме двенадцати врачей у нас и остальных рук достаточно. В подчинении у нас три фельдшера, двадцать четыре операционные медсестры, у нас в первой палате четверо медбратьев и около шестидесяти санитаров.
— Погоди, зачем столько санитаров? — изумился Юрий.
— Как сказать. К нам везут всех безнадёжных, особенно командиров. Вы не поверите, сколько мы людей подняли на ноги! Да я и сама бы не поверила! У нас, рядом с госпиталем, аэродром, куда на самолётах свозят раненых с двух фронтов. Потом всех, особо сложных вывозят на долечивание в Москву, вот так.
— Здорово! Вас там не обижают? — полюбопытствовал Юрий.
— Попробуй нас обидь! — засмеялась Лариса — Знаешь, кто нас охраняет? Целый батальон ОСНАЗ, вот как! К вам в гости нас везли на броневике, а в сопровождении два ЗиСа с автоматчиками. И броневик оборудовали специально для нас! Представляете, там поставили сиденья из разбитой немецкой машины какого-то генерала, так что нам мягко и удобно. И вы бы знали, какие люди к нам ездят! Вот вчера вечером от нас уехал сам Николай Нилович Бурденко, а пробыл он у нас целых три дня.
 
— Ладно, не будем хвастаться, давайте угощаться! — предложила Ирина — Мы к вам, точнее к Антону, по делу. Не откажешь, Антон Петрович?
— Всё что в моих силах. — улыбнулся Антон.
— В общем, так дорогой Антон Петрович, раз Вам известны научные достижения на тысячу лет вперёд, то мы с Ларисой Авдеевной желаем стать первыми Вашими ученицами.
У Антона упала челюсть. Дамы, увидев изменившееся лицо, заторопились с объяснениями:
— Антон Петрович, мы всё понимаем: мы обычные женщины, бывшие колхозницы, выпускницы провинциальных мединститутов, умом и образованием не блещем, особых талантов не проявили, но... Нам тоже хочется знать новое, мы тоже хотим приносить максимум пользы народу и Родине. Мы понимаем, что Вам предоставят лучших из лучших, а мы обыкновенные. Но всё-таки возьмите нас, а?
По щекам обеих женщин уже катились крупные слёзы.
— Кх-м. — прочистил горло Антон — Ну-ка девочки, прекратите лить слёзы, марш к умывальнику и умойтесь. Как умоетесь, так всё сразу и скажу.
Через несколько минуту дамы вернулись за стол.
— Откровенно говоря, мои дорогие будущие ученицы, такая простая и естественная мысль мне ещё не приходила в голову. Вы правы, мне нужно передавать свои знания и опыт Советской стране, и я сделаю это. Да, я беру вас в учёбу, правда, пока не знаю, как мы её организуем. Пока мы с Юрой заняты почти непрерывно, да и у вас, я полагаю, времени немного.
— Времени мало, это правда. Но обратиться к Вам нам посоветовал сам Николай Нилович Бурденко. Он умнейший в мире человек, вот и придумал.
— Договорились. Сделаем так: я буду писать учебники, договорюсь, чтобы их размножали, и вам буду отдавать самые первые экземпляры. Личные консультации, уж извините, как получится, поскольку я иногда бываю занят. Вы согласны?
— ДА!!! — дружным дуэтом.
Попробовали вкусности от щедрот Жабинского госпиталя, выпили по рюмочке трофейного французского коньяка...
— Антон Петрович, а расскажите, на что похожи города в будущем? — спросила Лариса.
— Города у нас, Лариса Авдеевна, самые разные. Есть города, где живут ревнители традиций. Эти города, как правило, одно и двухэтажные. Бывают деревянные, в русском или скандинавском стиле, бывают каменные, в греческом или турецком стиле. Бывают копии европейских, индусских, японских... В общем, самые разные. Попади туда вы, снаружи вы не отличили бы их от земных городов. Разве что улицы, как правило, не имеют твёрдого покрытия, а травяные.
— Но трава легко вытаптывается! — возразила Ирина.
— Верно. Но это ваша трава, обыкновенная, от природы. А там, в будущем, вывели траву, которая вырастает длиной в несколько сантиметров и всё. При этом она страшно прочная к истиранию и прочим механическим воздействиям. И в случае повреждений очень быстро отрастает. А ещё у нашей травы очень длинная и разветвлённая корневая система.
— Восторг! А внутри домов?
— А вот внутри домов разница очень ощутима. Самое простое: вы переходите из комнаты в комнату, и свет сам включается и выключается. Больше того: сила света регулируется в зависимости от настроения или состояния здоровья человека. В доме много сервов, это биологические роботы, выполняющие все домашние работы: уборку, стирку, приготовление еды и прочее. А вот вид этих устройств самый разный, по желанию хозяина. У кого-то роботы в виде кошек, обезьян и прочих животных, есть любители механических роботов, а один мой знакомый, очень большой оригинал и чудак, заказал роботов в виде привидений.
Слушатели замерли и внимали каждому слову.
Есть города, где живут поклонники стиля гигантизма. В этих городах стоят небоскрёбы, достигающие полутора, а иногда и двух километров в высоту. Но таких высоких зданий относительно немного, в основном гораздо менее высотные, в районе от ста пятидесяти до пятисот метров. Лично мне такие города не по душе. А в основном люди живут на природе. Кто-то отдельно, кто-то селениями по несколько домов. Есть деревни и сёла почти неотличимые от современных, я имею в виду нынешнее время. Разве что почти никто не занимается грубым трудом, никто не содержит животных на убой, и потому там чистота, и никаких грубых и неприятных запахов. Мы тут вляпались в хорошую кучу, вот я и вспомнил. Кстати сказать, сельские дома мы не строим, а выращиваем. Это живые организмы, растения, причём они способны регулировать свой объём. Скажем, человеку обычно нужна одна комната, иногда две, реже три, и плюс кухня. Но вот человек ждёт гостей. Он просит дом, и тот выращивает дополнительные объёмы, а когда гости уезжают, убирает их.