Я буду держать тебя (СИ)
— Что вы себе… – выдохнула она на всхлипе.
“Позволяете!” – закончил он про себя фразу, которую она не смогла.
— Денис Вячеславович, но можно и не так официально, – ухмыльнулся. — И я ВАС, – показал на женщину, потом вниз, — с коробкой, собираюсь доставить, куда скажете. Так что просто будь уж так добра, королева снежная, багажник открыть, а?
И Сорокин был готов, что Аделаида начнёт упираться, там, или ещё чего. Но она не стала. К его удивлению, подскочила на месте, словно пенделя ей отвесили, и метнулась к машине.
Открыла багажник.
— Это не обязательно, – промямлила, когда Денис погрузил в тачку реально тяжёлую коробку.
— Что там?
— Это… это… – стушевалась тренерша.
— Не труп надеюсь?
— Нет, – распахнула на него свои глазища. Но не улыбнулась.
Что у неё вообще с чувством юмора, беда?
— Запрыгивай, Аделаида Георгиевна, – повёл головой, потом движением одной руки, к возмущению женщины оттодвинул её в сторону, другой рукой закрыл багажник.
Подумалось, что, сука, отлично, места хватило, хотя было бы забавно поставить коробку возле этой богини, пытающейся испепелить его взглядом, развести руками, мол сорян, и свалить от неё.
“Бля, Ден, что за пиздец?” – хотя шуточка в его стиле, но вот с ней как-то… ещё и слёзы эти.
— Куда ехать?
Женщина пристегнулась, растерянно уставилась на него. Так и зависли.
Сорокин подумал, что вообще красивая же, можно было бы неплохо время провести – колец всяких брачных на ней нет, раз оказалась тут в ситуации, когда некому позвонить и о помощи попросить, то и мужика нет.
Мысль, что тот может есть, но не захотел или не смог помочь, Денис даже не думал. Просто не понимал и не принимал, как так не сообразить прийти на помощь своей бабе, даже если сам не очень можешь. Разрулить реально и удалённо. Так ведь?
Цепляла эта Аделаида. Хотелось её попробовать. Она видно, что старше и вся такая важная, уссаться, но правда – мелкая, вся такая не сильно там возраст прёт, девочка, как есть… если и старше, то лет на пять, а это вообще херня, а не разница.
— Приём, Хьюстон? Адрес-то озвучишь? – подумал, что вот, кстати, недурная идея-то, гений, мать его – домой отвезёт, коробку потащит до квартиры, а там и можно попить попросить, а заодно в туалет и на более тесное что-то развести.
— О, прости… те, – смутилась Аделаила. Отвисла. Достала телефон. А Денис закатил глаза и облокотился на руль. После уставился на неё с откровенной издёвкой.
Тренерша набрала номер.
— Лариса Петровна, здравствуйте, простите за поздний звонок… это Аделаида, да, да…
Вот же странное дело – с ним она кололась и ершилась, а тут такая лапочка и скромная, разве что не заикалась.
— Они должны были завтра доставку сделать, я договорилась, завтра бы привезли, днём, но… просто… скажите, можно сейчас? Мне помогут, и я… да? Да? Ох, спасибо, мы… эм, – Аделаида уставилась на Дениса, — скоро приедем.
Потом она ещё покивала, а дальше уже соизволила назвать адрес.
Сорокин не без досады понял, что дом её ему пока не светит, только отчаиваться не планировал.
Вообще это про него – вижу цель, не вижу препятствий.
По адресу располагалась какая-то клиника… точнее очень похоже. На охране их немного помусолили, ссылаясь на позднее время, что территория закрытая. Тачку посмотрели. И пропустили.
Денис правда уже на взводе находился, готовый тут всех уложить в асфальт, но тренерша – мать её так – вся из себя дипломат невъебаться…
— Доброй ночи, Аделаида, – у входа в трехэтажное здание их встретила женщина в медицинской форме.
— Доброй, Лариса Петровна, простите ещё раз… поздно, у вас тут режим и…
— Шутите? – рассмеялась эта самая Лариса. На вид сорока с небольшим, фигуристая и явно весьма хохотливая по жизни. — Да у них тут самое веселье, – она махнула на здание. — Вы не забывайте, что наши подопечные… уф, порой хуже детей.
Им открыли дверь.
— Вы зайдёте? – обратилась Лариса к тренерше.
— А она не спит ещё? – смущённо уточнила Аделаида.
— Нет, но и, если чудо случилось, то просто вернётесь, а я передам от вас “привет”. Или нет, – открыто улыбнулась Лариса.
— Спасибо, – сказала тренерша, потом глянула на Дениса, такая вся…
Ему стало интересно, что и как, и вообще куда они всё-таки попали. Подопечные, не пациенты, значит не больничка, хотя запах характерный.
Он ухмыльнулся и всем своим видом дал понять, что никуда не собирается сваливать. Аделаида вздохнула.
Но только пошла в одну сторону, а его Лариса, показывая куда положить коробку, повела в другую.
— А как мне найти… – он запнулся, как-то растерявшись, когда вернулись в холл.
— Аделаида в двести тринадцатой. Переобувайтесь и проходите, – улыбнулась Лариса, кивая туда же, куда ранее ушла Аделаида.
Собственно, переобувшийся в гостевые тапки, под кроксы, Сорокин нашёл двести тринадцатую и завалился внутрь.
— Ох, матушка моя, какой молодец шикарный? – протянул полный радости голос.
3
— Марго! – возмутилась Ида, уставившись на устроившуюся в своём любимом кресле тётю. — Ну, что за… господи! Это Денис, он мне помог и…
— Денис, значит, – та на возмущение племянницы стрельнула глазами, как заправская соблазнительница. Бровью повела.
Кресло, в котором сидела Маргарита, было единственной мебелью, которую она пожелала забрать из дома, когда перебралась сюда. Это было её желание, перебраться в пансионат – ей стало тяжело одной, да и могла позволить себе выбрать достойное заведение. Финансово тянула.
Ещё и Иде постоянно помогала. Пусть та и отказывалась, упираясь всеми четырьмя. Но с Маргаритой было невозможно спорить. Хотя, после очень настойчивых уговоров, Ида смогла договорится, что помощь будет происходить по оооочень большим и значимым праздникам. Вместо подарков.
“Идочка, так не пойдёт, а подарки? Как же без подарков?” – недовольно бухтела Маргарита, но племянница смогла её переупрямить, пообещав, что если случится что-то из ряда вон выходящее, то она обязательно придёт и попросит о помощи.
Сейчас тётка, одетая в шёлковую пижаму, устроившись в кресле смотрела на планшете сериал. Как правило это что-то детективное было всегда.
И теперь – пыталась склеить приперевшегося зачем-то хоккеиста!
Про себя Аделаида поворчала, что мог бы в холле подождать, с Ларисой пообщаться! Зачем вот пошёл её искать? Зачем?
Она, конечно, была благодарна. Была.
Вообще не представляла, что делать – такси не заказывалось, звонить Павлу не хотелось. А тут этот звездец хоккейный весь из себя.
Она бы определённо отказалась от его помощи. Точно-точно!
Но он же сам вернулся. А ей и правда уже хотелось плакать, особенно, когда попробовала коробку поднять и поняла, что помрёт тут с ней… или надо будет охрану просить о помощи, или – не важно кого – Ида ненавидела помощи просить.
Только вот знакомство с любимой родственницей совершенно точно не к месту и в планы не входило! Сама Аделаида хотела из вежливости сказать “привет” и уйти… а этот – шустрый какой тяжести таскать. Хотя на нём пахать можно, действительно.
— И чем же занимается такой красавчик, в наше-то время, – опять поиграла бровями старушка, — небось… – протянула очень неоднозначно.
— Боже, Марго, – тут вот определённо должна быть вколочена шуточка от тётки. Кстати, судя по всему, в этом они с этим амбалом на одной волне качались. — Денис – хоккеист!
— Ого, да это же – какой подарочек под ёлку, – ухмылка неоднозначная. Дива не меньше. — Что ж я была хорошей девочкой в этом году и мне должно было повезти. Не стесняйся, сладкий, я тебя не съем…
Аделаида поздно вспомнила отношение Марго к этому виду спорта. Попыталась что-то сделать, воскликнуть что-то в протесте, но тут Марго продолжила:
— Раньше, наверное определённо откусила бы кусочек, но сейчас – эх, челюсть вставная такая морока!