Надломленные оковы (СИ)

Выигрывать в карты оказалось гораздо труднее, ведь в этих заведениях для каждой игры открывали новую колоду. Но, к счастью, помимо карт тут имелся свой аналог рулетки, а просчитать траекторию шарика моему модифицированному мозгу удавалось в трёх случаях из четырёх. Так что, чередуя карты, рулетку и кости (которые тут были двенадцатигранными, словно в порядком подзабытых ролевых играх с Земли), я постепенно не только вернул деньги, потраченные на грабительские административные услуги, но и стал богаче на тысячу двести тридцать три курзо. Это являлось большой, пусть и не огромной суммой, покрывающей все расходы на путешествие и даже на первичное обустройство в Федерации. Но в долгосрочной перспективе требовалось больше денег, а продолжать выигрывать в одних и тех же местах являлось плохой идеей. Пусть Керуват и свидетельствовала честность игры и отсутствие жульничества с моей стороны, но фильмы, просмотренные на Земле, гласили, что с владельцами казино шутить не стоит.
Через три дня мы забрали в ателье наш заказ. Мой костюм теперь имел тёмно-серый цвет и больше не напоминал трёхместную палатку. Мастер как-то умудрился раскроить ткань и снова сшить правильным образом. Пусть теперь на ткани появились швы, крепость ниток в которых вряд ли соответствовала стандартам Цитадели, но теперь я вновь почувствовал себя защищённым. Кожаный костюм Кениры тоже сидел как влитой, а вставки из остатков ткани придавали ему дополнительной крепости.
Несмотря на все мои опасения, документы оказались готовы не просто в срок, но даже на день раньше. Нам пришлось ещё раз проведать магистрат, пройти процедуру люксографирования, сдать образцы ауры и крови. У меня возникли опасения, что моё иномировое происхождение окажется непреодолимым препятствием, но… Пусть бюрократическая машина Рахашнара и не сталкивалась с людьми, не имеющими ни кванта элир, но это испытание преодолела с честью. Фрау Карнаш, выслушав моё сбивчивое объяснение насчёт отсутствующей магии, просто поставила в моём новом паспорте штамп «Выжженый», а потом просто посоветовала не морочить другим головы.
Дальше мы проведали свалку, где за совсем небольшие деньги удалось избавиться от лишних вещей, содержащихся в пространственном контейнере Кениры, захоронить тело Рахара и двух безымянных недоеденных тахару, сходили в мастерскую шорника, где прямо в нашем присутствии мастер подогнал упряжь одного из этих тахару для ношения человеком, а также прошлись по магазинам, где собрали в дорогу достаточно припасов.
***
Как оказалось, Алзар тоже времени зря не терял. Пока мы спокойно и размеренно занимались своими делами, он пахал, словно портовый грузчик. Не знаю, какие именно контракты он взял и какую цену перевозок запрашивал, но нам то и дело приходилось навещать таможенный терминал, где Кенира запаковывала в пространство очередного артефакта то огромные каменные блоки, то разнообразные ящики, то высокую металлическую статую, то большие, в половину человеческого роста, рулоны, обёрнутые парусиной, а присутствовавший при этом таможенный инспектор опечатывал хранилище, выглядящее как небольшой куб из алмаза, с помощью чего-то, похожего на полупрозрачный светящийся воск.
К этому времени контроль магии у Кениры вырос в достаточной степени, чтобы процесс упаковки не вызвал у неё ни малейших затруднений. Чувство скепсиса у Алзара окончательно пропало, теперь он жалел лишь о том, что даже в столице княжества Рахашнар оказалось не так уж много разовых заказов, тем более тех, которые получилось бы перехватить за столь краткий срок.
Наконец, время ожидания окончательно вышло, мы попрощались с Ридошаном, собрали вещи и отправились к Алзару. Несмотря на раннее утро, все уже были почти готовы к отправке, Алзар и ещё четверо человек проводили последние проверки и приготовления. Один незнакомый мужчина стоял чуть в стороне и спокойно наблюдал за суетой.
Грузовые перевозки мира Итшес ничуть не соответствовали моему о них представлению. На Земле для этого использовались большегрузные автомобили, тут же моё воображение рисовало телеги и фургоны с запряженными в них диковинными зверьми. Никаких телег, бричек, фургонов и прочих устройств для перевозки грузов и людей тут не оказалось. Во дворе перед домом Алзара стояли три тигилаша, вид которых, несмотря на то что ни один из них не был похож на Рахара, вызывал горький комок в горле.
 
— А вот и вы! — обрадовался Алзар, заметив нас с Кенирой. — Можем отправляться! Алира, груз на складе, подбери, кроме тебя никто контейнеры не поднимет! Только осторожней, не зацепи печати, а то опять придётся потратить полдня. Ребята, всё, по зверям! Грузите ящики! Улириш, познакомься, это Ксандаш, он будет управлять вашим зверем. Ну и защищать всех нас.
Работники Алзара ухватили большой деревянный ящик и начали водружать на круп одного из тигилаша. Седло у этого зверя было двухместным, а вместо третьего сидения была оборудована площадка с бортиками. Водрузив ящик на место, работники начали очень быстро и ловко закреплять его широкими кожаными ремнями.
Я с подозрением посмотрел на моего нового попутчика. Да, он выглядел впечатляюще: широкие плечи, мощная высокая фигура, кожаная походная одежда, похожая на ту, которую сейчас носила Кенира, приятное лицо с квадратным подбородком, подходящее какому-нибудь герою боевика, светлые каре-жёлтые глаза, заглядывающие, казалось бы, в саму душу. Вот только его способность кого-либо защитить вызывала очень серьёзные сомнения. Ксандаш был инвалидом — правая его нога была деревянной, а рукав левой руки пустовал чуть выше локтя.
— Ксандаш! — протянул он мне здоровую руку. — Можешь звать меня просто Санд.
Я не стал высказывать свои сомнения, протянул руку в ответ и сжал, по местному обычаю, его запястье.
— Улириш, — представился я. — Но ты тоже зови меня просто Ули.
Похоже, как я ни пытался скрыть свои чувства, Ксандаша моё бесстрастное лицо ничуть не обмануло.
— Вижу, считаешь, что раз я не сумел сохранить целыми все конечности, то и толку от меня мало.
— Я… Ничего такого… — начал что-то блеять я, но был тут же оборван.
— Да ладно, Ули, не мнись! Все так поначалу думают! Ну ничего, поездка покажет. Надеюсь, конечно, что ничего не произойдёт и никого убеждать не придётся!
— А что с тобой случилось? — поинтересовался я. — Мне казалось…
— Прости, Ули, но мы с тобой недостаточно хорошо знакомы, чтобы я изливал историю своей жизни. Алзар в курсе, друг друга мы знаем давно, но его расспрашивать даже не пытайся. Он торговец, а значит язык в оковах держать умеет. Кстати, он мне рассказал, что ты священник и можешь предупредить об опасности. Не знаю ничего о твоём боге, но лишняя помощь никогда не помешает.
— О богине. Я служу госпоже…
— Отлично! В дороге у нас будет куча времени! Смотри, твоя подруга уже забрала сундуки, так что забирайся!
— Сундуки? — не понял я. В руках Кениры, возвращающейся из здания, я увидел только небольшую полотняную сумку.
— Из какой глуши ты вылез? — удивился Ксандаш. — Артефакты, в которых таскают разное барахло! Заказчики, конечно, поскупились на что-то приличное, всего лишь жалкий алмаз, но даже эту дешёвку называют, как и нормальные артефакты, сундуками.
— Но ведь… Но ведь артефакты, предназначенные для пространственного хранения, называются «контейнеры», — сказал я, непроизвольно втягивая голову в плечи. Я уже не раз использовал это слово, мне было известно, что оно относится общеизвестным понятиям, а значит, наказания за разглашение сведений, полученных в Цитадели, не последует, но всё равно дёргался.
— «Контейнеры»? — рассмеялся Ксандаш. — Так говорят только разные зануды, типа университетских студентов или профессоров у нас в Нирвине. А живые люди говорят «сундук», если речь о перевозке груза, или «карман», когда носят в нём свои вещи.
— Так ты из Нирвины? — удивился я. — Мы с Алирой как раз в неё и направляемся.
— Ну, Алзар туда не поедет, так что придётся вам добираться самим, — качнул головой Ксандаш. — Ну да ладно, мы что-то заболтались! Твоя подруга уже нас ждёт.