Понять, простить, полюбить (СИ)

Все шло хорошо, Между стволов уже было видно поле перед поселком, и жалкий заслон из сотни крылатых, к тому же сильные порывы ветра лишили их основного преимущества — полета, заставив приземлиться.
— Сам Создатель на нашей стороне, — только успел подумать кардинал, как обстановка стала меняться. Ветер почти стих, но на небе появились черные тучи из которых в сторону леса потянулись воронки смерчей. Громыхнуло, ударили сразу четыре молнии, куда-то в чащу, туда, где шел арьергард. Заржали лошади. Занялось несколько деревьев, легкий ветерок разгонял пламя, направляя его прямо на войско инквизиторов. Спасаясь, задние ряды рванули вперед, к опушке, вытесняя передних всадников на поле, под стрелы крылатых бойцов.
— Все вперед, — скомандовал кардинал, — занимайте деревню!
И тут ветер изменился вновь, он подул от них в сторону горящего леса, гоня пламя на уже выжженное пространство. Пожар стал затухать сам собой, а еще с небес полил проливной дождь, окончательно потушив пламя. Слава Создателю! Можно перегруппироваться и вступить в бой с защитниками деревни. Но тут в них со всех сторон полетели стрелы. Мелкие, но убивавшие наповал. Несколько попало в крупы коней его конных носилок, лошади вырвали поводья и понесли кардинала прямо на поле. И тут он увидел ЕГО!
Черный силуэт с громадными, даже по меркам черных крыльями, он парил над полем сражения, периодически бросая в солдат инквизиторов шаровые молнии. На пытающихся подстрелить его лучников не обращал внимания больше, чем на надоедливых мух. Стрелы не долетали до него, ломаясь о почти прозрачный кокон, окружавший фигуру мага.
— Бейте по колдуну! — отдал команду кардинал, и зря. Его возглас привлек к нему внимание крылатого мага. Тот развернулся и устремился к конным носилкам кардинала. Тому показалось, что на него летит сама смерть. Он схватил свой посох, и направил вылетевший из него заряд святой энергии в подлетающую фигуру. Крылатый увернулся, подлетел, обнаженным мечом ударил одного из охранников, остальные в ужасе попадали на землю, закрывая голову руками. Подлетел к кардиналу и, схватил того подмышки и поднялся с ним в воздух. Поле огласил перепуганный визг.
Оставшиеся от шествующего победным маршем святого воинства бойцы, бросали оружие и сдавались.
— Отпусти старика, — прокричал кто-то из толпы сдавшихся, — отпусти и Создатель простит тебе твои злодеяния!
В ответ маг расхохотался, отлетел на середину поля, поставил кардинала на землю и опустился сам.
— Узнаешь? — спросил он кардинала, которого опять подвел желудок.
— Ты⁇
— Я!! В прошлый раз тебе повезло, пироман, в этот раз ответишь за всех, «очищенных» огнем тобой жертв. И за невинно умерщвленную молодую женщину, мать двоих детей, и за мою спину, и за крылья брата!
— Крылья это не я, это придумка Стейнброка!
— Он ответит за себя в свою очередь, ты в свою! Фу, воняешь, старая вонючка. Капитан! Пленных повязать и доставить в столицу. Я доставлю его преосвященство по назначению, и догоню вас.
— Ваше Высочество, может вам сопровождение? Ну, как свидетелей свершения справедливости!
— У тебя что, лишние бойцы есть? Оставлять этих хищников здесь нельзя, некоторых и так придется в паре нести! Справлюсь. А месть увидят стихии, их свидетельства достаточно!
Арриан подхватил перепуганного старика подмышки, сотворил ветерок, относящий запах в сторону от его лица и взмыл вверх, почти вертикально. Его курс лежал в сторону Эфрана, единственного еще не потухшего вулкана в горах Маунтвинда. Кардинал периодически трепыхался, пытался договориться, сдавал своих подельников, надеясь выторговать помилование. Так Арриану стали известны все планы союзников на Риодор. Долетели за два часа, громада вулкана, окутанная небольшим облаком газов, была прямо перед ними. Старик скрипел все жалостливее. Бесполезно. Перед глазами Арра стояла объятая пламенем крылатая фигура, и довольно улыбающаяся рожа старого садиста. Он подлетел к жерлу вулкана, оградил себя защитным коконом от жара плещущейся в огромной чаше раскаленной лавы. Взлетел вверх и отпустил руки. Короткий визг, и все было кончено. Оставался только один фигурант.
 
Брезгливо отряхнув ладони, он полетел в сторону столицы. Надо бы было помочь в доставке пленных, но капитан был опытен, справится, к тому же в деревню возвращались оправившееся от испуга жители, помогут приглядеть за врагами. А он носильщиком не нанимался, у него жена тратит последнюю силу на лечение брата, ему надо ее подпитывать, да и на брата силу оставить. И завтра придется вести армию в Риодор, спасать отца, пока не уверятся в гибели Арлинна, за него вряд ли возьмутся. И Ализанию давно пора поставить на место, заигрались, забыли, что такое черные винглорды, отец нынешнего короля помнил. Бежал от крылатого войска чуть ли не до столицы. И откупился Золотой долиной. Над еще решить, что делать с бывшей кандидаткой в Предназначенные, оказалась осведомительницей инквизиторов. Считайте, что ее отец долину уже потерял. Князь пожаловал, князь и отнял. Нельзя такое богатство в подозрительных руках оставлять. Пусть дочке своей в своем захолустном родовом поместье спасибо говорит. На войне много отличившихся будет, найдем, кого отблагодарить. Вон, хоть этого капитана, который решил стоять насмерть перед превосходящей силой врага! Арриан и не заметил, как ветер и крылья донесли его до столицы. В первую очередь рванул в госпиталь. Туда его не пустили, сказали, что княгиня закончила лечение, пациент спит, его подпитал дед, в общем, лети к жене, а сюда только утром. Он полетел во дворец. Доложить деду, и, наконец, вымыться. Запах страха вонючего старикашки, казалось, въелся в одежду, несмотря ни на какие ветерки. Но сперва доклад. Так положено. По дороге не утерпел, заглянул в их с Линой покои. Жена спала, свернувшись клубочком на постели, устала, конечно. Но розовенькая, улыбается во сне. Повернулся, что бы идти к деду, но его остановила Кира, горничная Лины.
— Ваше Высочество, князь, я вам ванну набрала, вымойтесь, переоденьтесь, а я одежду вашу отнесу в чистку и стирку, а то, простите, пахнете не духами! Вы воевали, или навоз за свиньями убирали?
— Ты права, Кира, пришлось и навоз убирать. Это противный старикашка так испугался, что у него по ногам потекло, пока я его до места тащил, видимо, меня забрызгал, вонючка. Ничего, сам всех огнем очищал, дай бог и его очистит, не попадет к Создателю весь в какашках! — засмеялся Арриан.
Пришлось быстро вымыться и переодеться. Поесть уже не успевал, пошел к деду голодный. Подумал:
— Ничего, с Линой потом поем!
Князь встретил с тревогой.
— Что так долго? Первые бойцы уже прилетели, а тебя все нет, я волноваться уже начал!
— Пока одно дело сделал, пришлось летать туда-обратно, пока в госпиталь заглянул, вдруг помощь требуется, пока помылся, переоделся и сразу к тебе.
— А без переодевания нельзя было? Сразу ко мне?
— Нельзя, дед! Тут от встречи со мной у одного старика медвежья болезнь приключилась, и пока я его к нужному месту тащил, он, видимо меня запачкал. Так что в приличном обществе было не появиться!
— И куда ты старика доставил?
— Так решил ему приятное сделать, он всех огнем очищал, теперь пусть сам очистится!
— Сжег, что ли?
— Нет, можно сказать испарил. Там такие температуры, что даже пепла не останется!
— Где?
— В жерле Эфрана.
— Ничего себе! Подожди, так ты их Великого Инквизитора, что ли сжег?
— Его. Сам, можно сказать, в мои руки прибыл, святоша. Жаль, из-за него пришлось лес слегка пожечь, но ничего, следующий дух леса пусть задумается, стоит ли врагам помогать. Испугается, что я его накажу! Пойдем, расскажу, что мне кардинал со страху наболтал, думал жизнь себе купить!
Сведения Арриана произвели эффект бомбы некоторые члены совета даже верить отказывались. Не Арриану, перепуганному старикашке, пытавшемуся спасти свою жалкую жизнь. Решили объявить общий сбор войск, на это уйдет дня три, а пока допросить пленных и подождать, пока придет в себя Арлинн. он наверняка дополнит рассказ Арриана. Тогда и принимать решение.