Всадник на бледном коне (СИ)
Первые четверо аборигенов в коротких полотняных шортах, РПС и с Калашами в руках пораскинули мозгами всего за несколько секунд. А в тот момент, когда я переводил ствол на пятого, пытавшегося зажать кошмарную рану на животе и подвывающего на одной ноте от ужаса, со стороны катера раздался воистину безумный вой!
Я был к нему готов. Мои оппоненты — нет. Поэтому двух аборигенов, прятавшихся за круговым диваном в центре салона, я завалил попаданиями в затылок. Потом всадил две пули в совсем молодого парня, схлопотавший по осколку в правое бедро и правую руку, поэтому выползавшего в кокпит между стенкой и дизайнерским столом. И, как ни хотелось продолжить зачистку, вернулся к лестнице. Перезаряжаясь на бегу и напряженно прислушиваясь к стрельбе, раздающейся с катера. А там шла самая настоящая война: «гости» то ли в пять, то ли в шесть Калашей жгли патроны на расплав стволов, а еще один автомат работал привычными «двойками». Да, очень редко. Но каждой такой серией гарантированно заставлял очередного противника дико орать от боли и ужаса из-за полученных ранений!
Взрыв гранаты, раздавшийся с катера, на миг заставил меня напрячься. Но бабье верещание какого-то мужика, обнаружившего, что его зацепило, помогло успокоиться. Звучный плеск, еще два выстрела и крик, прерванный бульканьем, окончательно вернули нормальное состояние духа. А потом со стороны левого борта нашей яхты раздался умоляющий вопль на ломаном английском:
— Не стреляйте! Все, хватит!! Мы сдаемся!!!
Позволять отвечать им Ане было бы неправильно, поэтому голос подал я и потребовал, чтобы все, кто способен передвигаться, возвращались на корму «Беатриче» с поднятыми руками и ложились лицом вниз. А потом заявил, что через две минуты мы пойдем искать тех, кто меня не услышал. И прострелим им плечевые и коленные суставы.
Прекрасно понимая, что английский могут понимать далеко не все местные папуасы, я вызвал к себе Леру с Таней. Первой озвучил монолог, который требовалось перевести на испанский, а второй вручил трофейный «Калашников» с двумя гранатами и объяснил, что от нее требуется…
…До прибытия патрульного катера «Damen Stan 4207» береговой охраны Ямайки, среагировавших не на взрывы гранат, а на пуск сигнальной ракеты, вся наша компания пребывала в нешуточном напряжении. Да, мы осмотрели яхту от носа до кормы и с сандека до двигательного отсека, да, контролировали и четверку пиратов, сдавшихся в плен, и команду «Беатриче», и катер с поврежденными движками, но прекрасно понимали, насколько зыбок этот успех. Впрочем, первые несколько минут после прибытия бравых вояк тоже дались не так уж и легко — высадившись на сцепку из двух судов и обнаружив пленников, гору оружия, кучу трупов и услышав вопли раненых, продолжающих выть от боли, парни здорово перевозбудились и захотели нас задержать. Как говорится, до выяснения. Пришлось продемонстрировать им российские и американские паспорта, а потом сообщить, что консулы наших стран уже извещены и вылетели в нашу сторону на вертолетах.
Сначала нам не поверили, ведь мы дрейфовали неподалеку от Монтего-Бей, а оба консульства находились на другом конце острова, в Кингстоне. Однако после того, как командир патрульного катера еще раз перечитал фамилию Лиззи и сообразил, что имеет дело с представительницей всемирно известной компании «Форд», он словно сменил прошивку: рассыпался в славословиях, жестом отправил своих бойцов паковать пленных и вежливо попросил рассказать, как нам удалось не только отбиться от пиратов, но и взять некоторых в плен.
Росянка прибыла на их остров по паспорту на фамилию Бакунина, так что пришлось назначать главной героиней шоу единственную «альфа-самку» нашей компании. Ну, и привирать. А что, после завершения зачистки моя напарница тщательно стерла свои пальчики с «Калаша», позаимствованного у кого-то из незваных гостей, а на «Беатриче» перебралась только после того, как пленники уткнулись носами в пол:
— Я — военнослужащий Службы Специальных Операций Министерства Обороны России. К вам, на Ямайку, прибыл по приглашению Линды Доулан, чтобы справить день рождения в компании близких друзей. На арендованную яхту мы поднялись еще в пятницу, четырнадцатого февраля, и отправились в небольшой круиз вокруг вашего острова. Вчера вечером хорошо посидели и отправились спать. Но одной из моих подруг нездоровилось, и она поднялась на сандек. Подышать свежим воздухом. И задремала. А когда услышала странный плеск, посмотрела на море и удивилась, увидев, что один из членов команды уплывает к берегу, толкая перед собой водный мотоцикл. Девушка она умная, начитанная и хорошо тренированная, поэтому внимательно оглядела весь горизонт, обнаружила приближающийся катер, идущий без ходовых огней, и подняла меня. А я организовал оборону…
Само собой, меня прерывали. Но со всем почтением. Первый раз — когда услышали о том, что я служу. И заставили Линду гордо задрать носик:
— Денни Чубаров по прозвищу Чума — один из самых известных военных и бойцов смешанных единоборств России: на его блог подписано больше ста пятидесяти миллионов человек, а билеты на бои раскупаются на считанные минуты после начала продаж!
Потом командир катера не поленился заглянуть в мой паспорт, чтобы проверить дату рождения. И, сообразив, что семнадцатое февраля только-только началось, изобразил сочувствие:
— Да уж, празднование у вас получилось невеселым…
Но больше всего он задергался, доперев, что один из членов команды являлся сообщником пиратов — извинился, что вынужден прервать нашу беседу, и приказал одному из своих бойцов украсить наручниками Томаса О’Нила и всех его подчиненных. На всякий случай. Что, на мой взгляд, было вполне адекватным поступком.
Ну, а рассказ о боевых действиях слушал, открыв рот. В прямом смысле слова. И влюбленным взглядом пожирал рыжеволосую валькирию, которая с риском для жизни спряталась в служебных помещениях, а после начала боя перебралась на судно пиратов и устроила там небольшой армагеддон.
Я бедняге даже посочувствовал — Лера стояла на палубе, освещенной прожектором патрульного катера, с распущенной гривой, в спортивном топе и коротких шортах. Соответственно, убивала наповал не только внутренним спокойствием «прирожденной убийцы», но и умопомрачительной фигурой! В общем, последнюю часть легенды командир береговой охраны слушал через пень-колоду:
— Если бы мне не пришлось оборонять лестницу, по которой пираты могли спуститься к потенциальным заложникам, то навязал бы противникам маневренный бой и сдал вам их раненными или захваченными в плен. А так пришлось минимизировать риск для гражданских лиц. Ну, а самая боевая из моих подруг в это же время решала диаметрально противоположную задачу — создавала психологическое давление на ту часть шайки, которая воевала со мной. Поэтому большая часть ее «клиентов» все еще жива.
— Как я понимаю, госпожа Ризсшова тоже является военнослужащей сил специальных операций России? — заглянув паспорт «альфа-самки» и кое-как прочитав ее фамилию, поинтересовался мой собеседник.
Я отрицательно помотал головой:
— Нет. Просто я в свободное время тренирую своих близких — таскаю их в спортивные залы и на стрельбища, объясняю тактику ведения поединков с оружием и без него. Так что кое-какие основы они уже усвоили. Благодаря чему Татьяна Голикова и Бакунина Анна оказали мне неоценимую помощь в зачистке яхты — первая подстрелила во-он того паренька, пытавшегося уйти с места преступления вплавь, а вторая завалила здоровяка, пытавшегося зайти мне в тыл по противоположному борту…
…Не знаю, на какие кнопки давили родители Линды, Лиззи и Ларри, но уже в час дня все того же семнадцатого февраля премьер-министр острова наградил всю русскую часть нашей компании Орденом Ямайки. Да, в местной системе наград этот орден был лишь пятым из шести имеющихся и вручался всем, кому ни попадя, вроде певицы Грейс Джонс или футболисту Питеру Мозесу, зато считался эквивалентом рыцарского звания в британской системе почетных званий, давал право называться достопочтенным, позволял добавлять к фамилии так называемые пост-именные буквы «OJ» и… вроде как ни разу не вручался гражданам России.