Всадник на бледном коне (СИ)
Вот так, толпой, решали только общие вопросы, а всю конкретику, включая финансовую сторону каждого отдельно взятого будущего контракта, наша сторона получила на флешках и пообещала не затягивать с ответами. А в самом конце «рабочего застолья» Линде позвонил Ричард Логан, и она, пообщавшись с ним несколько минут, озвучила последнюю новость:
— По утверждениям врачей, при самых благоприятных прогнозах полное восстановление Баффало займет не менее семи месяцев. Таким образом, провести официальную защиту титула он сто процентов не сможет, а значит, в конце мая промоушен будет вынужден устроить бой за звание временного чемпиона в тяжелой весовой категории.
— Между Денисом и Морисом Буске? — спросила Танька.
— Да.
— А если Галл не захочет драться? Скажем, сошлется на травму или скажется больным…
— Бой состоится в любом случае! — твердо сказала Доулан. — Просто в клетку выйдет Сандберг или Ласиси. А их Дэнни уже побеждал.
Услышав это заявление, Форд-старший поинтересовался, успею ли я подготовиться к бою за чемпионский пояс за оставшееся время, получил утвердительный ответ и вернулся к обсуждению какого-то мелкого вопроса с Голиковой. А где-то минут через пятнадцать-двадцать посмотрел на часы и сообщил, что им пора в аэропорт…
…В «Фалькон» Линды мы загрузились только после того, как проводили старших, и расположились в первом салоне. Доулан, рулившая процессом, потребовала, чтобы наша часть компании вырубила телефоны и до ее личного разрешения не пыталась выяснить, куда именно нас везут. Мы пошли ей навстречу. А чтобы не скучать, большую часть четырехчасового перелета угорали над мемами, гифками, мультфильмами и карикатурами, посвященными «Кузнецу своего счастья», и отрывались на моей официальной страничке, отвечая на самые забавные вопросы или поздравления фанатов.
К нашему искреннему удивлению, в одной из последних тем, созданных в час дня по времени Вегаса, обнаружился точный диагноз, поставленный врачами Садио Нганну, а в дискуссии под этими «разведданными» народ уже во всю обсуждал бойцов, которые могут рискнуть выйти против меня в бою за пояс временного чемпиона «Овердрайва»! При этом личность Галла не рассматривалась в принципе: по утверждениям диванных экспертов по психологии бойцов смешанных единоборств, Морис Буске, видевший, с «какой легкостью» я разделался с тем, кому он проиграл четыре раза, обязательно закосит под травмированного. Не верили и в героизм Ласиси — по их мнению, полезть с голой пяткой на бронепоезд могли решиться только Петер Сандберг, Кавати Эйдзи и… Ватанабе Хироси! Кстати, увидеть мой бой с этим бойцом жаждали абсолютно все фанаты, хоть как-то отметившиеся в этой теме. Более того, просили меня передать владельцу промоушена, что Вакидзаси надо срочно приглашать в «Овердрайв», чтобы заполнить вакантное место «поломашки» в тяжелой весовой категории.
Линда, которой я перевел эту просьбу, развеселилась и заявила, что они с Ричардом уже обсуждали такую возможность и запланировали связаться с менеджером японца уже на следующей неделе.
Валять дурака закончили сразу после того, как бизнес-джет пошел на снижение. Девчонки, закрыв все иллюминаторы шторками, «чтобы ненароком не испортить сюрприз», умотали во второй салон «пудрить носики», а Лоуренс, проводив взглядом чуть замешкавшуюся любимую женщину, как-то странно хмыкнул:
— Знаешь, весь прошлый год мы с Элизабет, в основном, изображали отношения и параллельно искали подходящий повод, чтобы официально объявить о разрыве. А после Ямайки, той ночи в Лос-Анжелесе и случайной встречи в лучшем стрелковом клубе Мичигана вдруг обнаружили, что наши новые интересы совпадают, а тренироваться в паре куда интереснее, чем в одиночку. В итоге через две недели новых и куда более ярких отношений, чем раньше, я сделал ей предложение, она его приняла, и в первых числах сентября вам придется прилететь на нашу свадьбу.
— Приятно слышать! — без тени улыбки заявил я, а потом пошутил: — Как я понимаю, лучшим подарком будет грузовик с патронами?
— Патроны мы как-нибудь приобретем сами! — хохотнул Эллисон. — А вот от лекции на тему «Специальная физическая подготовка стрелка из пистолета» и семинара по уклонению от выстрелов, методике скоростной стрельбы при работе на сверхблизких дистанциях и тактике работы в паре при внезапном огневом контакте мы с ней точно не откажемся.
Скорость и четкость перечисления довольно специфических тем для «семинара» заставили меня подобраться:
— А что, ваши инструктора этому не учат?
Лоуренс пожал плечами:
— Они учат многому. Но я не уверен, что кому-нибудь из них хоть раз в жизни приходилось применять свои навыки в реальном бою, поэтому предпочту следовать советам человека, чью эффективность в этом вопросе имел возможность оценить лично.
Это утверждение было более чем логичным, но меня не успокоило:
— Наработка любого навыка требует не только времени, но и достаточно серьезной мотивации…
— Насколько я знаю, проблема с гипотетически возможным появлением мстителей из Колумбии уже решена, поэтому единственная причина, из-за которой мы три раза в неделю убиваемся в стрелковом клубе, это желание догнать твоих подруг и перейти из категории «обуза» в какую-нибудь более продвинутую. Да, вполне возможно, что со стороны этот мотив выглядит смешным или несерьезным, но нам его хватает.
— А можно о мстителях чуть более подробно?
Лоуренс виновато развел руками:
— Я знаю немногое. После возвращения из Москвы Линда прилетела в Дирборн и несколько часов разговаривала с отцом Элизабет тет-а-тет. А в прошлую субботу, во время семейного ужина, он, чуть перебрав с коньяком, вдруг толкнул речь о преступлениях и наказаниях, а также о падении уважения к нашей стране и идеалам демократии во всем мире. В этот момент мы обсуждали планы на воскресенье, но на слово «Колумбия» отреагировали, так что успели услышать буквально три предложения: «Правильно обижаться на нездоровый интерес в свой адрес умеют не только русские. А нам сам Бог велел воспитывать ближайших неразумных соседей. Поэтому мстить вам больше некому…»
Эта новость заставила задуматься не только о возможностях Форда-старшего, но и о неожиданных последствиях невинных шуточек. Впрочем, где-то минут через двадцать, когда бизнес-джет, наконец, коснулся бетонки, Лиззи разрешила включить телефоны, а Линда закатила мини-лекцию о месте, в которое нас завезли, мне стало не до колумбийцев:
— Итак, мы прибыли в Майами, в самый большой мегаполис на юго-востоке США и четвертую по величине агломерацию страны после Нью-Йорка, Лос-Анжелеса и Чикаго. Первым европейцем, попавшим в эти места, был конкистадор Хуан Понсе де Леон, который в тысячу пятьсот тринадцатом году приплыл в залив Бискейн и, вроде как, высаживался на берег, а название города произошло от названия племени маяими, проживавшего в этих местах до середины восемнадцатого века…
Экскурс в историю Майами, начатый в самолете, продолжился и после пересадки в лимузин, поданный прямо к трапу. Пока мы ехали от аэропорта до океана, мисс Доулан и два ее добровольных помощника рассказали нам о географическом положении Флориды, о ее климате и о самых разрушительных ураганах, когда-либо обрушивавшихся на берега этого полуострова; устроили небольшую виртуальную прогулку по самым значимым районам агломерации, подключив чей-то планшет к телевизору; провели ликбез по экономике штата, особенностях налогообложения, демографии и так далее. А сразу после того, как семьдесят девятая улица внезапно превратилась в мост, переброшенный через залив Бискейн, переключились на описание курортного города Майями-Бич.
В подробности, вроде бы, не вдавались, сообщая о каждом острове самый минимум информации, но к моменту, когда машина проехала мимо невысокой стелы с надписью «Biscayne Point» и покатила по Хоторн-авеню на север, у меня в голове творился сущий бардак из множества разрозненных фактов, как-то связанных с кучей чем-то отличающихся друг от друга клочков земли. Слава богу, после поворота на узенькую и тихую Стилуотер Драйв, вдоль которой выстроились одно- и двухэтажные домики, Доулан вдруг перестала грузить нас общими сведениями и перешла к конкретике.