Последний трюк

- Ну, знаете, - прошептал священник, - едва ли... 
- Он прав, - сказал второй носильщик. - Вообще почти ничего не весит. Вы ведь знали Ферлини? Он был здоровенный малый. 
Они посмотрели друг на друга, ожидая, что кто-нибудь первым рискнет сказать то, что думали все. Наконец Роско произнес: 
- Мне, конечно, не хочется это делать, но придется. Вскрываем гроб. 
Священник запротестовал, но они уже взламывали крышку. 
- Что случилось? - подошла к ним Ванда. - Роско, что здесь происходит? 
- Отойди. Я бы не хотел, чтобы ты это видела, Ванда. 
Но было уже поздно. Крышку подняли и все с ужасом обнаружили, что он был пуст... Ванда завыла, как ураганный ветер в верхушках деревьев. 
Доктор Рашфила покатал карандаш по листку бумаги и сказал: 
- Продолжайте, мистер Роско, я хочу услышать все. 
Роско облизнул сухие губы. Ему ужасно хотелось выпить. 
- Вы должны понять суть моего бизнеса, доктор. Все это лишь аттракцион. Вот почему Ферлини попросил меня об этом лет десять или двадцать назад. 
- О чем? Объясните. 
- Никто не знал об этом. Только он и я. Я говорил ему, что это сумашествие. Но если такому упрямцу, как он, что-нибудь втемяшится в голову... Он взял с меня клятву, что, если с ним что-нибудь случится, ну, то есть, если он погибнет, я должен буду организовать этот последний трюк... Что-нибудь такое, чтоб его надолго запомнили. Хотел затмить самого Гудини. Вот, как было дело, док. 
- Трюк? Не понимаю. 
- Да, трюк и достаточно простой. Я сунул владельцу похоронного бюро пятьдесять долларов, и он организовал похороны Ферлини тайно, где-то в другом месте. А сам, после того, как с телом простились и закрыли крышку, поставил на катафалк другой гроб, пустой. Вот и весь трюк. Понимаете, док? Ничего противозаконного. Настоящий аттракцион, и никакого жульничества! 
- Понятно, - сказал доктор, нахмурившись. - Но, боюсь, этот ваш аттракцион произвел на миссис Ферлини... По-моему, она и до этой истории была немного не в себе, а теперь... 
Он вздохнул и поднялся из-за стола. 
- Ладно, мистер Роско. Я позволю Вам взглянуть на нее, но ни слова. Разговаривать ней категорически запрещаю. 
Роско последовал за доктором. Они остановились у двери с небольшим окошечком, и Роско заглянул а комнату. То, что он увидел, заставило его в ужасе отпрянуть от окна. На кровати, с округлившимися, ничего невидящими глазами, сидела Ванда и безуспешно пыталась вырваться из тугих и жестких объятий смирительной рубашки.