Подарок от (для) лучшего друга (СИ)

– Можно? – протянула руки Марина Петровна.
Кивнув, аккуратно передал ей малышку. Фууух. Только когда расслабился, понял на сколько сильно был напряжён. Семь потов сошло от нервяка.
Я, естественно, видел маленьких детей. Взять даже малышню Алиски и Тимыча. Но на руки не брал никогда таких крошечных. Пробыли тут около часа, потом нас попросили на выход. Родители Поли чуть позже поехали домой. Точнее, в квартиру к дочери. С области не намотаешься.
А я пошёл к заведующему детским отделением. Как ни крути, а нужно что-то решать. А что именно и как, решил уточнить.
Как оказалось, малышку готовы относительно скоро выписать. Для того, чтоб я смог её забрать, нужны основания. Сейчас я ей чужой по факту. Принял всю полученную информацию к сведению, как руководство к дальнейшим действиям. Домой поехал с чётким планом.
Собственно, все последующие дни были наполнены суматохой: посещением различных инстанций и поездками в больницу. Не замечал как дни пролетали. Часов в сутках, казалось, было мало. Домой приезжал только переночевать и то часа на четыре. Выпал из обычной повседневной жизни.
Проведя тест ДНК, установил отцовство. Мне этот тест нафиг не упал – у меня сомнений не было. Но, как оказалось, это стандартная процедура. Только никто не сказал, что все эти стандартные процедуры затягиваются на такой длительный срок. А меня время поджимало. Хорошо, что за деньги многое можно ускорить. Чем я и воспользовался.
Правда, оформляя свидетельство о рождении, столкнулся с другой трудностью. Имя. Мне нужно было дать дочери имя. А я понятия не имел какое. После размышлений, всё же пришёл к одному – Богдана. Мне кажется, очень символичное. Надеюсь Поля не прибьёт меня за него. Но мне нравится. Малышка Дана.
Когда со всей бюрократической мутью было покончено, облегчённо выдохнул. Вообще последние дни были богаты на новости. Помимо того, что сегодня я заберу дочь, на поправку пошла Поля. Состояние окончательно стабилизировалось и уже не под отметкой «критичное и тяжелое». Послезавтра её переведут в палату и, скорее всего, выведут из комы. Ждал этого с содроганием сердца.
Правда, не все новости были позитивными. Полин отец, не выдержав эмоциональной встряски, попал в больницу с сердечным приступом. Поэтому последние дни я разрывался ещё сильнее. Пытался успеть везде. В том числе и с помощью Николаю Владимировичу.
Но не смотря на усталость, в больницу за дочерью сейчас ехал вполне бодрым. Хорошо, что по дороге туда, вспомнил о детском кресле. А то бы весело было. Постоянно ловлю себя на мысли, что мне ещё многому предстоит научиться. У меня столько пробелов, что пипец.
Прежде чем забрать Богдану, справился о состоянии её мамы. Дни считал до того момента, как смогу полноценно её увидеть. Ведь не смотря на уверения врачей, что все идёт отлично, меня тем не менее так и не отпускало.
Один раз всё же удалось к ней пройти: когда состояние стало более стабильным в благополучном русле, меня пропустили к ней в реанимацию. Ненадолго – минут на пять всего. Но я и им был рад. Смог её увидеть. Прикоснуться. Но зрелище жуткое. До костей пробирает. Поля сама на себя не похожа: ссадины, синяки, перебинтованная голова с частично сбритыми волосами, куча трубок и датчиков. Тяжело было видеть её такой беспомощной и слабой. Но главное, что жива. Всё остальное разрешимо.
От лечащего врача Поли направился прямиком в детское. Дочку, кстати, на руках уже держал немного смелее, не так сильно поджилки тряслись, хотя и подрагивали.
Домой ехал объезжая каждую кочку. В повороты входил практически невесомо. Всю дорогу косился на Дану, посапывающую в детском кресле. Боялся её потревожить и разбудить. Но лучше бы я боялся другого. А именно того, что буду с ней делать дома.
Со всей суматохой по установлению и оформлению отцовства, мотанием из одной больницы в другую, ни хрена не подготовил квартиру к приезду нового жителя. Только когда стоял с Даной на руках на совершенно не приспособленной для ребёнка жилплощади, понял какой же я идиот. Просто конченый.
 
Ведь из Полиной квартиры кроме тех мелочей в больницу забирать больше ничего не стал. Рука не поднялась нарушить тот уют, который она с такой любовью создавала. А то, что это было именно с любовью – факт. Ну а свою квартиру я не подготовил. Супер. Там рука не поднялась, тут мозгов не хватило. Батя года, ёпт.
Соорудив на кровати кокон из подушек и положив в него дочь, полез в интернет – магазины в поисках кроватки и всего сопутствующего. Да только не тут-то было.
Спустя пару минут Дана начала заходиться пронзительным плачем. Таким, что кровь в жилах стыла. Бросив всё, взял её обратно на руки.
То ли я что-то делал не так, то ли она чувствовала подступающую ко мне панику, а может просто новое место так влияло, но успокаиваться она и не собиралась. А я реально начинал паниковать. Она просто ревела в режиме нон-стоп. Мне кажется, с меня семь потов сошло. Немного её покормил, в надежде, что после уснёт. Да куда там! У неё сна ни в одном глазу.
Дойдя до ручки, позвонил парням. Больше было не кому: родители Поли сейчас сами в запаре, своим я вообще ещё ничего не говорил. Благо, Тимур и Стас не отказали приехать. До приезда ребят дочка продолжала плакать, но уже явно и сама устала. Хрен знает, может и зря я паники навёл, но что-то как-то растерялся не на шутку.
Ребята приехали быстро. Охренели, конечно, но все вопросы оставили на потом. Пока Тимур со Стасом погнали в магазин за детскими прибамбасами, Оля – девушка Стаса, занялась Даной. А я … а я просто отключился. У меня в последнее время вообще со сном туго. Поэтому не удивительно, что мне было достаточно присесть и в миг расслабиться.
Когда друзья вернулись, я уже немного пришёл в себя. Собрали мебель, обустроили комнату. В целом получилось на плохо. Не так уютно, как у Поли дома, но тем не менее органично. Потом ещё наведу милоты.
Странно, но после того, как ребята уехали, дочка вела себя, как ангелок. И не скажешь, что это она включала голосовую сирену чуть ли не на весь день.
Вроде как-то выровнялось всё. На следующий день стало в разы легче. Я начал подмечать некоторые нюансы и делать выводы.
Например: засыпала Дана только у меня на руках, стоило попытаться укачать в кроватке – она заходилась плачем (громким, пронзительным, что сразу же бросал это дело и брал обратно на руки). И только когда она крепко засыпала, начиная смешно посапывать, перекладывал в кроватку. Поэтому после нескольких таких эпизодов перестал экспериментировать и пошёл на поводу у маленькой капризы изначально укачивая на руках.
Понял, что пытаться возразить женщине, даже той, которой нет и месяца отроду, капец как не просто. Манипулировать мужиками, строить глазки и закатывать истерики, с целью добиться своего – это, видимо, в них природой заложено.
Вечером взвесив все за и против, решил доехать до родителей. Они вообще не в теме всего того, что происходило в моей жизни в последнее время. А так, думаю, пора познакомить их с внучкой. Даже не представляю, какой будет их реакция.
Пристегнув малышку в авто -люльке, резко округлил глаза, понимая, что она сейчас разревётся. Быстро, не теряя ни секунды, полез в сумку за пустышкой. И только когда она оказалась у Даны во рту, облегчённо выдохнул. Так, отлично. Мне жирный плюс в карму, раз мы уже не на грани слёз. Фууух.
Пока ехал к родителям, поймал себя на мысли, что снова веду машину крайне аккуратно. Я, конечно, обычно и не лихачил особо, но сейчас просто эталон правильной езды. Причём происходит это неосознанно, словно на уровне инстинктов.
Подъехав к родителям, отстегнул малышку и пошёл в дом. Умышленно не стал предупреждать о приезде и о том, что буду не один. Эффект неожиданности во всей красе.
– О, Лен, смотри, кто к нам пожа … – на последнем слове отец, вышедший мне навстречу, резко умолк.
– Привет. – пожал ему руку и не смог сдержать улыбки. Он так забавно смотрел на Дану. – Знакомься, твоя внучка.