Тропы зазеркалья (СИ)

Радим добрался до ворот, распахнутых настежь, которые сейчас никем не охранялись, и аккуратно заглянул во двор. Не сказать, что внутри периметра было людно, двое красных торчали на крыльце, дымя трубками. Еще один точил клинок, сидя на приличной колоде для рубки дров. Больше никого видно не было. Двухэтажный дом с третьим этажом по центру был большим, самый настоящий терем, сложенный из бревен, диаметром сантиметров сорок, метров тридцать в длину, с небольшими окнами, откуда так удачно можно стрелять из арбалетов. Было бы сокрытие, он прошел бы без проблем. Но сейчас оно слишком затратно, резерв хоть и почти полный, но все равно его надолго не хватит. По прикидкам, в лучшем случае, минута, и он окажется снова сухим. Хотя Радим потрогал карман, в котором были собраны плашки с рунами, если подсчеты его не обманывали, у него имелось восемь плашек с резервом, вернее они слились в одну, ну да это не важно. Хватит этого, чтобы восстановить потраченное? Нет, нельзя, этот резерв нужен будет, чтобы открыть проход и вернуться домой, если он застрянет тут с Фабером, будет еще хуже. Так что, придется как-то иначе. Можно, конечно, было бы натянуть на себя красные шмотки сопляка, замотать башку арафаткой и попытаться проскочить, просто в наглую пройти через двор. Но у этого плана был большой минус, если у него спросят, какого хрена он тут шляется, это будет конец, по-французски Радим не рубит, да и фигуры с сопляком совсем не похожи, тот на две головы ниже. Так что, если он и сойдет, то только за мечника, которого убил. Но стоит кому-то увидеть вернувшегося из погони человека, как они поинтересуются, где остальные, и тут снова ждал провал. А еще Вяземский по-прежнему не знал, где держат антиквара. Можно, конечно, сейчас еще раз глянуть, теперь-то маршрут точно должен был быть, но тратиться не хотелось, что-то подсказывало, что энергия ему еще понадобится.
  
Радим задрал голову и прикинул высоту частокола — бревна метра три с половиной, заостренные на концах. С внутренней стороны шел настил, чтобы часовой бродил. Но тут, похоже, все прилично подзабили болт на караульную службу. Поставь они сопляка на стену, и тот засек бы Радима и поднял бы тревогу, а не был бы вырублен и связан.
Дикий обернулся и посмотрел на пребывающего в отрубе незадачливого стража. По хорошему ему бы нужно глотку перерезать, а труп скинуть вниз, но сопляка, стало жалко. Радим вернулся к переходу и, подняв тело, отправил его в проход на остров по ту сторону. Тот был мелким, пустым, тварей нет, три дерева, холмик, высокая трава. Во всяком случае, не будет глаза мозолить. Если кто выйдет и не обнаружит стража, то не сразу тревогу поднимет, в отличие от варианта со связанным телом. Избавившись от незадачливого караульного, Радим пошел в обход. Три с половиной метра он возьмет сходу, без всякой веревки. Главное — найти место проникновения. Только перед этим надо будет мечи отвязать от рюкзака, теперь мешаться будут.
Остров оказался больше, чем он думал. Выглядел он как прямоугольник, метров четыреста в длину и сто пятьдесят в ширину. За крепостью имелись самые настоящие огороды, где росла картошка и кое-какие овощи, причем на открытом грунте помидорки, огурчики, болгарский перец, капуста.
Кстати, Радим забыл спросить у Стефана, чем они тут питаются. Ну, частично сами растят, но сомнительно, что мясо тут имеется, ни одного зверька еще не видел, даже крыс. Может, у них тоже есть хваты, как в зазеркалье, которые могут вытаскивать продукты из отражений. Ну да ладно. Здесь обнаружились еще одни ворота, хотя, громко сказано, скорее, калитка метра в полтора, и вот тут охрана имелась. Подперев стенку, рядом с висящим рельсом, который выполнял роль тревожного колокола, куковал крепкий мужик с лицом дебила. Гора мышц, выше Вяземского головы на две с половиной. Он пристально уставился в поля, где работали четыре женщины, похоже, занимались прополкой.
Радим сдал назад, рубить крепыша не хотелось, да и дойти до него, ни много ни мало, почти двадцать метров по полностью открытой местности. Так что, сдав назад, Радим прислонился к стене. Если честно, его слегка озадачило расположение строения. Главный фасад и широкие ворота смотрели в никуда, в край острова, до которого метров пятнадцать от ворот, хотя, по логике, все следовало делать наоборот, и с той стороны должны быть главные ворота, чтобы телеги проходили, но нет. Или этот терем тут всегда стоял, и не зря он так развернут, когда это не было островом, например, там был городок? Тогда все логично. Но теперь там пустота, а переделывать — только портить. Непонятно, правда, зачем они там ворота держат, вот от них стоило бы избавиться, как от лишней точки проникновения. Ладно, по фигу, вариантов не густо, нужно идти через стену. Был бы Вяземский при своих обычных силах, он бы просто вошел через ворота и потребовал бы выпустить Фабера, но тут так плохо с энергией, что придется идти скрытно. Радим воткнул в землю полутораметровое копье, крепкое, добротное, вполне годящееся для того, что он задумал. Используя древко, как опору, Радим встал на него одной ногой и, оттолкнувшись, подпрыгнул, ухватился за гребень частокола, слегка подтянулся, заглядывая внутрь. Висеть было неудобно, но других вариантов не имелось. Ну, что сказать? Торцевая стена терема была глухой, ни одного окна, фасад сзади был похож на передний, узкие окна только на третьем ярусе, в башне имелся балкон, ну и красного крыльца не было, просто обычный вход под навесом. И подвал, в который явно что-то спускали, может, урожай с полей, а может, дрова. Во дворе было людно, в кузне кто-то звенел молотками, но не сильно громко. А вот четверо в красном, с замотанными мордами, активно гремели мечами, еще двое тренировались с луками, итого трое с той стороны, один дебил на калитке, с кузнецом — одиннадцать, с незадачливым часовым — двенадцать, почти все. Стефан говорил, что их должно остаться около пятнадцати, если вычесть положенную Радимом четверку. Женщины в поле не в счет. Насчет кузнеца не ясно, но красных, воинов сейчас десять, значит, где-то еще пяток шпарятся, если, конечно, рунник не ошибся. Радим быстро прикинул диспозицию. Люк в подвал открыт, он почти с торца, самый ближний к нему угол, прокрасться внутрь — не проблема, выход в дом там наверняка есть, а значит, можно будет спокойно начать поиска Фабера. Дальше по обстоятельствам. Сомнительно, что их выпустят добровольно, так что, наверняка, будет прорыв и резня. Дикий ничего против убийства этих мутных местных не имел, они, скорее всего, тоже, иначе бы не отправили за одиночкой четверых бойцов. Ладно, время покажет. Да уж, создал ему антиквар проблем, лямом точно не отделается. Ну, да ладно, хватит светить башку над частоколом, пора внутрь.
Радим разжал руки и спрыгнув вниз. Правда он забыл про воткнутое в землю копье и едва не сел на него задницей, но пронесло, а то неприятно могло бы получиться, смерть на колу Вяземского не прикалывала. Дикий выдернул так выручившее его копье и сдвинулся метров на пятнадцать, настало время проникновения. На этот раз он взял разбег и, оттолкнувшись ногой от торца копья, буквально взлетел над стеной. Подошвы гулко стукнули по парапету для стражи, он присел за метровой деревянной стеночкой, выглянул, проверяя, не видит ли его кто, но было пусто. До стены было метров семь, спрыгнув вниз, Вяземский перебежал открытое пространство и, прижавшись к каменной кладке, на которую строители и положили внушительные бревна, двинулся в сторону двора. Добравшись до угла, Радим быстро заглянул в спуск, ведущий в подвал терема. Как он и предполагал, вниз вели каменные ступени, теряющиеся во тьме. Бросив взгляд на лягушатников, продолжающих тренировку и даже не смотрящих в эту сторону, он вытянул из кобуры кукри и юркнул вниз. Проникновение на охраняемый объект прошло без шума и пыли. Главное, чтобы там никого не было. Но все вышло лучше, ни души, все вокруг было забито дровами, имелся узкий проход к двери, оказавшейся не запертой.
  
Радим выскользнул в едва освещенный коридор. Единственная керосиновая лампа горела в самом центре, там, где он подозревал, был выход на первый этаж. Присев в темном углу, он достал зеркало фрейлины и окурок сигарилы и начертил руну поиска, на этот раз Фабер не спал, просто потому, что его час пришел. Он был наг, лежал на полу. Тонкие цепи, отливающие миродитом, тянулись от железных колец, вделанных в каменный пол, к его запястьям и щиколоткам. В рот ему вбили какую-то тряпку. Он даже уже не дергался, видимо, смирился. Под ним нарисована какая-то руна, еще одна была намалевана на груди антиквара, которую перед этим тщательно выбрили, правда, порезали в нескольких местах. Но фигня, ранки мелкие. На второй руне, той, что на груди, лежала табличка из чистого миродита, размером с ладонь. На ней идентичный знак. Света в помещении было не густо, на этот раз никаких керосинок, два самых натуральных коптящих потолок факела. Фабер был не один, перед ним на коленях с ножом стояла красивая брюнетка, с тонкой талией, в зеленом платье с пышным подолом. Она что-то шептала, но зеркало звук не предавало. Помимо маркизы де ля Валет, а это судя по описанию Стефана была именно она, в ритуальном зале имелся еще один персонаж — крепкий, судя по фигуре, мужчина, одетый в красное, и с замотанной рожей. Он стоял у двери, перекрывая спиной выход. Радим улыбнулся, он почти опоздал, но две капризные женщины, Судьба и Удача,преподнесли Вяземскому офигенный подарок. Ему даже путь был не нужен, зал для жертвоприношений находился прямо по коридору, третья дверь слева, прямо за лестницей. Всего сорок шагов, и он на месте.