Варнак. Книга третья (СИ)

Сразу бросаюсь к арбалету и пытаюсь выцелить эмиссара, но его прикрывают уже не только щитами, но и телами, а стрела арбалета не такая тяжёлая, да и глубоко пробить она не сможет, да и расстояние более двадцати метров. Поэтому целюсь в шаманов, которых никто сейчас не прикрывает, и первой же стрелой попадаю по одному из них, в спину.
Среди гоблинов поднимается крик, и паника только усиливается. Только эти шаманы выглядят повнушительнее тех, что я встретил ночью, и в подтверждение этого один из них вскидывает посох, с вершины которого срывается что-то серое и несётся в мою сторону. То, что не сто́ит встречаться с этим заклинанием, я понимаю сразу и смещаюсь вправо, вдоль крыши, только и серая субстанция меняет направление, следуя за мной. Отскакивая от крыши и пытаюсь призвать огонь на руке, чтобы встретить это заклинание магией, в надежде остановить или заставить его активироваться, но ничего не происходит, магию до сих пор блокируют артефакты шаманов, завязанные на них.
Не успеваю далеко отбежать, как над крышей появляется серая дымка, в виде оскалившегося черепа, и тут же понимаю, что это особая магия, которую обычно и практикуют шаманы, не имея прямого доступа к магии. Духи, порабощённые или привлечённые на службу, которые воздействуют не на физическое тело, а на ауру и духовное тело. Насколько мне подсказывает память Странника, бороться с такой магией не так просто, особенно в моём случае. В целом, от неё довольно просто отгородиться теми же амулетами и артефактами, но вот без подготовки они могут нанести непоправимый урон.
Оскалившийся череп уже подлетает ко мне, и я пытаюсь укрепить свою ауру, только с непривычки это получается очень плохо. Я даже выставил руку перед собой, пытаясь отгородиться от этого заклинания, понимая, что это сильно не поможет, как и мои попытки, укрепить свою ауру. Только вот неожиданно из моего рукава выскакивает Бабайка и, вцепившись в мою кисть большими когтями на лапах, страшно зашипел в сторону призрака.
— Ш-ш-ш.
Дух, наткнувшись на него, тут же задёргался, а мой питомец вцепился в него своими лапами, на которых выросли длинные когти размером с него. Дух дёрнулся, пытаясь вырваться, но сразу у него ничего не получилось. Бабайка стал шипеть ещё яростнее и рвать дух когтями, вырывая куски серой субстанции, отчего он стал дёргаться ещё сильнее, и, в конце концов, ему удалось выскользнуть из захвата. Зависнув на время передо мной, в стороне, он замер, смотря на питомца, который прошипел,
— Пыш-мыш-пыш, — и махнул когтями вниз.
Дух, подпрыгнув, развернулся и, разинув пасть, с воем полетел вниз. Я, конечно, бросился к краю крыши, чтобы увидеть, как череп напал на выпустившего его шамана, начав накидываться и явно повреждая его духовную оболочку. Другие шаманы принялись что-то колдовать, пытаясь помочь своему собрату или боясь, что после него он нападёт на них.
Сразу бросаюсь к арбалету и перезаряжаю его, после чего, прицелившись, стреляю в одного из шаманов, опять попадая в спину и пробивая его навылет.
Внизу возникает паника, часть гоблинов, успевших отойти от воздействия раненого эмиссара, бросаются врассыпную, боясь духа, сам эмиссар позорно убегает от всех, прижимая рану и сбивая со своего пути всех подряд. Отсюда мне его уже не достать, поэтому я выбираю следующую цель и, тщательно прицелившись, стреляю. В этот раз стрела попадает в задницу шаману, вызывая его яростный крик, одновременно с этим дух уже заканчивает разбираться с первым шаманом и набрасывается на второго, но и тот не так прост, вызывая на помощь своего духа, но явно слабее предыдущего. К сожалению, пятого шамана добить не получается, поэтому и магия продолжает блокироваться, но главное, чего я добился, так это бегства шамана вслед за эмиссаром Хаоса. Это сразу вызывает панику среди гоблинов, а уже через пару минут на западе города, который выходит на центральную дорогу, ведущую вглубь Империи, раздаётся гул военного рога. Я с облегчением выдыхаю, так как это означает, что в город подошла помощь, да и звук рога слышится не один, а несколько, это говорит о том, что подошёл не один военный отряд, а несколько.
  
Облегчённо выдыхаю и сажусь прямо на краю крыши, держась за ограждение. Ноги и руки дрожат, да и состояние не лучшее, атаки неизвестной мне магии Хаоса не прошли бесследно, да и само наличие её в теле действует негативно на весь организм, поэтому пытаюсь её развеять, но с первого раза у меня ничего не получается, эта странная субстанция, вырвавшись на свободу, не желает полностью подчиняться и возвращаться в свой источник или часть общего. Не имея магического зрения, точно сказать, что у меня с ядром, не могу, поэтому прилагаю немало усилий для обуздания этой необычной стихии, загоняю её внутрь себя и запечатываю ту часть источника, которая отвечает за Хаос.
Оказывается, время на это ушло немало, и к моменту, когда я пришёл в себя, уже прилично рассвело, а с улицы сбежали все гоблины, хотя вдалеке был слышен шум битвы. Мой взгляд сразу падает на тела убитых шаманов, их осталось три, и рядом с ними есть чем поживится, поэтому, зарядив арбалет обычной стрелой, нахожу слуховое окно и, вышибив раму, спускаюсь вниз.
На пути мне попадаются перепуганные люди, попрятавшиеся от страха кто куда, ещё не пришедшие в себя. Их спасла массивная металлическая дверь, которую не смогли взломать гоблины и решётки на окнах. Выхожу наружу и, прикрыв дверь, бегу к своим трофеям, собирая мешочки, в которых гоблины хранят всё ценное. В первую очередь обираю шаманов, а потом наиболее выделяющихся мёртвых гоблинов. Шум сражения и крики приближаются, поэтому я бросаюсь к гостинице, но дверь надёжно забаррикадирована.
— Дмитрий, сюда! — слышу крик Вики и, подняв голову, вижу, как она сбрасывает мне верёвку.
Сразу бросаюсь к ней и с трудом взбираюсь наверх в наш разгромленный номер.
Делаю это вовремя, так как по улице несётся толпа испуганных гоблинов, которые пытаются спастись от преследующих их солдат. Правда, гоблинов ещё довольно много, и они по идее могут оказать сопротивление, но даже мне понятно, что, если подошли настоящие армейские части, в прямом столкновении им не выстоять. Это в лесу они могут выбирать засады и ставить ловушки, а при прямой стычке физическая разница сразу показывает, кто победит в этой битве.
Когда первый отряд солдат, идущих плотным строем, прикрывшись щитами, достиг нашей гостиницы, Вика облегчённо произнесла:
— Ну вот и всё, отбились. Надеюсь, на этом всё и закончится, и мы сможем отдохнуть.
— Да, а где Василиса?
— Спит в соседней комнате, она потеряла сознание, выложившись полностью, боюсь, что спать будет не одни сутки. Для целителей истощение проходит очень сложно, ведь часто они захватывают живу из своих жизненных сил, а это очень опасно. Мне кажется, нам тоже нужно отдохнуть, — сказала Вика, посмотрев в сторону душа.
— Да, ты иди, а я пока выложу трофеи, — сказал я, снимая рюкзак и вываливая на стол всё содержимое.
  
Глава 9
 
Глава 9.
Барон Шишкин.
Барон не спал, хотя уже рассвело, и, судя по шуму на улице, план провалился, и захватить город не удалось. Имперцы готовили засаду, рядом с городом были спрятаны войска, которые сейчас заблокировали всех гоблинов и планомерно их уничтожали.
Внезапно завибрировал артефакт связи, висевший на шее, в виде талисмана. Барон скривился и, достав его, закрыл глаза, после чего приложил к виску. Мгновенный укол боли заставил его вздрогнуть, но убирать артефакт от виска он не стал, хотя тот и высасывал из него жизненную силу.
— Слушаю, Господин, — произнёс барон мысленно, и перед ним в его воображении сформировалась фигура человека в чёрном плаще.
— Ты провалил задание, почему твои люди не вышли на улицы и не вывели наёмников, которым было хорошо заплачено? — раздался голос в голове.
— Моих людей прокляли, они еле живые, лекарь не помогает, прошу простить, но в последний день я не мог ничего поменять, у меня просто не хватило времени.