Я досчитаю до пятидесяти... (СИ)

- Конечно!
Идем к Гранд каналу. Я достаю пару евро, один отдаю Стасе.
- Раз, два, три, - мы одновременно кидаем монетки в воду.
Блеснув на солнце, они исчезают в водах Гранд канала.
- Вернемся, - убежденно говорит Стася.
- Обязательно, - соглашаюсь я.
Вечерний поезд уносит нас назад во Флоренцию. Стаська дремлет, прижавшись к моему плечу. Я смотрю в окно и мысленно перебираю события последних дней. Послезавтра наши итальянские каникулы закончатся. Не зря я полетел вслед за Стаськой. В Москве мы не смогли бы проводить вместе целые дни напролет, а здесь мы были практически неразлучны.
Опускаю лицо ниже, вдыхаю Стаськин запах. Ее волосы щекочут мне нос. Наверное, это и есть счастье.
Поздно вечером выходим из поезда на вокзале Санта Мария Новелла во Флоренции. До нашего отеля минут десять пешком.
- Зайдет куда-нибудь поужинать? - предлагаю я.
Есть мне не хочется совершенно, подозреваю, что Стаська тоже не голодна. Ужасно не хочется расставаться.
- Давай попьем чаю в отеле, - вносит Стаська встречное предложение.
- Ресторан уже закрыт.
- Там кухня работает круглосуточно.
- Как это?
- Эх ты, олигарх, - ехидничает Стаська. - Там есть круглосуточная кухня: горячие напитки и легкие закуски, фрукты. Посидим на веранде.
- Посидим, - соглашаюсь я.
- Только я умоюсь с дороги.
- Кухня не закроется?
- Она же круглосуточная.
В отеле расходимся по номерам. Быстро принимаю душ, натягиваю на влажное тело чистые джинсы и футболку. Иду в соседний номер за Стасей. Она тоже явно после душа - волосы мокрые. Мне совершенно не хочется ни чая, ни кофе, ни кефира какого-нибудь. Мне хочется закрыться с ней в номере. Но я не хочу торопить события.
Кроме нас, на веранде сидят еще несколько человек. Пока Стася устраивается за столиком, я готовлю чай. Прихватываю пару каких-то печенюшек и гроздь винограда. Не бог весть какие разносолы, но это сейчас совершенно неважно. Наши каникулы скоро закончатся, осталось всего пару дней. Как там сложится в Москве даже загадывать не буду, поэтому хочу как можно больше времени провести со Стаськой здесь, в Италии.
Ветер треплет Стаськины мокрые волосы, она зябко поеживается.
- Замерзла?
- Немного.
- Подожди, сейчас принесу что-нибудь теплое.
Приношу свой джемпер. Стаська надевает его и становится похожа на Пьеро - рукава висят, как у знаменитого персонажа.
Тянусь к ней через стол.
- Давай помогу закатать рукава.
Она протягивает мне руки. Мне безумно нравится ухаживать за ней. Закатываю рукава, освобождая изящные кисти рук. Не хочу ее отпускать, целую холодные пальцы.
- Давай пить чай, - предлагает Стася.
- Ну, его к черту, - вырывается у меня.
- Ты не хотел чая?
- Я не хотел расставаться с тобой.
- Ты мог пригласить меня к себе в номер.
- Мог, - соглашаюсь. - Но, наверное, это было бы неправильно.
- Почему? Мы, вроде как, взрослые люди.
- Именно потому, что взрослые.
Может я дурак, но мне кажется неправильным начитать отношения с секса в отельном номере. Будь на месте Стаськи другая женщина, я бы не задумываясь, пригласил бы ее к себе. Или напросился бы к ней в номер. Но речь идет и Стаське. С ней все по-другому. С ней я, как по минному полю иду. Нет у меня права на ошибку.
- Ну, если вы больше ничего не хотите, - цитирует Стася популярный мультфильм.
- Давай-ка пойдем спать, - я не поддаюсь на провокацию.
Стася зевает.
- Пойдем, - соглашается, вставая из-за стола.
Я вижу, что она очень устала. Уже за полночь, и давно пора спать.
- Какие у нас завтра планы? - спрашиваю.
- Нужно зайти к Франческе, попрощаться.
- И гулять?
- Да.
У двери в ее номер не могу удержаться, крепко обнимаю и прижимаю к себе.
- Спокойной ночи, Воронцова.
- Спокойной ночи, Самойлов.
- Я тебе завра разбужу.
- Буди.
Она легко целует меня в губы и заходит в свой номер. Жду, когда за ней закроется дверь, и тоже иду спать.
Снова утро. Снова стучусь в дверь Стасиного номера. Она открывает мне, завернутая в большое банное полотенце. Это не женщина, это одна сплошная провокация.
 
- С добрый утром! - я захожу к ней в номер.
- С добрым! - она убегает обратно в ванную. - Проходи, я сейчас!
Надеюсь, она не будет одеваться при мне, этого я могу уже и не выдержать.
Но Стася, слава богу, понятливая женщина, выходит из ванной уже в платье. Я провожу по ней взглядом от макушки до ступней, замечаю вишневый цвет лака на пальчиках ног и замираю. Не знаю отчего, но от вида ее босых ног с ярким педикюром у меня перехватывает дыхание, а член становится колом. Я не хочу думать ни о чем другом, кроме как о том, что сейчас опущусь на колени, возьму ее ножку и перецелую все пальчики. Шумно вздыхаю. Стася замечает мое состояние.
- Самойлов, - она делает шаг от меня.- Мы идем завтракать?
Я не хочу завтракать, я хочу целовать свою женщину. Делаю шаг вперед и оказываюсь очень близко от нее.
- Идем, - говорю шепотом, - прямо сейчас и идем.
И медленно опускаюсь перед ней на колени, прижимаясь лицом к ее животу. Стаська не отталкивает меня, наоборот, запускает руки мне в волосы и прижимает к себе. Я чувствую запах ее возбуждения, и от этого запаха у меня сносит крышу. Руки ныряют под юбку, оглаживают ноги и сжимают ягодицы. Я чувствую, как по Стаськиному телу проходит волна дрожи. Перемещаю ладонь на гладкий лобок, опускаю ниже. Пальцы скользят по влажной плоти. Член дергается в джинсах, ему там явно очень тесно.
- Самойлов, - стонет Стаська.
Задираю ей юбку и прижимаюсь лицом к влажному кружеву трусиков. Как она пахнет! Я могу дышать этим запахом бесконечно, но Стаська подается бедрами мне навстречу, потираясь промежностью о мое лицо. Аккуратно прикусываю ее губы.
- Самойлов, - повторяет она.
- Воронцова? - хриплю во влажную ткань.
- Хочу, - шепчет моя женщина. - Дай.
- Все, что хочешь.
Поднимаюсь с коленей, подхватываю Стаську и иду к кровати. Аккуратно укладываю свою ношу на кровать, устраиваюсь рядом. Беру ее ножку, целую пальчики. Но Стаська не хочет нежности. Она тянет меня на себя.
- Дай! - повторяет требовательно.
Задираю ее платье, снимаю трусики. Ее губки блестят от влаги. Опускаю голову. Я хочу попробовать это чудо на вкус. Но едва мой язык скользнул по набухшим складочкам, как Стаська делает нетерпеливое движение.
- Иди ко мне!
Черт, мне не нужно повторять дважды. Стягиваю с себя джинсы, Стася расстегивает мою рубашку. Помогает мне ее снять, обнимает меня и тянет к себе. Она обхватывает меня ногами и приподнимает бедра.
- Самойлов, - уже рычит в нетерпении.
Головка скользит по промежности. Устраиваюсь между ее ног, подхватываю за ягодицы и медленно вхожу. Вернее, хочу медленно войти, но у Стаси свои планы. Она делает резкое движение навстречу и буквально насаживается на меня. И кончает, выгибаясь дугой. Ее мышцы сильно, до боли, сокращаются вокруг меня. Я знаю, как продлить ее удовольствие. Замираю на миг, потом начинаю двигаться. Ее мышцы продолжают сокращаться. Черт, я так долго не выдержу. Сердце сейчас пробьет грудную клетку. Наконец Стаську отпускает. Она открывает глаза.
- Теперь твоя очередь, - говорит она хрипло, пытаясь восстановить дыхание и одновременно перевернуть меня на спину.
- Ты уверена? - с моими габаритами я опасаюсь сделать ей больно.
- Да, - она толкает меня в грудь.
Послушно переворачиваюсь, Стаська садится сверху. Берет в руку мой член, направляет в себя.
- Не сдерживайся, - шепчет мне в губы.
Дальнейшее происходит как в тумане, возбуждение накрывает меня красной пеленой, и я действительно перестаю сдерживаться. Безумная скачка, наши стоны, ее ногти впиваются мне в тело, оставляя следы. Кровь уже стучит в ушах. Яйца каменеют, член распирает от спермы.
 
- Кончи для меня, - она не просит, скорее, приказывает, сжимая член внутренними мышцами.