Я досчитаю до пятидесяти... (СИ)

- Я сама!
Опять обвожу языком головку по кругу. Макс подается бедрами навстречу моему рту, но я уворачиваюсь. Ласкаю член языком, помогаю себе рукой. Но упорно не беру его в рот. Я знаю, что еще не время. Опускаюсь ниже, целую яички. Втягиваю в рот сначала одно, затем другое. Макс стонет. Мне так нравиться, как он стонет. Он снова берет член в руки, направляя его в мой рот. Я снова уворачиваюсь, продолжая ласкать ствол языком.
- Пожалуйста! - стонет Макс, закрывая глаза.
Мне нравится это "пожалуйста", мне нравится видеть его возбуждение, мне нравится чувствовать свою власть над ним. Приподнимаюсь чуть выше.
- Смотри! - шепчу ему.
Он послушно открывает глаза.
Я обхватываю головку губами и вбираю его член в себя. Весь. У Макса очень удобный размер члена. Как раз такой, чтобы можно было взять его в рот весь, не боясь повредить себе горло.
В ответ слышу еще один стон. Член в моем горле начинает аккуратно двигаться. Медленно поднимаю голову, почти до конца выпуская его из плена. Ласкаю уздечку и снова опускаюсь до упора. Повторяю это движение несколько раз. Макс судорожно дышит.
- Иди ко мне, - он тянет меня на себя.
- Нет, - я отстраняюсь, - первый раз ты кончишь мне в рот.
- Ты так хочешь? - шепотом спрашивает он.
- А ты? - задаю встречный вопрос.
- Стаська, - выдыхает мой любовник, - я хочу, что бы тебе понравилось.
- Мне понравится, если ты кончишь мне в рот. - Я облизываю головку. - Для начала.
Кажется, наш диалог заводит нас еще сильнее. Мне на самом деле хочется сделать ему минет. Я снова опускаю голову, заглатываю член целиком и начинаю двигаться. Макс, не в силах сдерживаться, подхватывает мой ритм. Я ускоряюсь, чувствуя, как член в моем рту становиться еще напряжение и больше. Я знаю, что еще несколько движений и Макс разрядится. За пару секунд до его оргазма, сжимаю яички и делаю несколько глотательных движений. Макс подкидывает бедра навстречу моему лицу и со стоном кончает. Я не спешу отстраняться, глотаю сперму. Знаю, что сейчас мои движения горлом доставляют Максу дополнительное удовольствие, продлевая его оргазм. Макс аккуратно достает свой член, подтягивает меня выше и целует в губы.
- Спасибо, - он слизывает с моего рта остатки своей спермы. - Перерыв?
- Ты устал?
- Как ты смотришь на то, что бы прерваться на чашечку кофе с сигаретой? - Он лукаво улыбается. - А потом пойдет на второй раунд.
- А на третий? - задаю вопрос.
- Сегодня мы будет заниматься сексом столько, сколько ты захочешь.
Макс отлучается на кухню, варит кофе и приносит в спальню две чашки, сигареты и пепельницу. Открывает балкон. Прикуривает сигарету и устраивается рядом.
- А мне? - я киваю на сигарету в его руке.
- Одну на двоих? - предлагает Макс.
Киваю, соглашаясь. Не то, что бы у нас был дефицит табачных изделий. Просто есть что-то возбуждающее в том, что бы курить одну сигарету на двоих.
- Знаешь, - говорит Макс между двумя затяжками, - бытует мнение, что самый сильный оргазм женщины испытывают с теми, кому доверяют. А у мужчин степень оргазма не зависит от степени близости между партнерами.
- Иными словами, - уточняю я, - женщина ошеломительно кончает только с близким партнером, а у мужчин такой привязки нет?
- Можно сказать и так, - соглашается Макс. - Но я готов полностью опровергнуть эту теорию.
- В смысле?
- В смысле, что сила мужского оргазма тоже напрямую зависит от близости с партнершей.
- Да? - я настроена несколько скептически. - Скажи еще, что опыт партнерши не играет роли.
- Играет, - продолжает Макс. - У меня было много женщин. Очень опытных женщин, владеющих в совершенстве техникой минета.
- Автоминетчик "Сахарные губки"? - интересуюсь я.
- Почти. Но знаешь, по сравнению с тем, что я испытываю с тобой, этих женщин можно назвать слабым подобием левой руки.
- Спасибо, - я польщена, но на всякий случай уточняю, - но у нас с тобой дружеский секс?
- Надеюсь, ты не ждешь от меня предложения руки и сердца? - интересуется Макс.
 
- Надеюсь, ты не собираешься мне его делать?
- Его - нет.
- А что собираешься?
- Собираюсь докурить сигарету, допить кофе и перейти к оральным ласкам. Потом, когда ты кончишь пару - тройку раз, я собираюсь оттрахать тебя до беспамятства, потом еще перекурить и повторить сначала. Кстати, в промежутке я не отказался бы еще от одного минета. Как тебе мой план?
- Замечательный план. Просто Стахановский.
- Да уж, - кивает Макс, убирая поднос с кофе и пепельницей с кровати, - я известный Стахановец.
Мы полностью претворяем план в жизнь. Когда за окном начинает рассветать, я теряю счет оргазмам. Макс проявляет чудеса выносливости: едва успевает кончить, как начинает заново.
Мы лежим, откинувшись на подушки. Я чувствую, что натрахалась до звона в ушах. Говорю об этом вслух, Макс кивает.
- Все еще хочешь секса? - спрашивает он.
- А ты еще можешь?
- Отдохну немного и смогу продолжить.
- Нет, - отвечаю ему, - уже не хочу. Давай спать.
- А в душ?
В душе мы были несколько раз за ночь. Сначала Макс оттрахал меня, пристроив на стиральной машине, потом у умывальника, потом я сделала ему минет в душевой кабине. Нет, в душ мне сегодня уже не хочется. Я отрицательно кручу головой.
- Тогда спи.
Макс целует меня.
Я послушно закрываю глаза, но неожиданно для себя задаю вопрос:
- А что ты ему сказал? За что он тебя ударил?
Макс накрывает нас одеялом и отвечает:
- Он сказал, что бы я не лез к его женщине. Я ответил, что не знаком с его женщиной, а свою буду трогать, целовать и ласкать где захочу и как захочу, при условии, что это доставит ей удовольствие. А в ответ схлопотал по морде. Спи, красота моя. Завтра будет новый день.
- Сегодня, - поправляю я, - сегодня будет новый день.
И проваливаюсь в сон.
  
Глава 27. Глеб
 
- Не лезь к моей женщине, - говорю, глядя Максу в глаза.
В ответ он улыбается.
- К моему большому сожалению, - отвечает он, - я не имею чести быть знакомым с ТВОЕЙ женщиной. Что касается Станиславы, то я буду трогать, целовать и ласкать СВОЮ женщину, где захочу, как захочу и когда захочу. При условии, что ей это доставляет удовольствие.
В голове у меня мелькает мысль о последней капле, а кулак уже летит в чужое лицо. За мгновенье до удара приходит понимание того, что я сейчас оставлю этого любимца публики не только без зубов, но, возможно, и совсем без лица. В последний момент мне удается смягчить удар, но Макс все равно падает, как подкошенный. Я уже сожалею, что не сдержался. Но что это меняет?
А ведь все так хорошо начиналось. Стася мне улыбалась. Я ведь видел, что она рада мне. Уже прикидывал, куда мы поедем ужинать. Успел пожалеть, что пришел без цветов. Черт бы побрал этого Сергеева! Вперся в нашу ложу, устроился, словно собирался встретить с нами свою старость и стал нагло приставать к моей женщине. Я терпел достаточно долго, целый заезд. И вот итог - любовник моей бывшей жены, по совместительству заслуженный артист России, наматывает на кулак кровавые сопли, а я, как неандерталец, хватаю свою бывшую за руку и тащу прочь. Хватит с нас скачек, сейчас мы поедем в какое-нибудь тихое место, выпьем по чашке кофе и поговорим начистоту. Я скажу ей, что до умопомрачения хочу, чтобы она снова появилась моей жизни. И спала со мной в одной постели. И звонила мне по вечерам, сварливым голосом интересуясь: "ну где тебя черти носят, ужин уже остыл". Скажу, что хочу заниматься с ней любовью утром, днем и вечером. И ночью. А еще хочу встречать Новый год с ее родителями, играть с ее отцом в шахматы и помогать ее матери сервировать стол. Хочу спорить с ней по утрам, кто на какой машине поедет. И ломать для нее ветки сирени у соседнего подъезда. И еще миллион всяких других "хочу", главное, что бы с ней. Потому что без нее мне стало неинтересно жить. И еще потому, что все-таки ее люблю.