Змея за терновым троном (СИ)

— И толку? — взмахивает руками Кайден. — Стало бы ясно, что ты лишь жертва.
— Подстроили бы самоубийство.
— Иногда твоя фантазия не знает границ, друг. Послушай…
Он делает шаг вперёд, и Зельфейн пускает стрелу прямо в нескольких дюймах от его ног. Я тут же закрываю рот рукой, тихо взвизгнув. Никто не двигается. Звук вышел глухим, и остаётся наедаться, что стража не услышала. Зельфейн натягивает новую стрелу.
— Думаешь, не выстрелю в тебя? — спрашивает он высокомерно.
— Если бы ты хотел убить меня, то давно бы убил. Значит, в тебе тлеет сомнение. — Кайден делает ещё шаг. — Почему же не зовёшь охрану? — Шаг. — Мы столько лет дружим, и ты допустил такую мысль обо мне? — Шаг. — Я отдал бы жизнь за тебя. — Шаг. — И ты поступил бы так же. — Наконечник стрелы почти упирается в грудную клетку Кайдена, а я боюсь сделать любое неверное движение или лишний раз моргнуть. — А теперь опусти лук и выслушай нас.
Между принцами повисает молчание. Они пристально смотрят друг на друга, переговариваясь о чём-то без слов. И через пару ударов сердца Зельфейн опускает оружие.
— Я слушаю.
Мы отходим в дальнюю часть спальни, чтобы нас точно никто не услышал. После продолжительного пересказа событий, Зельфейн облокачивается к стене и закрывает лицо руками.
— И вы отпустили её одну?
— Шай в состоянии о себе позаботиться.
— Ты знаешь, о чём я говорю.
— О чём? — с негодованием интересуюсь я. — Очередной секрет?
Кайден смотрит на Зельфейна снова тем самым взглядом, в котором читается общая тайна.
Их гляделки начинают раздражать.
— Давай, расскажи ей, — отмахивается принц. — Она ведь и так знает половину секретов дворца.
— Это не секрет. Это личное. — Кайден натянуто улыбается мне. — Думаю, Шай и сама рассказал бы. — Он садится на кушетку и ставит локти на колени. — Из-за стечения обстоятельств пострадала одна из дев Ордена. Шай, как и обычно, билась на деревянных клинках, но в один момент из-за неверного движения соперница споткнулась, упала на землю и…
Он закрывает глаза, не в состоянии продолжить.
— Проткнула горло о корягу и несколько минут захлёбывалась собственной кровью, — говорит за него Зельфейн. — Спасти её не удалось. С тех пор Шай тренируется только одна.
— Это… — я пытаюсь подобрать слова. — Это ведь не её вина. Стечение обстоятельств, как и сказал Кайден.
— Стечение обстоятельств, сестрица, не что иное, как совокупность чьих-то ошибок.
— Зельфейн, — сквозь зубы цедит Кайден.
— Не смотри ты так. Она, я и ты прекрасно понимаем, что Шай и той несчастной не стоило выходить за пределы тренировочной площадки. Лесная зона — худшее место для поединка. Особенно когда земля утыкана природными кольями. — Зельфейн отводит глаза к двери, понижая голос: — И зная, как совесть душит её, ты позволил ей пойти одной? Не думал, что в нужный момент, Шай не сможет себя защитить?
— До этого не дойдёт. У неё достаточно усыпляющих чар.
— Надейся на это, друг. Иначе я с тебя шкуру спущу.
— Она моя сестра.
— И моя любовь.
Оба буравят другу друга взглядами, пока я не вклиниваюсь между ними со своим сюрпризом:
— Королева Нэд не моя мать, — с облегчением выдыхаю я. — Сказала бы раньше, но не хотела быть проткнутой стрелой.
Накал в воздухе сменяется неловкостью.
— Кайден, ты не уследил за ней, и она наелась мха? — косится на меня Зельф.
Я делаю протяжное «ха-ха».
— Это правда. Кулон принадлежал моей настоящей матери. Отец рассказал, как познакомился с Нэд… с Элеонор — так она представилась — гуляя в парке у Разлома. Он не знал о ней ничего. Там они нашли младенца, завёрнутого в одеяльце. — Я тыкаю пальцем себе в грудь. — Меня. И позднее сыграли свадьбу, потому что действительно полюбили друг друга. — Зельфейн морщится. — Им пришлось год имитировать беременность, а потом убавить мне возраст, чтобы не вызвать подозрений у Управления и знакомых. Иначе я бы считалась нелегалом, коим технически и являюсь.
— Абсурд, — восклицает излишне громко Зельфейн и тут же оборачивается на дверь, поняв ошибку. Всё тихо. Мы выдыхаем. — Если эта подвеска не моей матери, то… — Он встаёт и направляется к проходу в стене, спрятанном в зеркале. — Мне нужно кое-что проверить.
 
Переглядываюсь с Кайденом и следую за светлым принцем. Прежде чем пройти в зеркало, Зельфейн замирает, словно обдумывая свои действия, и всё же шагает внутрь. Я лезу за ним.
Подойдя к тумбе у кровати в секретной комнате, он приоткрывает верхний ящик и медленно, будто оттуда выпрыгнет паук, выдвигает его. На его лице лежит тень, и я не могу разглядеть полноты эмоций. Он молча пялится вниз, сжимая ручку.
— Что там, друг?
— Кулон, — отвечает он Кайдену после заминки.
— Не понимаю.
— Кулон. Прямо здесь. — Зельфейн поворачивается к нам. Слова путаются: — С тех пор, как она ушла… Я никогда не… Не заходил в её комнату. — Он ещё раз заглядывает в тумбу, а затем тянется туда, но останавливается. — Она всегда хранила его здесь. Когда Фэй показала Луну и Солнце на шее при первой встрече, я был уверен — это подвеска матери. Даже не подумал проверить. — Он взъерошивает свои волосы, и с них падает пальца, слабо поблёскивающая в лунном свете. — Всё так явно говорило об их родстве, что я позволил себе поверить.
Кайден подходит к другу и уверено кладёт руку ему на плечо.
— Не кори себя. Достаточно с нашей компании сожалений.
Тот кивает, глядя в пол.
— Прости, Фэй. — Я широко распахиваю глаза. — Хоть я всё ещё зол за то, что ты заняла моё место рядом с ней, в этом твоей вины нет. Не знаю, есть ли вообще чья-то вина, кроме её собственной.
Он достаёт из комода Луну и Солнце и сжимает в ладони. Украшение трескается и осыпается крошками на пол. Моё дыхание замирает, когда я хватаюсь за место, где раньше висел и мой кулон. Я демонстрирую пустую нить.
— Когда на меня напали, он вспыхнул светом и рассыпался.
Зельфейн поднимает на меня тяжёлый взгляд.
— Напали? Похоже, мы на верном пути… — Он отряхивает руки. — А кулон был на твоей матери, когда та… погибла?
— Да.
— Скорее всего, в нём запечатался остаток её магии. Так случается.
Я сглатываю, понимая, что лишилась чего-то более ценного, чем просто памятное украшение. Место на груди, которое некогда грел кулон, тянет пронизывающей болью.
— Что дальше? — прокашливается Зельфейн.
Кайден хватается за эту соломинку и рассказывает, что мы задумали. Всё то время, пока он раскладывает план, я думаю о мальчике с оленьими рогами. Мальчике, который искал маму, а нашёл её в окружении новой семьи.
Каково расти с осознанием того, что тебя бросили? Почему, мама, ты поступила с ним столь жестоко? Почему любила меня, причиняя страдания другому ребёнку? С этим кулоном что-то сломалось и во мне. Будто открылась дверь, которая до этого была заперта, и я смогла увидеть сокрытое. И это что-то совсем не отзывалось приятными чувствами. Хотелось бы закрыть эту дверь и впредь держаться от неё подальше.
— Фэй? — касается моей руки Кайден.
— Да?
— Всё в порядке? — Киваю. Ложь впитывается в меня, что кажется, этот запах чувствуют все в комнате. — Тогда пора. Шай должна уже собрать наложниц.
— Хорошо. Я за вами.
Мы выходим из покоев королевы и следуем задуманному: Кайден под накидкой разведывает территорию, а мы за ним. Так и поступаем. До пересменки ещё есть время, но поторопиться не помешает. Выходим к бассейну и поднимаемся по лестнице, ведущей к покоям Тео. Проходя мимо, я ненароком заглядываю в приоткрытую дверь и думаю:
«Где же ты?».
За спальней ещё пара комнат и новая лестница. Несколько стражников мирно сопят у стены. Наконец, я вижу ручку двери с красной нитью. Мы проходим внутрь и перед нами предстаёт картина: испуганные Рута, Аврора и Сарая сидят на кровати плечом к плечу, сжимая руки друг друга; Шай выходит из-за ширмы и опускает при виде нас клинки. Её одежда в крови. Зельфейн подбегает к ней и осматривает каждый дюйм тела.