Последний наследник Триады. Том IV (СИ)

— Нашему герою предстоит много работы, — вздохнул Захар Матвеич. — А нам остаётся наблюдать за ним и ждать хороших новостей. Дальше — больше.
— Куда уж больше? — покачал головой Аркадий Альбертыч. — Куда уж…
— Мочи этих тварей туманных, братец, — добавил Гриша. — Если будет нужна помощь, мы всегда на связи!
Я кивал в знак благодарности за хорошие пожелания. Старался не показывать признаков переживания. Глава семьи должен быть сильным. Всегда, вне зависимости от ситуации.
Когда за моей спиной встал рослый охранник, я снова обнял каждого члена семьи, дождался. пока водитель закинет мои вещи в багажный отсек, взял Эрлика и отправился в машину. А уже на ней поспешил в аэропорт.
Ещё и дождь лил, как из ведра, выражая моё внутреннее состояние.
В аэропорту меня ожидал личный самолёт Аристарха Оболенского и мой верный вассал и помощник Любомир Грибников.
Старика я попросил отправиться в аэропорт по двум причинам. Первая, получить финальные указания по работе с делами рода.
— … основные изменения будем вносить вместе, встречаясь в Архангельске, либо непосредственно в самом Контрольном Пункте, а пока их нет, тебе придётся работать без меня, — наказывал я. — Вектор не меняй. Развивай то, что начал развивать я. С Подольскими не ругайся, нам ещё работать и работать.
— Понял, господин, — кивал тот.
И вторая причина. Старику нужно было встретить Юрия Громова и Людмилу Подольскую, которые в сегодняшний день должны были вернуться из свадебного путешествия.
Грибникова попросил встретить их, что называется, по царски. Пусть знают, что их союз крайне выгоден обеим нашим сторонам. Людмила и её отец должны быть уверены, что сделали правильный выбор. К тому же, мы княжеский род, нам жизненно необходимо показывать величие. Хотя бы когда на нас смотрят со стороны.
— … главное, не расслабляйся, господин Грибников, — продолжал я беседу с помощником. — Знай, кто наш друг, а кто враг. Но никогда не забывай, что даже «друг» будет делать попытки разузнать о нас как можно больше. Знать будет вставлять палки в колёса, не убирая улыбки с лица. Вольные и вовсе в голову будут проникать, а это значит, что и себе порой доверять опасно. Всегда держи ухо востро.
— Да, господин, — кивнул тот в ответ.
— Не забывай сообщать обо всём, что вокруг происходит, — продолжал я. — Заметил телодвижение странное — сообщил. Сейчас Вольным несладко. Я видел их рожи на свадьбе, поэтому те будут перестраивать свою политику. Постараются найти наши слабые места. Не позволяй. Держи, что называется, оборону.
— Так точно, господин.
— Список подозреваемых получил?
— Получил, господин.
— Отлично, — кивнул я. — Эти люди, возможно, сами и не являются контрабандистами, но точно имеют какую-то связь с Вольными. В частности это касается и Сергея Болконского. Он, вроде как, зла мне не желает. Но чёрт его знает. Доверять ему нужно с опаской. Может, кто из Вольных ему мозги промыл.
Грибников вздохнул. Взгляд его не выражал особой веры в мои слова, хотя было заметно, как тот борется со своим чувством правоты. Старик мудр, понимает, что порой и начальник тайной канцелярии может быть не таким уж и преданным сторонником мира во всём мире.
— Ты долго ещё будешь отчитывать своих людей? — скучающе протянула Диана Романова, стоя неподалёку от борта самолёта.
Да, она настояла на том, чтобы отправиться со мной. Мол, по указке отца. Я же был вынужден согласиться, хоть и не видел острой необходимости на меня «доносить». Старался воспринимать её так, как подобает вышестоящему по званию, поэтому при разговоре с Грибниковым не обращал на неё внимания.
— И ещё, господин Грибников. Не забывай напоминать Юрию Громову о том, что ты выше по статусу, если речь идёт о глобальных вопросах. Не позволяй парню своевольничать. Он хоть и глуповат, но тщеславием пестрит не по детски.
— Постараюсь, господин.
— В ежовых рукавицах молодого держи, — сжал я кулак. — Ладно, удачи тебе. Я на связи. Звони в любое время.
— Обязательно, господин.
Я хлопнул старика по плечу. Улыбнулся и пожал ему руку. А затем, не удержавшись, и вовсе его обнял. Хороший, гад.
 
Когда направился к самолёту, со мной поравнялась Диана.
— Что ж, со всеми попрощался, дела передал, приказы нужные раздал, — озвучила она, шагая со мной в ногу. — Пора и на войну ехать.
— Пора.
Прямого рейса до отвоёванного Контрольного Пункта Дозора не было, да и вряд ли в ближайшее время у крепости планируют строить аэропорт. Даже после уничтожения зоны тумана там нередко можно встретить тварей. Поэтому сначала мне предстояло вылететь в Архангельск, и уже оттуда вертолётом добираться до Контрольного Пункта.
В аэропорту Архангельска меня дожидался Аристарх Оболенский; он по пути на нашу базу должен был ввести меня в курс дела.
Дожидался он у выхода из аэропорта, облокотившись на капот бронированного автомобиля, который должен был доставить меня и мою бессменную помощницу Диану Романову до вертолётной площадки.
— Рад видеть в здравии, господин Оболенский, — протянул я ему руку, с улыбкой осматривая. — Вроде с января не виделись, а как будто год прошел.
— Да уж, — улыбнулся он в ответ, пожимая мою ладонь. — Как-то даже непривычно не видеть тебя так долго. Как родные? Слышал, у тебя сын родился.
— Да, Эрастом назвали, — кивнул я. — Как у вас дела обстоят?
— Куча работы, — вздохнул он напоказ. — В остальном всё нормально. Давайте в машину, там и поговорим.
Разговор по пути к вертолётной площадке касался моего будущего членства в Старостате Архангельского Контрольного Пункта. Оболенский дал понять сразу, что легко не будет. Старики ушли, оставив после себя выжженную почву. Все заявления, отчёты и прочее были в основном лживыми — именно это позволяло Романову не мешать им «делать свою работу».
— … вот только правдой там и не пахло, — заключил он в ходе своего «доклада», качая головой. — Ты и сам, наверное, помнишь, какие потери несла Империя, отправляя Дозорных буквально на смерть.
Я кивнул, вспоминая уроки помощника Императора, Игната Васильева. Он пичкал меня учебниками и документацией, относящихся к работе в Старостате, чтобы я на своей новой должности не выглядел как чайник.
Итак, как я понимаю на данный момент, в Дозоре существуют бригады, которые именуются под термином «очередь». Одна очередь состоит из десяти-пятнадцати отрядов по дюжине Дозорных в каждом. Это если в общих чертах, а в подробности… я не вникался.
— … сам знаешь, — продолжал он. — По статистике, с Дозора возвращаются, в лучшем случае, пять-десять процентов солдат. И те потрёпанными. Я на момент своего временного членства в Старостате постарался остановить это. Давал задания только по расчистке территорий, которые ещё ты в своё время избавил от тумана. Но как вести дела дальше… даже с моим боевым опытом не знаю. Твари с каждым месяцем всё сильнее. Одарённых терять мы себе позволить не можем. В общем, решил дождаться тебя.
Я грузно выдохнул, глядя в окно.
— Дело не в том, что твари становятся сильнее. Проблема в Дозорных. Многие из них не готовы биться в тумане, — обозначил я. — Те же одарённые, имея огромный потенциал в виде подарка Бездны, бьются на уровне младших ветеранов. И это не утешает.
— Я бы поспорил с тобой, не будь в твоём резюме надписи «практически в одиночку уничтожил Сущность», — усмехнулся Оболенский. — Ты прав, Кость. Только времени на подобное мало. Нужны стратегические, тактические решения.
— Я подумаю над этим.
— А я помогу, — вклинилась Диана, но тут же съежилась под натиском моего взгляда.
Броневик остановился, и мы вышли на улицу, где нас поджидал военный вертолёт. Рассевшись, вылетели в воздух. И только на большой высоте я смог осмотреть местность за Архангельском. Удивительно, но тумана там будто никогда и не было. Да, аномально высокие деревья никуда не делись, но всё же. Выглядело вполне себе безопасно.
На вертолётной площадке Контрольного Пункта нас дожидались практически все командиры Дозорных отрядов, предупрежденные о моём приезде заранее.