Гимн шута 14 (СИ)

— Пошли, — просто кивнул Павел в сторону стальной двери.
Тюфякина вновь «притормозила». Что, вот… так? А поставить кого-нибудь в известность? Или хотя бы просто расписаться в журнале «посетителей»?
— Куда? — только и нашлась девушка, не в силах поверить, что она может беспрепятственно покинуть допросную.
Однако Инна все-таки последовала за Павлом.
— Предложение тебе делать буду! — бодро заявил тот под откровенный фырк поджидавшей их у двери Юсуповой.
  
— Руки? Сердца? — бледно улыбнулась девушка, стараясь хоть как-то продемонстрировать присутствие духа. Получилось так себе. Но за попытку она сама себе поставила зачет.
Первой среагировала «уралочка». Разъяренной кошкой она развернулась к Тюфякиной, заставив ту отпрянуть, после чего двумя пальчиками сжала подбородок Инны и уставилась ей в глаза, демонстрируя ей всполохи Льда в собственном взоре.
— Хватит, — холодно бросил клановец.
В этот раз «уралочка» хулиганить не стала. Подчинилась мгновенно.
— А она мне нравится, — нежно пропела «принцесска», разжимая пальчики. — Мне кажется, мы станем подругами!..
Павел усомнился. Инна ужаснулась. Вика удовлетворенно кивнула:
— Лучшими!
Тюфякина пообещала себе с шутками и демонстрациями присутствия духа больше не злоупотреблять. Ну его!
— Время, — негромко напомнил Волконский.
«Нас ждут» — осталось за кадром.
Юсупова тут же «перекинулась» в невинную девочку, только что рассказавшую учителю урок и теперь дожидавшуюся заслуженной похвалы.
— Пойдем, — обратился к Инне Павел, указывая рукой в сторону лестницы, ведущей на первый этаж.
Узников в этом здании предпочитали содержать ниже уровня земли.
— В таком виде⁈ — ужаснулась Тюфякина.
Павел вздохнул. Мысленно. И окинул взглядом серые штаны от спортивного костюма и белую футболку. С его точки зрения, все было нормально. Да, в «застенках» девушке было не до укладки. Да и косметикой вряд ли она пользовалась, с тех пор как угодила сюда. Однако русые волосы вполне симпатично были собраны хвост, а милое, чуть детское личико с правильными чертами, смотрелось вполне себе свежим, словно и не находилась его обладательница вот уже несколько недель в заточении.
— Да я голову два дня не мыла!
Слова «И что⁈» Павел сдержать смог. Взгляд с тем же вопросом — нет.
— Дурак, — буркнула Виктория, обнимая вновь застывшую Инну так, что руки «узницы» оказались прижаты к телу.
Серые глаза ее удивленно расширились.
— Мы тебе этого не простим!
Негромкий неразборчивый мат разнесся по узкому темному коридору, отражаясь от неровно выкрашенных казённой серой краской стен. Где-то в тон мигнула лампочка.
— Ой, — сообщила замершей девушке Юсупова. — Он злится!
Слова прозвучали так, словно Тюфякина во всем виновата.
— Зря ты так!
С этим «напутствием» Виктория разжала объятия и замерла рядом с девушкой с видом столь невинным, что заподозрить ее хоть в каком-то злом умысле было просто невозможно.
— Пойдемте, — вздохнул Павел, краем глаза наблюдая за вновь выпавшей в осадок «узницей».
И да, он прекрасно понимал, что именно делает Виктория. Клановка просто «качала» психику Инны, выводя ее на нестандартные «режимы». Света же, получив доступ к местной сети наблюдения, оценивала результаты. Судя по всему, пока Тюфякина держалась вполне неплохо.
Следующим шоком для девушки стала поданная «карета». Древняя, хоть и очень даже качественно отреставрированная машина. Такие «в старину» нередко встречались на службе государевой. Ценили их чиновники и представители различных ведомств за относительный комфорт и «неубиваемость».
— Все чисто, господин, — тут же шагнул от куда более статусного «Крауна» мужчина в неброском костюме с цепким взглядом профессионального следователя.
Свои слова он сопроводил легким поклоном.
— Ага, — тут же чуть развязно подтвердил водитель «драндулет», куда больше похожий на обитателя городского дна, чем на «свитского» клановца. — Нормально все!
— Прошу, — не поленился распахнуть дверцу перед Инной парень.
Окончательно убедила Тюфякину Виктория самостоятельно (!) открывшая себе дверь и привычно (!!) усевшаяся в салон.
Девушка, прищурившись от уже слегка подзабытой яркости солнца, последовала приказу-просьбе. Ей досталось место сразу за водительским. Волконский же… коротко обнявшись с водителем (!!!), расположился на переднем пассажирском.
«Империал» с места рванул резко. Однако сопровождение, похоже, уже привыкло к подобным маневрам. Во всяком случае, «Краун» следовал за авто сюзерена как приклеенный.
— Куда мы едем? — без особой надежды на успех негромко спросила Инна, поправив выбившуюся из хвоста прядку прямых русых волос.
Со стороны вообще могло показаться, что она сама с собой разговаривает.
Однако Волконский обернулся.
— Ко мне в гости, — просто произнес он.
Серые глаза вновь удивленно распахнулись.
— А вот доедем ли, зависит от тебя, — закончил парень.
Кроль весело хохотнул. Отчего-то Инне показалось, что зловеще. Впрочем, она так и не смогла определиться со статусом владельца. Может, она вообще сейчас дело имеет с одним из ликвидаторов Волконских?
— Фу таким быть, — прекрасно поставленным голосом ровно сообщил водителю Павел.
Негромко хмыкнула Виктория, покачав головой. С такими интонациями только с трибуны выступать. Или доклад императору зачитывать.
— А я чего… — тут же возмутился Кирилл.
«Уралочка» же, пользуясь тем, что «Империал» замер на светофоре, отвесила помощнику легкий подзатыльник.
— Не любят меня здесь, — «грустно» констатировал тот без особой печали в голосе.
На некоторое время Инна утратила возможность удивляться. Начисто. Так что в следующий раз она «выпала» уже на моменте «кофейных разборок».
— Так и живем, — коротко констатировал Павел.
Инна не сразу сообразила, что в машине они остались одни и Волконский обращался именно к ней.
— Кто? — невольно спросила девушка.
Ответом ей стало твердое и уверенное:
— Мы!
Уточнять ничего почему-то не захотелось.
— Инна Михайловна, — негромко начал через несколько секунд Павел.
Взгляд его был прикован к бурно жестикулирующему в адрес Юсуповой водителю у ларька. Однако девушка не усомнилась: начинается серьезный разговор.
— Ты свое нынешнее положение осознала? — поинтересовался он.
«Узница» поежилась. Людвиг, как всегда, был необычайно скуп и точен в формулировках. Так что да, свое нынешнее положение она понимала прекрасно: Семья в опасности, лично она сделать ничего не может.
— Отлично, — кивнул Павел. — Тогда можешь встать и уйти. Денег на такси дам. Больше не увидимся. Последствий не будет.
Инна примолкла. Верить ли? Наверное, да. Все-таки клановец — вовсе не так величина, что будет мелко лгать ради какой-то неродовитой девчонки. Так что можно идти…
Но вот нужно ли?
— А если останусь? — негромко спросила она, поднимая взгляд на лицо клановца.
Тот задумался. Ненадолго.
— Тогда у Семьи Тюфякиных останется только один «управленец». Скажем, на год.
«С возможностью продления контракта!» — мысленно закончил Волконский.
— А останется ли к тому моменту у меня Семья? — невесело спросила уже бывшая «узница».
Она в недомолвки и намеки тоже умела. Хотя и не любила.
— К ТОМУ моменту — останется, — уверенно кивнул Волконский.
Вот и предложение. То самое. От которого нельзя отказаться. Выбор прост: либо уходи и разбирайся с проблемами сама, либо отработай год и тогда их решать буду я. Как сюзерен.
— Вы умеете убеждать, — чуть уклончиво ответила девушка, выигрывая время на анализ.
Не вышло.
— Виктория с Кириллом возвращаются, — констатировал клановец. — Решай. Ты с нами?
  
— Или…
— Или твой стаканчик мы выпьем сами, — пожал плечами молодой человек.
Инна еще раз окинула взглядом Волконского. Тот же, потеряв к дальнейшим обсуждениям интерес, отвернулся к окну. Кофе его волновал куда больше.