"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Осторожно, — буркнул командир, чудом выравниваясь. Рядом возник Эл, подхватил майора под локоть, не давая завалиться окончательно.
— Живые?
— Вроде того.
Ильнар оценил расстояние до стола и попросту сел на пол. Удачно лежащий рядом рюкзак выполнил функции подушки, и интуит прикрыл глаза, пользуясь упоительной возможностью отключиться от всего этого безумия хотя бы на несколько минут. Эл что-то негромко выговаривал Киру, тот вяло огрызался, Ориена слышно не было, но судя по звону посуды, каон был жив и в сознании.
Хорошо.
Сквозь запах гари пробился аромат кофе. Ильнар услышал, что кто-то присел рядом, и в следующий миг его тряхнули за плечо, прерывая отдых.
— Чашку удержишь? — уточнил Ориен. — Я поворожил заодно, так что пей, великий колдун, если не хочешь словить приступ.
В голосе каона привычная насмешка странным образом мешалась с уважением. Ильнар осторожно приоткрыл глаза, с удовольствием вдохнул и улыбнулся.
— Спасибо. Поставь пока.
Поднять руку он и не пытался — пальцы правой руки тряслись так, что он сейчас и карандаш бы не удержал, но показывать это Ориену совсем не хотелось. Выждав, когда каон отойдет к столу и отвернется, Ильнар попробовал поднять левую руку — та не тряслась, но шевелиться отказалась вовсе.
Эл, бледный и всклокоченный, вернулся от Кира и присел рядом, сосредоточенно ощупал проступившие сквозь чешую шрамы от щупалец паука. Прикосновений Ильнар не почувствовал.
— Теперь она все-таки отвалится? — попытался пошутить он. Друг зло сверкнул глазами, потом отвел взгляд, и Ильнар вздохнул. — Давай уже честно. Ты думаешь, я не выживу?
Друг зажмурился и отвернулся.
— Не знаю.
Он сделал паузу, и Ильнар ощутил, как ползет по спине предательский холодок. Если даже Эл не уверен… Но испугаться толком он не успел, доктор издал сдавленное рычание и с размаху ударил кулаком по полу, заставив кофе в чашке задрожать.
— Ненавижу чувствовать себя беспомощным. Не выношу. Я прихожу в спецбольницу, и каждый раз чувствую себя бесполезной мразью, которая улыбается, рассказывает про методы и способы, дает надежду… Они ведь мне верят, Иль. А потом их убивает очередной приступ. А я ни-че-го не могу для них сделать, понимаешь?
— Ты помогаешь им не чувствовать себя ненужными отбросами общества, например, — возразил Ильнар, осторожно приподнимаясь, чтобы сесть удобнее. — Ты сам говорил, что почти ни к кому не приходят родные, только монахи с проповедями.
— А толку? Они все равно умирают.
— Ну знаешь, есть разница, как умирать — зная, что ты всеми проклят, или надеясь, что доктор Чеддра с твоей помощью сумеет найти лекарство хотя бы для кого-то.
Доктор шумно вздохнул, и Ильнар поспешно добавил:
— Между прочим, это ты должен меня утешать, а никак не наоборот. Это во-первых, а во-вторых… — он скрипнул зубами и заставил левую руку шевельнуться и кое-как сжать ладонь друга. Тот обернулся, и Ильнар, глядя ему в глаза, как можно более убедительно произнес: — Я еще жив. Ты сам говорил, что я слишком упрямая зараза, чтобы умереть, разве нет?
Эл невесело улыбнулся, но кивнул.
— И в-третьих, — Ильнар понизил голос и покосился через плечо на Ориена и Кира, но те о чем-то беседовали вполголоса и на него не смотрели. — Помоги мне уже выпить этот змеев кофе, кружку я не удержу.
— И встать не сможешь.
— Не смогу, — согласился сферотехник. — Но я же упрямая зараза. Поэтому — встану. Минут через пятнадцать.
— И почему ты так в этом уверен? — доктор поднял чашку и с подозрением в нее заглянул, но счел ворожбу Ориена безвредной.
— Потому что мой друг — лучший специалист по магическим травмам на сотню километров вокруг, мой пра-пра-прадед — величайший целитель своего времени, его ученик семь лет успешно борется со змеиной болезнью, а мой командир и мертвого поднимет на ноги, если потребуется. В крайнем случае, Таро перехватит контроль над телом и встанет сам. Так что без шансов. — Ильнар хитро подмигнул, осторожно придержал поднесенную Элом чашку, сделал первый глоток и блаженно зажмурился. — А счастье все-таки существует.
 
— Змеев оптимист, — рассмеялся друг.
Если бы так… Но, как оказалось, маг может врать даже эмпату. При условии, конечно, что тот сам хочет поверить. Ильнар сделал еще глоток, чтобы не разговаривать. Таро, которого обмануть было невозможно, сочувственно молчал, и это лучшее, что он сейчас мог сделать.
До ритуала осталось всего-ничего.
И чем он закончится, никто не скажет.
Когда Эл отошел к столу, Ильнар накрыл ладонью вплетенный в браслет медальон Кеары и на пару мгновений зажмурился.
Святая Ксания, помоги, а?
* * *
Встать ему действительно удалось. Силы стоило экономить, поэтому тащить артефакт и устанавливать на подставку ему не позволили. Кир стребовал с доктора ещё одну дозу обезболивающего и, за компанию, укол стимулятора, но Ильнару лекарства запретили — если уж артефакт должен узнавать его по крови, лучше, чтобы в ней было поменьше посторонних веществ.
Третью чашку кофе тоже не дали, и это было обидно. Ильнар сидел на ступенях, щурился на солнце и чувствовал себя исключительно паршиво. Левая рука ныла, как больной зуб, температура опять поднималась — ворожба Ориена лишь слегка приглушила ощущения. Полноценный сеанс лечения змеиной болезни каон пообещал провести после ритуала, но ведь и до него ещё надо как-то дожить…
Ильнар наклонился, сгреб с земли горсть снега, прижал ладонь ко лбу. Легче не стало, лишь по спине пронеслась стая мурашек, заставив сферотехника раздраженно передернуть плечами. Кроме физических ощущений, его беспокоило что-то ещё, но понять, что именно, пока не выходило. Дикие земли, магический ритуал с непредсказуемым результатом — это все, конечно, добавляло работы нервным клеткам, но…
Что-то было не так.
«Что-то» чувствовали все. Сидящий рядом Кир неприкрыто хмурился. Настаивать, чтоб ритуал проводили в лаборатории Тайной канцелярии, он не стал. Солнце клонилось к западу, и если не разобраться с артефактом сейчас, есть шанс дождаться не помощи, а наоборот.
— Думаешь, он все еще идет за нами? — негромко проговорил Ильнар, глядя, как Ориен и Эл устанавливают тяжелые песочные часы на подставку — крупный валун неправильной формы с круглой выемкой наверху. Артефакт оказался ровно между порталом и домом мага, и от крыльца арки почти не было видно.
— Я бы на его месте шел, — Кир пожал плечами. — Ты готов?
Ильнар вместо ответа перевел взгляд на Ориена и Дайлона, которого в солнечном свете почти не было видно. Они о чем-то разговаривали, негромко, но, судя по жестикуляции, эмоционально. Интересно, что же они там не поделили… Заметив, что на него смотрят, каон сердито поджал губы, завершая разговор, потом сплюнул и махнул рукой:
— Идите сюда уже!
— Ладно, — проговорил Ильнар, усилием воли заставляя себя перестать барабанить пальцами по ступеньке. — Пора с этим заканчивать.
Показывать свое волнение не хотелось, но то ли близость магии щекотала нервы, то ли осознание, что еще немного, и с одержимостью будет покончено… О собственном конце он старательно не думал. Вернее, не верил. После всего, что он уже преодолел, умереть в ходе желанного ритуала было бы слишком обидно.
Кир медленно поднялся и, опираясь на сделанный Ориеном импровизированный костыль, двинулся к артефакту. Ильнар тоже встал, но не двинулся с места, пытаясь побороть странное желание бросить все, спрятаться в дереве-убежище и забаррикадироваться изнутри.
Все готово. Дайлон просчитал последствия, Ориен покажет, как защитить ауру, Эл поможет с травмами, Кир… Лучше бы лежал где-нибудь внутри со своей ногой, но его присутствие как минимум не даст сорваться — аура Измененного действовала лучше любого успокоительного.
Вот сейчас. Шаг вперед, с трудом, на негнущихся ногах, поднесенные к глазам пальцы дрожат, и чувство, что нужно бежать, скорее, куда угодно, усиливается многократно, до головной боли, до тошноты, до рези в глазах…