"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Хелгар упал с коня. Несколько гусар бросились поднимать своего командира, другие их прикрывали. Эта короткая заминка оказалась для них роковой. Арья наконец сумела испугать их лошадей, и спешенных гвардейцев в два счета перебили. В плен сдалось меньше десятка и примерно столько же смогло вырваться и отступить.
Нар Хелгар был тяжело ранен. Арья занялась его ранами, но он умер прямо у нее на руках.
Бой в Ассамблее дворян уже закончился. Зал заседаний весь был залит кровью и полон трупами. Герцог Галл Маерхант лежал посреди зала с кортиком в груди. С очень знакомым кортиком.
Мне рассказали, что Доминик о многом договорился с дворянами и практически переманил на свою сторону половину Ассамблеи. Они уже сами были не рады тому, во что ввязались. Многие говорили, что война может уничтожить страну, и требовали начать переговоры с императором.
Но вмешался Маерхант. Он потребовал идти до конца и воевать дальше. Разгромить Сенат и принудить Аврелия передать власть. И тут не выдержал Шарль Малькольм. Он попросту всадил кортик своего деда в грудь герцога, попав между ребрами прямо в сердце.
– Не стоило тебе убивать моего деда и мою мать, – в полной тишине холодно произнес Малькольм.
Забавно, но я бы не решился убить герцога Маерханта. И Аврелий не рискнул бы его казнить. Слишком влиятельным он стал, слишком много дворянских родов было на его стороне. Но грязное убийство сыграло свою роль в судьбе герцога и истории страны. Шарль Малькольм сторонился политики и влез в это дело только ради мести.
После этого Дворянская гвардия раскололась. Половина предпочла выйти из боя, малая часть перешла на нашу сторону, остальные продолжили войну, уверенные в своей правоте.
Войска Сената оказались наиболее упорными противниками. К ним присоединились волшебники и колдуны, колониальные стрелки и части регулярной армии. В отличие от наемников и дворян, солдаты хорошо сражались в городе и сдаваться не собирались.
В три часа ночи наши войска остановились, сумев пройти всего несколько кварталов. Нужна была передышка.
Харальда я нашел в полевом штабе, организованном в небольшом ресторане. Он внимательно изучал карту города. Я не стал его отвлекать и просто сел на свободный стул.
– Как дела?
– Как сажа бела! – резко ответил Харальд и замер: перед ним стоял Аврелий. – Ваше…
– Не обращайте внимания, я не хотел вас отвлекать. – Император успокоил присутствующих офицеров и подошел ко мне. – Что с Маерхантом и Левингстоном?
– Оба мертвы. Одного забили прикладами рабочие, а Маерханта заколол Малькольм.
– Ясно, – помрачнел Аврелий. – Надо было взять их живыми.
– Суд над ними ничего бы не дал.
– Дал бы, и очень многое. Но это уже не суть важно.
К своему удивлению, я увидел, что вместе с императором в штаб прибыла и Фелиция. Девушка переоделась в мужскую одежду, а за спиной у нее висела армейская винтовка с примкнутым штыком. Рядом с ней стояла Араэл, тоже в мужской одежде. Они обе вели себя как личные телохранители Аврелия.
На совещание собрались полковники горских полков, капитан гвардии, подчиненные Харальда, Жиен Доминик, Шарль Малькольм, взявший на себя командование морским десантом, от рабочих пришел Ней Ластер.
Магов, кроме меня, Шеалы и Араэл, не было. Даже Данте и его Молодых магов. Никто не решился вмешаться в эту борьбу. Впрочем, ночного боя с культистами Хаоса им всем с лихвой хватило.
Харальд коротко обрисовал ситуацию. Войска Сената заняли часть районов Высокого города и часть Радужных холмов. Их силы были примерно равны нашим. Они хорошо укрепились, перекрыли улицы баррикадами, поставили полевые орудия и пулеметы.
Во многих местах они создали многоярусную систему обороны, утвердив огневые точки даже на крышах и перекинув мостики через промежутки между домами. Целые группы домов защитники Сената превратили в укрепрайоны, в которых бойцы могли быстро и незаметно перемещаться, чтобы неожиданно атаковать нападающих с флангов или в спину.
– Нужна длительная артподготовка тяжелой артиллерией, – закончил свою речь Харальд.
– Как они так быстро смогли создать такую оборону? – спросил командир полка «Гризли».
– На их стороне хватает инженеров, грамотных офицеров и революционеров с опытом уличных противостояний. Они готовились к такому варианту развития событий. Не удивлюсь, если еще пару недель назад у них был готов план обороны.
– Насколько тяжелая артиллерия вам нужна? – спросил Шарль Малькольм.
– Мы можем развернуть орудия нескольких береговых батарей. У нас есть артдивизион городского гарнизона и батальон осадной артиллерии с орудиями калибра двести восемьдесят миллиметров. Кроме этого, ваши корабли.
– Будем обстреливать город? – спокойно произнес Ней Ластер.
Повисла пауза.
– Сколько в районе осталось гражданских, не участвующих в мятеже? – спросил я.
– Я думаю, все, у кого есть голова на плечах, давно оттуда убежали. Мы можем смело задействовать артиллерию и разгромить основные узлы их обороны. Тотальный обстрел не нужен, достаточно накрыть некоторые районы.
– А иначе наши полки умоются кровью.
– Мы не возьмем таких позиций без артподготовки!
– Чушь все это! – неожиданно воскликнул Харальд. – Как бы горожане смогли покинуть эти районы, если уже сутки почти непрерывно идет бой? Да и куда им было идти? Везде стреляли и убивали! Да попрятались они все по подвалам и кладовкам и сейчас там сидят!
– Это ведь вы и предложили артподготовку? – удивленно произнес капитан Императорской гвардии.
– Да, предложил! Потому что без нее мы положим всех людей во время штурма. Но я хочу, чтобы все прекрасно представляли всю суть выбора, и чтобы потом никто не говорил, что он «не знал», «не думал» или «не понимал»!
– Да уж, – после долгой паузы сказал командир «Эдельвейса». – Пойдем на штурм – рискуем проиграть. Обстреляем район артиллерией – перебьем половину оставшихся там жителей.
Все посмотрели на Аврелия. Он тяжело вздохнул.
– Господа, я хочу, чтобы вы понимали одну вещь. Я, конечно, получил военное образование, но получил я его больше двадцати лет назад. И я никогда не командовал армией в бою и уж тем более никогда не руководил штурмом города. Я правитель страны, главнокомандующий, но никак не генерал. Поэтому я не буду ничего сейчас говорить. Вы сами должны принять решение, без оглядки на меня и мое мнение. Но всю ответственность за принятое вами решение я беру на себя. Поэтому я вообще пришел на это совещание.
Наступила неловкая тишина. Я знал, что Аврелий не врал, он действительно был готов нести полную ответственность.
– Мы не можем лично убивать тех, кого клялись защищать, – наконец нарушил тишину Шарль Малькольм. – Мы не можем обстреливать собственную столицу, тем более что все мы знаем, что жители Райхена не поддержали мятеж. Там лишь незначительное число маргиналов и революционеров.
– Это так, – кивнул я. – Больше половины войск Сената – не жители Райхена. Это мятежники со всей империи и колоний, они съезжались в столицу с начала зимы.
– Так почему вы позволили это?!
– А как мы могли этому помешать? – резонно спросил Аврелий. – Арестовывать людей за то, что они осмелились приехать в столицу собственного государства? Кидать в темницу всех недовольных моей политикой? Тогда Маэл стал бы первым обвиняемым! Да что там он. Вот вы, господа офицеры, что, ни разу не ругали меня? Ни разу не говорили, что я дурак и творю непонятно что?
Господа офицеры смущенно промолчали.
– Но тем не менее вы сейчас все здесь. Значит, не все ругающие власть – мятежники и предатели. Да, я знал, что в город съезжаются возможные мятежники. Я знал, что в городе много оружия. Но что мы могли сделать, кроме того, что мы делали?
– Значит, все поляжем на баррикадах, – зло махнул рукой один из подчиненных Харальда.
– Да, поляжем! – резко сказал Ней Ластер. – Я готов повести своих людей на штурм без артподготовки!