"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Толстый, кожаный, надежный ремень, лопнул в ее руках, как гнилая веревка! Да кто же она – мля! – такая?!
Но искать ответ на этот вопрос сейчас у меня не было ни малейшего желания.
Подхватив рюкзак, я пулей метнулся к двери и, едва не вырвав с корнем ручку, рывком сломал дверной замок.
– А поцеловать на прощанье? – взвыла дама.
– В другой раз, – фыркнул, обернувшись на пороге.
– Я запомню, – ухмыльнулась толстуха.
И я понял, что отныне эта ухмылка будет сниться мне в кошмарах.
Пришлось изрядно поплутать по лабиринту узких коридорчиков второго этажа, прежде чем отыскал выход на ведущую вниз винтовую лестницу. К тому времени действие усиливающего Дара прекратилось и, перебарывая последствия отката, в зал «Синего бегуна» я спустился кряхтя, как столетний дед.
Из-за утреннего часа посетителей в заведении практически не было. Но мой напарник оказался в числе ранних пташек.
Груз отыскался у барной стойки.
– Привет, – пропыхтел я, пожимая руку напарника и усаживаясь на соседний высокий стул.
– Хреново выглядишь, – обнадежил Груз.
– Как дерьмо! – огорошил «теплой» встречей Викинг, с грохотом выставив передо мной тарелку глазуньи с беконом и кружку фирменного темного.
– Не парься, это он из-за проигрыша на тебя наговаривает, – хмыкнул Груз, заметив, как сжались мои кулаки. – Викинг только что мне пять споранов проспорил. Переживает.
– Да пошел ты! – фыркнул бармен, высыпая спораны в протянутую ладонь напарника.
– О чем спорили-то хоть?
– О тебе, – подмигнул Груз. – Викинг поставил на то, что раньше полудня ты не появишься.
– Спасибо, – кивнул Викингу, поставившему рядом с яичницей миску с румяной лепешкой.
Отломив от ее еще горячего бока кусочек, макнул в желток, сунул в рот и просто обезумел от накатившей волны блаженства. Простая еда оказалась охренительно вкусной. А я был чертовски голоден. Поэтому накинулся на яичницу, как коршун на кролика.
– Мде! Стареет Незабудка, теряет старая шлюха хватку, – пожаловался напарнику Викинг, протирая и без того сверкающую кружку и наблюдая, как я жру.
– Не наговаривай на паучиху, – хмыкнул в ответ Груз. – Просто наш Рихтовщик полон сюрпризов.
– Вы – мля! – в натуре, о чем? – профырчал я кое-как набитым ртом. – Че еще за Незабудка?
– Во дает! – ухмыльнулся Викинг. – Всю ночь телку шпилил, так что от воплей ее весь дом сотрясался, и даже имени не спросил!
– Фига се! Так она Незабудка!.. Хотя, ей конечно подходит, такую фиг забудешь.
– Фиг забудешь, – фыркнул Викинг. – Надо запомнить…
– Говорю же, веселый парень, – рассмеялся Груз, по-дружески обнял меня за плечи и, неожиданно рывком приблизив, шепнул в ухо: – За базаром следи, Рихтовщик. Паучиха хозяйка этого заведения.
– Ну че, доел? – спросил уже в полный голос. – Тогда допиваем пиво, и двинули.
Подавая пример, Груз одним могучим глотком прикончил содержимое своей кружки и поднялся со стула.
Я торопливо затолкал в рот остатки лепешки с яичницей и забулькал пивом.
– Че не сиделось-то, – проворчал Викинг. – Никто не гонит, все оплачено, сиди да радуйся…
– Не обижайся, друган. Срочные дела, – покачал головой Груз, протягивая бармену руку.
– Торопыга, блин, – хмыкнул Викинг, но руку пожал.
– Сколько с меня? – спросил я, поднимаясь. И, заметив недоумение в глазах собеседников, уточнил: – Ну за завтрак, пиво и… вчерашнее…
– Дырку от бублика, – совершенно серьезно, без тени улыбки, объявил Викинг. И достав из кармана мою расписку, тут же у нас на глазах разорвал ее на мелкие клочки.
– Забей, Рихтовщик, – хлопнул меня по плечу Груз. – Ты ж теперь новый незабудкин фаворит. И в ее заведении тебе и твоим друзьям можно гулять на халяву. Такие правила… Ну че лупишь, как баран на новые ворота, пошли, по дороге все объясню.
Пожав протянутую Викингом руку, я поспешил следом за напарником.
– Значит, план такой: ща едем к знакомому барыге, справляем тебе нормальную экипировку и выдвигаемся на поиски Жгута, – объявил Груз, остановившись на крыльце бара. – Возражения?
 
– Никаких возражений.
– Ок. Тогда в тачку, и погнали.
У Груза оказался мощный джип незнакомой модели, с помощью толстых стальных пластин и арматуры переделанный по местной моде в дикобразоподобный броневик.
– А почему паучиха? – усевшись на соседнее с водителем место, задал, наконец, давно терзающий меня вопрос.
– Из-за Дара, – стал отвечать Груз, параллельно заводя мотор и выруливая на дорогу. – Эта стерва может выстреливать из пальцев реальной паутиной. И силищей обладает такой, что мишки белые нервно курят у себя на Полюсе и люто ей завидуют. Короче, реальная паучиха. Повезло тебе, Рихтовщик, что сумел по-тихому свалить. Ну и мне, вместе с тобой… Между нами, у Викинга были выше шансы выиграть спор.
– Теперь понятно, как это она успела так ловко за ремень меня ухватить, когда сбежать хотел.
– Ишь ты. Выходит, цапнула она тебя?
– Ну да. Не вышло по-тихому.
– И как же вырвался?
– Ценой порванного ремня.
– Считай, легко отделался, – фыркнул Груз и предложил: – Может, музыку послушаем?
– Давай.
Напарник надавил на кончик выпирающего из магнитолы диска. Пластинка с тихим шуршанием провалилась внутрь, и через секунду из динамиков полился бодрый речитатив неизвестного мне исполнителя под приятный мотивчик.
– Свежак, только утром достал, – похвалился Груз. – Как тебе?
– Да вроде…
Договорить не успел. Заслушался куплетом. Гребаным, мать его, куплетом, ради которого, похоже весь этот цирк с музыкой и затевался.
«Незабудка твой любимый цветок…» – в очередной раз сообщил бодрый речитатив из динамиков, и, не сдержавшись, я саданул кулаком по панели магнитолы.
– Тише, Рихтовщик, – поспешил вмешаться угорающий рядом от хохота водила. – Зачем технику ломать, там же кнопка есть. – Нажал на что-то на панели и гребаный сюрприз отключился.
– А где «спасибо»? – продолжал шутковать Груз. – Я, понимаешь, готовился, старался…
– Спасибо, мля! – проворчал я. – Только забывать о паучихе начал… Напомнил, мля!
– Ха, забывать он начал. Незабудка напомнит! Она баба не простая, а с огромными тараканами в башке. Одна из сторожил Вешалки, и на стабе в большом авторитете. Срать паучиха хотела на твою забывчивость. После совместной ночи, хочешь того или нет, ты ее фаворит. И останешься в этом статусе до тех пор, пока у Незабудки не появится новый ухажер.
– И чем мне это грозит?
– Да много чем. Но самое для нас хреновое – привязкой твоего места возрождения.
– Чего?
– Того, мля! Умирать тебе, Рихтовщик, теперь противопоказано. Потому что возродишься аккурат под боком у паучихи. И второй раз, уж поверь, так легко от нее не сбежишь.
– Мля!
– Еще проблемы могут возникнуть с барыгами местными. Незабудка не любит, когда ее фаворит тарятся у конкурентов. Считает, что сама в состоянии обеспечить любимого…
– Мля, ты издеваешься!
Ухмыльнувшийся Груз, как ни в чем не бывало, продолжил:
– …всем необходимым. И если паучиха узнает, что кто-то что-то тебе продал, без ее ведома. Она очень обидится на барыгу и, пользуясь своим влиянием, вышвырнет его из Вешалки… Поэтому нам нужно успеть к моему знакомому до того, как по стабу разлетятся вести о смене незабудкиного фаворита.
– Смене. Выходит, до меня у нее кто-то был?
– Разумеется, ты не первый. Перед тобой фаворитом шесть с половиной лет был Поршень.
– Шесть лет!
– С половиной.
– Мля! Да как так-то?
– До знакомства с Незабудкой Поршень был большим любителем потрахаться. Все свободное время на стабе проводил в разных борделях. Тот еще был Казанова. Но, став фаворитом, вынужден был шпилить лишь Незабудку. Потому как остальные телки, опасаясь мести пуачихи, больше не давали ему ни за какие посулы.
– Так сбежал бы в другой стаб.
– Он так и сделал. А через час на новом месте двинул кони, в пьяной драке получив нож в сердце. Возродился в логове Незабудки, и от нее еще огреб по полной, в воспитательных целях… За первый год своего фаворитства он так сбегал еще трижды. И каждый раз за побегом следовала случайная смерть, воскрешение и внушение от благоверной. В итоге, спекся Казанова. Из подтянутого и решительного рубахи-парня Поршень превратился в жирного и безвольного толстяка. По сути, морально Незабудка его уничтожила – сожрала, как это принято в паучьем племени.