"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Император наконец закончил писать и поднял голову. Мы встречались далеко не в первый раз, но впервые он принимал меня в этом кабинете. Аврелий рассматривал меня, а я его. Черты правителя не отличались чем-то особенным. Спокойное интеллигентное лицо, слегка задумчивый взгляд, мягкие, добрые глаза, коротко подстриженные темные волосы.
— В свои двадцать пять ты уже достаточно знаменит, не находишь?
— Об этом не мне судить.
— На тебя пришел донос. — Император достал из кучи бумаг какой-то листок и зачитал его вслух. — Это правда?
— В общих чертах — да, я действительно вчера вечером сказал, что для меня милость или недовольство императора — вещи эфемерные. Но ничего под этими словами я не подразумевал и ничего не демонстрировал.
— И все же этих слов достаточно, чтобы получить поездку за счет казны в одну из наших колоний.
Я пожал плечами, будучи абсолютно спокоен. Хотя прекрасно понимал: произойти может что угодно. Император может рассмеяться и подарить этот донос мне на память. А может прямо сейчас подписать указ о моей ссылке в колонию. А еще в любой момент могут распахнуться двери, сюда войдут маги в военной форме и отправят меня в тюрьму на печально известном острове Бантши.
— Я бы хотел услышать твои объяснения по поводу смысла этих слов.
— Я маг, ваша светлость. Я не боюсь смерти или каких-либо неприятностей. Для меня это все — лишь мелочи земной жизни.
— Ты так надеешься на посмертное существование?
— Я не надеюсь, я знаю, что после смерти меня ждет другая жизнь. Все маги это знают.
— Хотел бы я тоже это знать, — задумчиво проговорил император. — Ты назвал меня княжеским титулом. Почему?
— Я просто оговорился, — безмятежно ответил я.
— За такие оговорки мой покойный дед мог бы приказать убить тебя на месте.
— Так точно. Ваша светлость.
— Не надо мне напоминать об этом два раза подряд. — В голосе императора появились угрожающие нотки, но я и бровью не повел.
— Слушаюсь.
— Не видно, — проворчал он себе под нос. — На тебя пришел донос, лично мне. Это уже о многом говорит. Ты настолько известен, что на тебя жалуются не местному жандарму, а лично его величеству.
— Люди завистливы, а кому жаловаться — значения не имеет.
— Ты хорошо выполнял мои поручения, — император резко сменил тему разговора, это была его любимая привычка, часто приводящая собеседников в замешательство, — я предлагаю тебе официально стать моим личным агентом. И тогда ты будешь получать такие бумажки на дом, с полным досье на автора.
— Это большая честь и большая ответственность.
— Но не для тебя? — Аврелий сразу же ухватил суть моего ответа.
— Да, император, не для меня.
— Многие бы все отдали за то, от чего ты отказываешься.
— Я знаю, но мне ценно то, что придется отдать за эту честь.
— Что ж, это твое право, настаивать не буду. Ты не тот человек, которого можно подкупить титулами, наградами и деньгами. Для тебя это все — «вещи эфемерные», — усмехнулся император. — Но если я отдам тебе приказ, ты его выполнишь?
— Разумеется, ваше императорское величество. Я выполню любой ваш приказ. — Я по-уставному щелкнул каблуками и склонил голову.
— Тогда в чем разница?
— В еще более эфемерных вещах, чем золото и титулы. В иллюзии свободы. — Говоря это, я впервые посмотрел прямо в глаза императору. Несколько секунд мы играли в гляделки, а потом одновременно отвели взгляд в сторону. Не знаю, что он увидел в моих глазах, а я в его увидел только любопытство.
— Я надеюсь править достаточно долго и спокойно. Я не хочу войн и крови, а хочу мира и спокойствия.
— Как и любой правитель, — слегка улыбнулся я.
— Язвишь?
— Нет, ваше величество, лишь хочу напомнить, что я успел поучаствовать в подавлении мятежей.
— Да, конечно. — Император на мгновение закрыл глаза рукой, а мне стало стыдно. — Глупо говорить о моих желаниях, после того как за двадцать лет правления я развязал три войны и пять раз отдавал приказ о подавлении бунтов.
— Прошу меня извинить, император, за мои глупые слова.
— Будь они глупыми, мне бы не было обидно, — грустно отозвался правитель. — Твоя игра с моими титулами, например, меня просто забавляла.
 
— И все же это глупые, очень глупые слова. И мне за них стыдно.
— Забавная у нас выходит аудиенция. Ты мне то дерзишь, когда надо просить прощения, то извиняешься, когда этого не требуется, — усмехнулся император. — Я посылаю тебя на восток.
Я ждал продолжения, но император молчал.
— И?
— И ничего, — пожал он плечами. — Я посылаю тебя на восток, и все. Это мой приказ.
— Я отправлюсь туда завтра, утренним поездом. Как долго мне находиться на востоке?
— Столько, сколько сочтешь нужным. — Аврелий отвернулся от меня и смотрел в окно. Я его уже не интересовал.
Выйдя из кабинета, я оглянулся на дверь. На ней висела простая табличка с надписью «Император», а ниже на простом листке бумаги были написаны дни и часы приема. Это была шутка предыдущего правителя. По слухам, он тогда сказал, что пост императора превращается в еще один обычный чиновничий пост.
Как известно, любой народ имеет то правительство, которое заслуживает. У нас один правитель приколачивает себе на дверь табличку с часами приема, другой посылает подданных неизвестно куда и неизвестно зачем. Чем мы заслужили такое?
— Хозяин еще не вставал, — с поклоном сообщил дворецкий.
— Я знаю, — кивнул я, заходя в дом.
И сразу же направился наверх, в спальню. Где еще мог быть Данте в час дня? Только в своей кровати. Стучаться я не собирался. Это была не наглость, а вежливость и выполнение просьбы хозяина дома. Данте делил всех людей на две неравные части. На тех, кто мог зайти к нему в спальню без стука в любое время суток, даже ночью. И на тех, кто не мог пройти дальше гостиной, и то только после приглашения.
Я имел сомнительную честь находиться в первой категории. Впрочем, я никогда особенно не любил Данте и не приходил в его дом даже по приглашениям, которые он мне регулярно присылал. Но сейчас мне нужен совет, и никто не сумеет помочь лучше, чем он.
Толкнув дверь, я зашел в спальню. В комнате было очень темно, а в нос сразу же ударил запах перегара, табачного дыма, кальяна и резких женских духов. Я без церемоний раздвинул плотные шторы и впустил в комнату солнечный свет.
Данте лежал на кровати, укрываясь двумя черноволосыми девушками.
— Это ты? — недовольно пробурчал он себе под нос.
— Уже день, — сухо ответил я.
Арья в замешательстве остановилась на пороге комнаты. Она знала Данте, но в страшном сне не могла представить его в таком виде.
— Можно подумать, это должно меня волновать, — резонно заметил Данте.
Он сел в постели и тряхнул гривой золотых волос. Обе девушки проснулись и недовольно покосились на меня.
— Это?! — только и смог зло выговорить я, остальные слова застряли в горле.
— Это, это — кивнул головой Данте. — Я знаю все, что ты можешь сказать, так что не утруждай себя.
— Ну знаешь ли, это уже ни в какие рамки не лезет.
— Завидуешь? — томно произнесла одна из красавиц, посмотрев на меня своими очаровательными красными глазами с вертикальными зрачками.
— Мы можем и с тобой отдохнуть, — добавила вторая.
За моей спиной окаменела от возмущения Арья, я чувствовал ее ярость и гнев. Данте, слегка прищурившись, наблюдал за нами. Полукровки. Наполовину люди, наполовину демоны. Опаснейшие и коварные существа. Их племя пролило в несколько раз больше крови, чем все некроманты, маги и волшебники вместе взятые. Не говоря уже о мелочи вроде вампиров, оборотней и ведьм.
— Поиграй с ним, — с усмешкой сказал Данте.
Полукровка мгновенно распласталась в воздухе, левую руку прижав к груди, а правую отведя назад для удара. Ее реакция и скорость были совершенны. Я замер, любуясь ее хищной красотой: полностью обнаженная, с гривой черных волос, полукровка вся вытянулась в прекрасном броске.