"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Раздосадованный Куцый секунд десять сверлил меня мрачным взглядом и, досадливо крякнув, пошел-таки на очередную уступку:
— Черт с тобой, жлоб! Согласен. Тащи рыбу обратно, и задавай свой дурацкий вопрос.
Вернув килограммовый кусок рыбьего филе, я за пару секунд двумя ударами резака поделил его на три примерно равные части и, поместив первую порцию в жадный огонь факела, озвучил давно терзающий меня вопрос:
— А почему ты Куцый-то? Так же, вроде, обрубок хвоста называют. Как к тебе такое нелепое имя пристало?
— Куцый я — потому что так крестный назвал, — лучась от ехидства, ответил старикан, когда рыбная порция сгорела до сажи. — Это был мой ответ на первый твой вопрос. Если желаешь услышать ответ на второй, гони еще порцию.
— Да ты охренел, вымогатель!
— Все по уговору. Один ответ — одна порция.
— Ну, зараза, ежели снова обманешь, я факел твой, нахрен, в воду выброшу! — пригрозил я, укладывая-таки в жадный огонь следующую порцию.
— С именем моим история забавная приключилась, — начал колоться огненный лик, спалив за считанные секунды второй кусок рыбы. — После переноса на Континент, мне повезло практически сразу прибиться к жилому стабу. Но, будучи новичком, со споранами, понятное дело, в карманах тогда у меня было не густо. А по правде сказать, их вообще не было. Но жрать-пить хотелось, а за это на стабе требовали соответствующую плату. И единственным моим богатством, заинтересовавшим местного менялу, оказались мои роскошные волосы, которые я отращивал еще со школы. Длинные волосы, для удобства, я носил стянутыми на затылке в хвост. Вот и вышло, что к меняле я зашел с приметным хвостом, а от него вышел со споранами, но без волос. Случайный знакомый из местных сторожил, проводивший меня к меняле, за это приключившееся практически у него на глазах отсечение моего хвоста и назвал меня Куцым. Система же закрепила имя, назначив шутника моим крестным.
— Да, забавная история, — рассмеялся я.
— Следующий…
— Чего?
— Последнюю порцию, говорю, гони, и следующий вопрос задавай, — пояснил Куцый.
— Погоди, я еще не придумал.
— Так думай быстрее. Вон, вечереет уже.
— А чего, ночь накладывает на вас, теней, какие-то запреты?
— Сперва рыбу гони.
— Не, это я так… Это не вопрос.
— Ну так задавай уже вопрос!
— Ща-ща… — в поисках намека на нужный вопрос, я невольно стал озираться по сторонам. А поскольку солнце и впрямь заходило уже за высоченные берега-скалы бухты, отчего все вокруг начинало стремительно погружаться в вечерний сумрак, я заметил, помимо трех огней вокруг, огненные сполохи внизу от горящих факелов на стенах утеса. И это наблюдение, тут же трансформировалось в пипец какой важный вопрос.
— Скажи-ка мне, дружище Куцый, а сколько всего теней нашло пристанище и вечный покой на этом утесе? — спросил я, опуская в огонь последнюю порцию рыбы.
— Это не моя тайна, — неожиданно заартачился огненный лик. — Поменяй вопрос.
— Ладно. Тогда так. Я заметил, что огонь в здешних факелах никогда не гаснет. Это из-за вас, теней?
— Да, это мы его подпитываем, — важно ответил Куцый и, облизнувшись, спросил: — У тебя еще рыба есть?
— Говорил же: это был последний кусок.
— Проверь, может еще один где-нибудь там завалялся.
— Издеваешься? Где завалялся, в ячейках инвентаря? Забыл, что ли, как там все устроено?
— Ну, нет — так нет. До завтра тогда.
— На минутку задержись, хочу еще кое-что уточнить.
— Ну че еще? Не забывай, у нас с тобой уговор. Потому без рыбы отвечать на вопросы я не согласен.
— Да это даже не вопрос, а так, рассуждение вслух.
— Вот и рассуждай без меня, — заворчал Куцый. — Для этого у тебя, считай, целая ночь впереди.
— Ведь на утесе факелы горят не только на вершине, но и на стенах, — игноря бубнеж старика, продолжил я. — И другие — те, что на стенах, так же не гаснут ни ночью, ни днем. Значит, их так же поддерживают тени.
— Э, э, эээ! Рихтовщик, я этого не говорил! — возмутился огненный лик.
Я же продолжил, игноря его протесты:
— Помимо трех на вершине, на стенах горят еще восемь факелов, из чего следует, что на утесе обитает вовсе не три, а как минимум одиннадцать теней бывших игроков.
— Да, млять, я ж этого тебе точно не говорил!
— Сссгинь, пустозссвон! — прошипела вдруг появившаяся на миг в своем углу «баба яга».
И в следующее мгновенье оба огненных лика растворились в огне своих факелов.
Оставшись на утесе в гордом одиночестве, я стал готовиться к ночлегу. Достал из рюкзака толстый ватник и разложил перед собой на гранитном гребне. Конечно, так себе матрас, но все лучше, чем спать на голом камне, который за ночь остывает так, что утром не теплее льдины… Дальше, как завелось перед сном, пожевал сухарей и запил их водой из пятилитровой пластиковой фляги. Переполз на ватник и, опустившись на подстилку животом, закрыл глаза.
Сегодня был урожайный на знания и знакомства день. Надеюсь, следующий принесет мне не меньше полезных для выживания здесь открытий… Убаюканный этими оптимистическими мыслями, я не заметил, как заснул.
Глава 20
Глава 20, в которой едва начавшись, подарки закончились, а набившая оскомину рутина продолжилась.
Последовав совету старика Куцего, я решил повременить с разведкой его схрона, и продолжил планомерное исследование коридоров Лабиринтов силы в заданном изначально направлении.
Я днями напролет пропадал в подземельях, кошмаря местных тварей и в хвост и в гриву, а обратно на утес возвращался лишь под вечер, когда солнце уже скрывалось за высокими береговыми скалами и бухта погружалась в густой сумрак.
Из-за такого плотного графика, времени на общение с тенями уже практически не оставалось. Впрочем, пока что на контакт со мной охотно шел лишь выболтавший свой секрет корефан Куцый, особливого толку от болтовни с которым для меня, увы, уже не было. Остальные же две тени на вершине скалы мои попытки наладить дальнейшее взаимовыгодное общение пока что игнорили, лишь изредка встревая в наши с Куцым диалоги редкими репликами. О других восьми совершенно неизвестных мне соседях по утесу я и вовсе молчу — заводить еще и с этими тенями знакомство в первые, самые урожайные, как выяснилось от сторожил, месяцы пребывания здесь было и вовсе сейчас недосуг.
Так за ежедневными драками в подземных коридорах, рыбалке для приятеля Куцего и последующих коротких беседах с дружественной тенью, незаметно пролетел еще месяц. За это время я поднялся до пятьдесят девятого уровня, и неплохо прокачал параметры (из-за растущих, как на дрожжах, навыков в основном, потому как характеристики, из-за ограничений высокого уровня, росли у меня с черепашьей скоростью, и было это практически незаметно). Изрядно пополнил коллекцию белых звезд, и даже добыл в Лабиринтах первую черную жемчужину. А вот поиски кусочков пазла, как и предсказывал «кощей», продвигались у меня с изрядной пробуксовкой.
Увы, но за пролетевший месяц мне удалось раздобыть еще лишь один драгоценный фрагмент пазла. И находка его, кстати, совпала с добычей первой здесь, черной жемчужины. А случилось это так…
Очередной коридор, открывшийся после поворота тайного рычага, неожиданно встретил меня непроглядным мраком. Но это новшество меня, разумеется, не остановило. С резаком и шпорой в руках я шагнул во тьму, и через секунду окутавшая меня чернильным облаком темень ожидаемо озарилась серебристым светом, из-за пробудившегося к действию Рыбьего глаза.
Непривычно было видеть перед собой уходящий далеко вперед заваленный битым стеклом плиточный пол без электрического освещения. Светло-желтая, при свете люминесцентных ламп, напольная плитка сейчас показалась зловеще-серой, как и ставшие темно-серыми зеленые, при электрическом освещении, стены. Объяснение валявшимся внизу осколкам отыскалось на потолке, где все до одной колбы люминесцентных ламп оказались вдребезги расколошмачены.