"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Внимание! Вами было выведено из строя 9 единиц техники ботов в окрестностях Крынки, и вы частично выполнили персональное задание: Безопасность окрестностей Крынки. 
Награда за частично выполненное персональное задание: 
Опыт: +63000. Свободные очки распределения характеристик: +9000. Признательность жителей Крынки: +4500 кармы. 
Удачной игры! 
Пробежавшись глазами по строкам, я отметил долгожданный прирост свободных очков распределения характеристик, и мрачно хмыкнул про себя, что примерный минимум на очередные похороны себе уже наскреб.
Кстати, в мрачной шутке имелась и немало серьезного опасения, потому как мое хреновой после взрыва состояние до сих пор ничуть не улучшилось. Шкала здоровья по-прежнему удручала значительным просадом, и не спешила восстанавливаться. Трещины на роговых пластинах брони не исчезали, а, наоборот, расползались вширь, и несокрушимые некогда латы грозили через какое-то время начать крошиться, как ржавый хлам.
Высокоуровневые твари восстанавливали свою пострадавшую броню очень просто: путем поглощения вожделенной зараженными биомассы. Я же мертвечину жрать, понятное дело, не мог. И компенсировать энергозатраты на восстановление должен был с помощью обыкновенной человеческой еды и, разумеется, живца. Которых для великанской туши кваза требовалось сейчас просто охренительное количество.
У меня же под рукой оказались только шесть ботовских ранцев, в которых возможно было припрятано что-то съестное, их я аккуратно срезал когтями со спин автоматчиков и свалил в кучу на полу. Ну и еще шесть фляжек, в которых возможно плещется живец, их я точно также срезал с поясных ремней трупов и добавил в кучу трофеев… Я понимал, что тащить все это богатство в неприспособленных для переноса вещей когтистых лапах было чревато возможной потерей части добычи. Но, оставаясь на месте в центральной пещере, я рисковал в любую минуту угодить под очередную бомбардировку гранатами вперемешку с напалмом, а по новой пережить этот кромешный ад в нынешнем состояние у меня не было ни единого шанса.
Потому, заграбастав добычу двумя пятернями, как неуклюже страхующими друг дружку ковшами экскаваторов, я ломанулся к знакомому переходу в дальнюю северную пещеру, где несколько часов назад оставил друзей. На бегу выведенная мысленной командой перед мысленным взором карта «Зубастой Ямы», к моей безмерной радости, показала в дальней северной пещере горящие огоньки вернувшегося из убежища отряда.
– Народ, потерпите еще немного, я уже иду к вам, – прокряхтел я, с грехом пополам, без помощи занятых добычей рук, на кортах пытаясь протиснуться в заваленный обгоревшими костями узкий лаз перехода.
И – сука! – как сглазил.
По спине полоснуло пулеметной очередью… Гребаные боты на диво быстро среагировали на гибель дозорной группы, и уже висели у меня на хвосте.
Восприятие уловило вибрацию маленьких винтов за спиной. Меня нагнала пара чудом уцелевших дронов. Сразу сам собой раскрылся секрет невероятной оперативности погони. Шустрым винтокрылам хватило считанных секунд, чтобы примчаться сюда из соседних пещер.
Необходимую для восстановления здоровья добычу пришлось швырнуть в поливающих меня свинцом «стрекоз». А пока дроны уворачивались от летящих в них ранцев и фляжек, я нырнул в узкий лаз и, энергично заработав освободившимися конечностями, бросился наутек.
  
Глава 31
 
Глава 31, в которой меня настигают, и снова приходится копать 
Попытка свалить от погони с треском провалилось, когда сканирующее окружающее пространство восприятие уловило вибрацию винтов внутри земляного коридора. Дроны решились-таки залететь следом за мной в узкий лаз, и теперь стремительно сокращали разделяющее нас расстояние.
Я рвался вперед на пределе сил, как могучая горилла на четвереньках тараня земляной коридор. На каждом скачке шипами головы и плеч сбивал с потолка и стен кусочки окаменевшей земли, но продолжал упрямо рваться вперед. К сожалению, ушедший в откат «Марафонец» был недоступен мне еще почти шесть часов. Но даже имей я сейчас возможность активировать этот Дар, и с его дополнительным ускорением ускакать от стремительных дронов у меня не было ни единого шанса.
 
Сзади снова загрохотали пулеметы. Настигнув-таки меня на длинном прямом отрезке, дроны стали плющить пули о роговые пластины моей широченной спины. И я тут же почувствовал, как имеющиеся там уже трещины начинаю стремительно разрастаться и углубляться, появляются сколы, и на землю за моими пятками, вместе с отскочившими свинцовыми градинами, начинает сыпаться роговое крошево брони.
Такой расстрел продолжался почти минуту – чертов прямой отрезок все тянулся и тянулся. Если б не восприятие, почти сразу же отыскавшее далеко впереди подходящий для схрона от пуль поворот, я б, наверняка, совершил какую-нибудь отчаянную глупость, в виде нелепой контратаки задом наперед, в надежде зацепить дронов роговым шипом длинного хвоста. Винтокрылы от моего хвоста потом легко бы увернулись, элементарно сдав малость назад, а, из-за задержки, мой панцирь оказался б, таки, вскрыт их очередями, как консервная банка. Но подкинутая восприятием надежда на спасение, заставляла, сцепив зубы, терпеть адскую боль в избиваемой ливнем пуль спине, и скакать, скакать, скакать вперед на пределе сил.
Когда я, наконец, скрылся от пуль за спасительным поворотом, пластины на спине уже практически выкрошились, истончившись до дыр. Вместо цельной некогда брони, панцирь сзади теперь являл собой залитое кровью мелкоячеистое сито. Чтобы понаделать во мне проникающих ран дроном не хватило считанных секунд.
Дальше бежать было чистой воды самоубийством. И я резко тормознул тут же за поворотом. Скрутив хвост в кольцо, его я, разумеется, тоже спрятал за угол, и приготовился, при приближении преследователей, резким встречным ударом шипа раскурочить задравшие винтокрылы. Но чертовы дроны каким-то чудом поняли, что я приготовил засаду, и тоже неподвижно зависли в воздухе перед поворотом на расстоянии, превышающем длину моего хвоста.
Возникла патовая ситуация. В которой преимущество, увы, было на стороне врага. Во-первых, из-за иссеченной пулями и кровоточащей спины, теперь я с каждой секундой слабел, теряя и без того невеликие запасы сил. И, во-вторых, дроны, ведь, были лишь авангардом отправившегося по мою душу ботовского отряда ликвидаторов. Если я в ближайшие минуты ничего не придумаю, уверен, к нам в переход припрутся боты с огнеметом и тупо кремируют меня волной напалма, от которого изгиб коридора, увы, уже не защитит.
После напряженного мозгового штурма, спасительный выход был найден. Я придумал простой, но кране действенный против летающих преследователей, способ избавления от дронов. Припомнив, что мои когтистые конечности прекрасно способны рыть землю, я активно заработал задними лапами, и таким собачьим способом стал выцарапывать в земляном полу яму, параллельно формируя сзади земляной холм.
Когти на моих ногах были вдвое меньше, чем на руках, зато сами ступни размером так же практически вдвое превосходили ладони. А поскольку земля на полу не была спрессованной до крепости камня, как на стенах и потолке перехода, даже коротким когтям поддавалась она легко, и широкие ступни ворочали назад породу не хуже ковшей экскаватора.
Всего полминуты потребовалось мне, чтобы восприятие констатировало надежную блокировку коридорного пространства нарытой до потолка кучей земли. Самостоятельно дроны через возникшую преграду перебраться были точно не в силах. А до того, как сюда заявятся боты и отроют для них проход, я надеялся ускакать уже по переходу на безопасное расстояние.
Но прежде, чем выбираться из отрытой ямы, я извлек из ячейки инвентаря фляжку с живцом и, неуклюже вскрыв ее с помощью когтя, перелил содержимое емкости в раззявленную пасть.
Провалившаяся в желудок кисло-горькая жидкость даровала временный прилив сил, для закрепления которого следовало еще и хорошенько пожрать. Но ни крошки съестного у меня, увы, не было.