"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Для размещения в ячейках новых трофеев пришлось избавиться от скопившегося там полезного, но дешевого, хлама. И после произведенной чистки содержимое двадцати доп. ячеек инвентаря выглядела следующим образом: пять ячеек ушло под жемчуг (белая, зеленая, красная и две черных жемчужины), еще четыре под звезды (золотая и три белах), три под читерские резаки, одна под добытый Камень Сути, одна под непонятный пористый костяной шарик, одна под золотую горошину, одна под лук, одна под кислотник, одна под фляжку (НЗ с живцом), и еще две (временно) под склянки с живцом, которые, при удачной реализации задуманной авантюры, будут заменены на пару Каменей Сути.
Расставание с четырьмя склянками спирта, выставленными, в ходе чистки инвентаря, на стол, далось мне гораздо болезненнее, чем со всей остальной грудой трофеев. Прежде, чем двинуться в путь, я «на ход ноги» хорошенько отхлебнул спиртяжки из каждой бутылки.
Снежной лавиной обрушившееся опьянение от ударной дозы чистого спирта пробило даже мою супер Регенерацию. Просто титаническим усилием воли я заставил себя остановиться, и, отвернувшись от булькающего соблазна, неуклюжей, но решительной, синусоидой ломанулся к лифтовой площадке.
Глава 27
Глава 27, в которой сперва наезжают на меня, потом хватаю за шкирку я, и под конец вся маскировка летит к чертям
Наблюдая однажды вблизи перезагрузку кластера, я знал, что длится она примерно час. Время в лаборатории я отсчитывал по таймеру обратного отсчета ремонта Шпоры. После того, как Мараджела вытащила нас порталом из заполняемого кисляком коридора, на таймере было девять часов тридцать шесть минут. Теперь, когда я вернулся к мембране силового поля на выходе уже в одиночестве, на таймере было: восемь двадцать две.
Прошло больше часа, и теоретически перезагрузка должна была завершиться еще четверть часа назад. Но из-за того, что чертова мембрана искажала видимость, даже стоя в метре от входа невозможно было рассмотреть, осел ли в коридоре туман полностью или еще присутствует в опасной концентрации. Не желая рисковать, я до рези в глазах вглядывался в радужные блики силового щита. И непонятно сколько минут так бы простоял, собираясь с духом на отчаянный шаг в неизвестность, но мои колебания в итоге разрешило явление из коридора нежданчика.
Вывалившемуся на меня из мембраны мужику было около пятидесяти лет. В отличие от работников лаборатории, на нем не было белого халата. Одет он был в строгий деловой костюм. Гладко выбритое породистое лицо незнакомца уродовала длинная царапина на щеке. Горящие глаза и всклокоченные волосы указывали на вызванную паразитом дезориентацию в пространстве. Несчастный пребывал на стадии пустыша, и оставался пока что вполне вменяемым гомо сапиенсом. Что и подтвердил, не набросившись со звериным урчанием, а озадачив вполне адекватным вопросом:
– Молодой человек, немедленно объясните мне: что здесь у вас стряслось?
– Дядь, а ты кто? – не вежливо, но по существу, огорошил я мужика встречным вопросом.
– Как это кто! – взбеленился костюм. – Управляющего не узнаешь?!
– О как! – хмыкнул я. – Ну, будем знакомы, Управляющий. А я – Рихтовщик.
– Да мне дела нет до твоей должности! – продолжил бузить костюм. – Что вы тут опять учудили, бездари?! Сперва этот вонючий туман весь коридор затянул! Теперь, вижу, и здесь черте что творится! Что в лаборатории со светом стряслось? И почему здесь так воняет?
– Вы уж определитесь, чем конкретно интересуетесь? – продолжил хохмить, наслаждаясь душевным разговором. – Про туман желаете послушать? Или про лабораторию?
– Ты что ж, сопляк, издеваться надо мной удумал! Ну-ка живо докладывай по форме, как положено!
– Концентратор лопнул… Кислота разлилась… Энергетические кристаллы накрылись медным тазом… – вытянувшись по стойке смирно, отрапортовал я.
– ЧТО! – раненым лотерейщиком взревел управляющий. – Да я вас!.. Кто такой? Фамилия?!
– Рихтовщик, – хмыкнул я, едва сдерживая рвущий наружу смех.
– Вот ты, весельчак, лично первым у меня под суд пойдешь! Как главный виновник аварии!
– Почему это как, даже обидно… Я же лично, вот этими руками, куб с кислотой размолотил. Во, зацени, папаша, еще даже следы кислотных ожогов остались.
Но когда закатал рукав, нас обоих ожидал облом. Регенерация сделала свое дело – кожа на руке была абсолютно чистой.
Впрочем, побагровевший от ярости управляющий всматриваться не стал. Обескураженный моей беспардонной наглостью, мужик аж задохнулся от возмущения.
– Только ничего у вас, товарищ управляющий, не выйдет, – не дождавшись быстрого ответа, продолжил я. – Никакого суда надо мной не будет. И вообще, дядя, тебе придется забыть о своей предыдущей жизни, потому что и ее у тебя больше не будет!
– Ты что сумасшедший? Псих?.. Охрана!
– Добро пожаловать в ад, дядя. Наслаждайся последними минутами своего былого величия, очень скоро у тебя начнется совсем другая жизнь.
Подхватив мужика за плечи, я легко, как пушинку, перенес его в сторону и шагнул в коридор.
– Куда?! А ну стоять!.. – взвыл за спиной оскорбленный сноб. – Охра!..
Мембрана силового поля сомкнулась за моей спиной, отрезая внешние звуки.
Шагая дальше по коридору какое-то время я опасался услышать сзади проклятья бросившегося вдогонку управляющего, но, видимо, начальственный муж посчитал гонки за подчиненным ниже своего достоинства, и пошел решать обнаруженную на подконтрольном объекте «проблему». Что ж, как говориться, флаг ему в руки… Очень скоро дядьку ожидает масса сюрпризов.
Пройдя минут за десять первую половину коридора, я подошел к маленькому аппендиксу с отдельным кабинетом – точной копией того, где я возродился в Третьей Арке. Дверь кабинета была настежь распахнута, на столе в странном приборе торчали листы прозрачной пленки, и по краям стола громоздились стопки розовых дисков.
Вероятно отсюда и вышел, после исчезновения кисляка, встретившийся по дороге управляющий.
Долго задерживаться в кабинете я не стал. Наскоро осмотрел полки шкафа и ящики стола. Везде, как в первом кабинете, были лишь стопки пленок и розовые диски. Все это непонятное барахло мне было без надобности, потому с собой из кабинета ничего брать не стал.
Еще десять минут быстрого шага, и приближаюсь к очередной мембране силового поля…
К открывшемуся в новой лаборатории зрелищу морально я был готов. На смену коридорной тишине пришли отчаянные вопли удирающих от тварей людей и рычанье опьяневших от пролитой крови монстров. За прозрачными стенами ближайших к выходу секторов наблюдались фрагменты кровавого пиршества тварей, беснующихся на перезагрузившемся кластере.
Где-то в дальнем конце раздался приглушенный расстоянием знакомый грохот местного автомата. Похоже, здешние блюстители порядка оказались расторопнее своих коллег-соседей. Впрочем, это отчаянное сопротивление горстки безопасников длилось не долго, и лишь малость продлило агонию обреченного на геноцид персонала.
Благодаря регулярному употреблению живца, в шкале Духа Стикса мне снова удалось накопить сто единиц маны. Данного количества сгенерированной энергии с лихвой хватало для реализации моего отчаянного и простого, как песня, плана.
Потому, не теряя время, тут же приступил к его реализации.
Перво-наперво, следовало установить точное местоположение куба-концентратора. Рассчитывать, что новая лаборатория окажется точной копией предыдущей было глупо. Но даже если предположить, что расположение коридоров и секторов внутри них примерно схожее, я появился в этой лаборатории совсем в другом месте – где-то сбоку, на отшибе – и не очень-то представлял: как отсюда пробираться к знакомым центральным коридорам. У меня имелся Дар, позволяющий с филигранной точностью определять в любой местности расположение тайника с ценными трофеями (энергетические кристаллы, они же Камни Сути, как показал предыдущий опыт, к таковым Дар относил). Но проблема заключалась в том, что радиус действия Дара ограничивался восьмьюдесятью метрами. А на просторах гигантской лаборатории этого было слишком мало.