"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Сперва пропала веточка мха, колышущаяся над самым камнем. Потом иллюзия начала наползать на камень – медленно, осторожно, словно готовясь чуть что удрать. В отражённом мхе мелькнул пушистый хвост, из «зеркала» высунулась мордочка с бусинками глаз, лапка с розовыми пальчиками потянулась к кусочку, схватила, забавно сморщился чёрный блестящий нос…
Угадал.
Теперь Ильнар видел зверька чётко. Больше всего он походил на бурундука: чёрного, с серыми полосками на спине и белой грудкой – будто белая ленточка на шее. Аура его и впрямь светилась розовым, а кое-где вспыхивали золотые и синие искры, выдавая влияние магии. Однако потусторонней тварью любитель иллюзий точно не был – просто его предки немного изменились под действием высокого фона. Наверняка под «зеркалом» удобно прятаться от хищников…
А вот от магов – не очень.
Стоило цапнуть зверька поперёк туловища, он буквально растаял в воздухе вместе с держащей его ладонью. Но приём не удался – под пальцами всё ещё ощущалось тёплое, возмущённо извивающееся тельце. Не сумев вырваться, бурундук издал тревожный свист, который тут же повторился слева, справа, сверху… Кусты и деревья задрожали, Ильнар ухватился за ближайший ствол, пережидая приступ головокружения и заодно бурундучью панику. Теперь он знал, куда смотреть и улавливал движение – сородичи пойманного зверька шустро разбегались, прятались в норы, взбирались на деревья… Неудивительно, что именно возле островов «зеркал» было больше всего – жить в лесу куда удобнее, чем на голом болоте!
Ильнар стряхнул щит и двинулся назад, не выпуская добычи. Лес перестал мельтешить – разве что пленник всё никак не хотел смиряться со своей судьбой, и то прятался сам вместе с половиной держащей его руки, то разворачивал иллюзию впереди, видимо, надеясь, что коварный похититель бурундуков споткнётся. Пару раз эта надежда едва не оправдалась – хорошо, что вездеход был недалеко.
– Что за крыса? – поинтересовался Ориен.
Ильнар объяснил. Каон попытался погладить зверюшку пальцем, но тут же отдернул руку – бурундук возомнил себя хищником и попытался это доказать. Кир велел притащить из прицепа прозрачный пластиковый контейнер для образцов – пограничники планировали привезти из экспедиции новых неизученных зверушек. Стоило запустить зверя внутрь, как он пропал вместе с клеткой, но Ориен решил вопрос, вынув из кармана очередной сухарь. Пара капель крови, несколько слов – и неугомонное животное, отведав угощения, уснуло в уголке, свернувшись в клубок.
– Бурундук, значит.
Кир покачал головой и перевёл взгляд со зверька на Ильнара. Все рассказы командира о коварстве зеркальных троп живо всплыли в памяти – потерявшиеся люди, заплутавшие машины, травмы и поломки…
Майор покачал головой – и вдруг рассмеялся. Вслед за ним захрюкал Ориен, зафыркали пограничники… Спустя полминуты хохотали уже все пятеро.
Зверёк, чья родня задержала в болоте четыре здоровенных вездехода, сладко спал, уткнувшись носом в полосатый хвост.
***
Поиски остальной части экспедиции много времени не заняли. Пришлось снова спускаться в болото и плыть вокруг острова, но теперь маги, зная суть проблемы, заранее распугивали зверьков с дороги. Пойманный бурундук продолжал спать, и это было хорошо: чтобы точно настроиться на его друзей, приходилось сохранять с ним контакт, проще говоря – держать в руках.
Маленькая пушистая зверушка, помещающаяся в ладони – и два по уши грязных мужика, которые с самым серьёзным видом аккуратно трогают кончиком пальца то ушко, то хвостик…
Со стороны, должно быть, смотрелось восхитительно.
Связь со второй машиной появилась ещё до того, как вездеход прошёл все «зеркала» – Фин в рекордные сроки изобрёл усилитель для рации, и дальше выбирались по приборам. Искать заплутавшую машину в болоте без магов было бы неразумно, и Эл строго-настрого запретил проявлять самодеятельность, а старший из пограничников с ним согласился, установив лимит ожидания в два часа. Ко всеобщему облегчению, пропавшие нашлись раньше, больше никто не потерялся и не пострадал, даже тот парень, что успел наглотаться тины, пришёл в себя достаточно, чтобы пообедать. Машины не двигались, не пугали местных жителей, и «зеркала» оказывали им ответную любезность, так что пограничники успели отдохнуть, перекусить, отогнать ещё одного болотного родственника обочечников и даже снять оного на видео для архива.
 
Неподвижные вездеходы осели под собственным весом, грязь полностью скрыла гусеницы. Впрочем, для мощных двигателей это не было проблемой, и как только головную машину присоединили к колонне с помощью запасного троса, а водителя отправили отдыхать, экспедиция двинулась дальше. Ни командиру, ни магам отдыха почти не досталось – до темноты нужно было выбраться из болота и установить лагерь.
Ориен отправился на замыкающую машину, Ильнар с бурундуком остался на первой, но чем дальше машины отходили от островов, тем меньше «зеркал» попадалось на пути. Оставалась опасность наткнуться на очередного болотного обочечника, и к орудию вернулся стрелок, но под гусеницами хлюпало всё реже, из травы поднималось всё больше сосенок и берёзок, на горизонте проявилась тёмная зубчатая линия леса…
И Ильнар начал узнавать места.
Золотистые сосны, парящие в воздухе камни, железнодорожная насыпь – расстояние, которое зимой удалось пройти за несколько часов, экспедиция одолела минут за двадцать. Потом пришлось притормозить – идти напролом сквозь столетние сосны даже для вездеходов было бы тяжело, а между рельсами помещалась только одна гусеница. В итоге машины шли боком – правая половина по насыпи, левая по земле. Не получалось ни рисовать, ни возиться с проснувшимся и возжелавшим свободы бурундуком, зато получилось экстренно научиться усыплять зверька без помощи каона – в качестве мотивации был злой командир, которому почему-то не понравилось развернувшееся поперёк кабины зеркало.
Вот и брошенный поезд. Стрелок негромко выругался, Ильнар поёжился, разглядывая сошедшие с рельс вагоны и растущие сквозь них сосенки.
– Как будто загрыз кто-то, – поделился впечатлением стрелок, разглядывая развороченный локомотив. – Или наизнанку вывернул…
– Не выдумывай. Просто взорвался двигатель.
Собственная реплика прозвучала в унисон с голосом в голове, аж мурашки по спине побежали. Спустя мгновение Ильнар сообразил, что дословно повторил фразу, которую зимой произнёс Таро, и вздохнул. Знать бы, что у старого мага сейчас всё хорошо…
Может, спросить жреца?
Волки, если таковые и имелись поблизости, на вездеходы лезть не решились, а вот снежные бабочки в сгущающихся между стволами сумерках видны были хорошо. Сегодня их на щит не хватило бы. Ильнар проводил взглядом пятно рыхлого снега, над которым вилась стайка голубоватых искорок – почуяв мага, бабочки нервно заметались из стороны в сторону, но отлететь не решились. Совсем скоро снег растает окончательно, придёт лето, появятся настоящие бабочки…
Возможно, хищные. Или ядовитые.
Когда впереди показалась знакомая станция, солнце уже скрылось за лесом. Между рельсами и соснами места для палаток не было, и Кир велел развернуть лагерь в здании, поставив вездеходы полукругом. К установке щитов вместе с Фином Ильнара не пустили, в отсутствие полезного занятия косые взгляды пограничников особенно раздражали, а речка под обрывом журчала так соблазнительно… Он не выдержал и натуральным образом сбежал. Планировалось всего лишь умыться и смыть с одежды хотя бы часть грязи, но вода оказалась неожиданно тёплой – Змей её знает, почему. Тщательное сканирование окрестностей опасности не обнаружило, и бороться с искушением нырнуть с головой вдруг стало очень сложно.
Когда он выбрался на берег, отфыркиваясь и стряхивая с себя капли, его уже ждали. Застать мага врасплох визитёру не удалось, но лишние десять минут Ильнар провёл в реке именно из-за него – что именно говорить Фину, он не знал. Но не топиться же теперь с концами, да и проблема от этого никуда не денется. Магическая проблема, которую предстоит решать магу, потому что кроме него некому.