Звезда Ашаросса или Непокорная для дракона (СИ)

Дракон был спокоен, но напряжен, а еще злил меня своей холодностью. Словно все, что я ему рассказала о себе, оттолкнуло его от меня.
Ну и пусть, я обиженно сопела, когда он ушел, и укладывалась спать. Пусть валит куда хочет, без него справлюсь. Даже хорошо, что я не рассказала ему о своей странной привязке. Не заслужил. Нинья наблюдала за мной с хитрым выражением лица, а когда укладывалась рядом, постелив себе толстый матрас, даже хихикнула:
– Ты выглядишь как женщина, которая осталась без тёплого тела под боком.
Что–то тени совсем распоясались, издеваются над хозяйкой. Я нахмурилась, но само собой, вырвалось:
– Ну скажи, что не так? Вроде я ему не противна и смотрит иногда как на свою добычу, жадно, но даже шаг навстречу не сделал.
– Может, тебе надо было лицо делать чуть проще, – Нинья уже не скрываясь посмеивалась. – Со стороны вы смотритесь как обиженные дети. Поглядываете друг на друга украдкой и делаете вид, что вам друг на другу плевать.
– Он на меня смотрел? – услышала я главное.
– Как на самое желанное лакомство, – согласилась Нинья, – Но ты задела его гордость Илиана, а драконы не таких нравов как чароги. У вас женщины более свободны, особенно те, кто покинул отчий дом. Вот ты можешь сама решать, что тебе делать. А драконицы из–под опеки отца переходят к мужу, который решает, как ей жить. Ты слишком свободна Илиана и это ему в новинку. Дай ему время, привыкнуть, вы подходите друг другу как пара сапог, но, чтобы стать парой, нужно знать с какой стороны встать и когда идти вперед.
Я выдохнула, подивилась странным словам Ниньи, сравнивать влюбленных с парой сапог это что–то новенькое. Но так не хочется остаться без своей пары, один сапог никому не нужен. Фыркнула от своих мыслей и закуталась в одеяло. Насчет свободы чарогов я тоже думала. Даже моя мать делала, что хотела, хотя считалась забитой и послушной.
Я долго крутилась в кровати, сон не шел. Думала о том, как себя вести с Ароном, чтобы не разрушить ту тоненькую ниточку понимания, что соединила нас. И тревожилась, куда пропал Инетр, ведь с утра его нигде не видела. Чарог мог выкинуть любую неожиданность, и мне это не нравилось. Держи врагов близко, чтобы вовремя увидеть, когда они затевают гадость. Даже хорошо, что Арон сначала ведет наш караван в наемничью долину, может, придётся нанять еще охрану.
Я думала о своей идее и поражалась, на что замахнулась, но ведь не попробуешь, потом будешь мучиться всю жизнь, что упустила шанс. Долины и оазисы всегда были в цене, и они все под учетные. Есть специальная служба, что у драконов, что у чарогов, которая ищет новые оазисы, и их стало появляться все меньше и меньше. Никто не знает, с чем это связано, но места для всех скоро станет мало.
И упускать возможность найти для себя цветущий рай, это быть глупой и недальновидной. Ведь моя привязка — это оазис и сильный оазис, который дает мне прорву сил. Я понимаю, что этот оазис может быть очень далеко. И поэтому постараюсь подготовиться ко всему, что может приключиться в пути. По идее нужно оставить караван и идти налегке, но я не уверена в сохранности своих людей и своих вещей. В долине наемников я продам многое, что мне не понадобится в ближайшее время. Это будет лучшим решением.
Последние ночи, я просыпаюсь с ощущением, что мне нужно идти, такое зудящее чувство, что я не на своем месте, что все вокруг, как мираж в пустыне, может растаять в одну секунду. Я даже близнецам еще не сказала, что задумала, страшась того, что удача отвернется от меня. Глупые суеверия стали одолевать, подтачивая уверенность в себе. Ведь кто я такая, простая девчонка, которая просто получила еще один шанс жить. И иногда, меня грызло сомнение в своих силах, но эти сомнения нужно выкидывать из головы, чтобы идти вперед.
Утром встали рано, собрали вещи, погрузили в кибитку шатры и посуду. Я была счастлива, что мы наконец–то опять движемся. Долина Смарглов не стала мне домом.
Я по обычаю поклонилась отцу Арона и его брату, которые со своими домочадцами пришли нас проводить. Лихо запрыгнула на свою лошадь и сорвалась с места, оставляя позади долину драконов. Я все равно буду о ней помнить, ведь здесь я стала женой Арона, освободилась от вечной боли, а еще перестала бояться близости с мужчиной…
 
Опять дорога, еда с костра и смех драконов. Они стали более свободны, уже не сидят в сторонке, поглядывают на людей в особенности на пару девушек, что ехали со своими семьями. Нужно сказать Арону, чтобы приглядел за своими соратниками. Мне разбитые сердца и драмы в дороге не нужны. Дракон приходил со мной обедать и ужинать, а спать шел к своим и этим выводил меня из себя. Скотина он, разбудил мою чувственность и в кусты.
Ночами мне частенько снились эротичные сны в его исполнении и утром мне хотелось расцарапать его довольную и выспавшуюся физиономию. Нинья паразитка во всю меня подкалывала, а Терий вежливо отворачивался, чтобы я не видела улыбки. Неужели по моему виду сразу заметно, что я желаю своего мужа. Но я стоически делала вид, что все прекрасно.
Пустыня встретила нас пылающим солнцем и стирающим кожу ветром. Бурнус был моим спасением, и я понимала, как плохо приходится погонщикам. Кибитки были оснащены охлаждающими артефактами, семьи почти не страдали, а вот те, кто правил лошадьми были под вечным напором иссушающей пустыни.
Нинья любила скакать со мной на лошади в утренние часы, а вот днем предпочитала сидеть в нашей кибитке. Я подумывала о том, что идти можно ночами, а днем сидеть под охлаждающими артефактами. Нужно обговорить эту мысль с Ароном, скорей всего я не знаю какие–то нюансы путешествий в ночное время.
– Ты задумчива, – сказал Арон, поедая ужин, я наблюдала, как он ест, кажется, что он приходит сюда только за едой. А как еще думать, если он все время сам по себе, а как время еды уже у меня сидит. – Не переживай Илиана, я найду для тебя хорошую долину, ты и твои люди будете в безопасности.
– Я рада, что ты так оптимистичен, – скривилась в улыбке, – Но не думаю, что кому–то нужны чужие рты. Даже если эти рты могут заплатить. Кстати, – тут же решила расставить все точки над и, – Когда тебе отдать твою плату за наше сопровождение в долину.
Арон перестал жевать, медленно сглотнул и посмотрел на меня уничижающим взглядом. Нинья с Тереем решили вдруг выйти из шатра, в котором мы сидели, оставляя нас одних, а живой огонь на щеке Арона стал вдруг сверкать более активно.
– Ты хочешь унизить меня? – Арон напрягся, – Я понимаю, что ты богатая невеста, но это не значит, что ты можешь тыкать мне своим золотом в лицо.
Я сначала ошарашенно смотрела на него, потом разозлилась:
– Ты сказал свою цену, я согласилась, магия подтвердила нашу сделку, и заметь, ты тогда уже знал, что я твоя невеста и все равно согласился на сделку.
– А теперь я ее отменяю, – тут же сказал Арон, в воздухе сверкнула руна отказа от сделки. Насколько я знаю, кто отказался тот и платит, то есть Арон не имеет теперь право требовать плату. – Со своими соратниками я уже расплатился, если тебя это волнует, а со своей жены я ничего не возьму.
– С жены? Разве с женой так себя ведут? Тебя не интересует ничего, кроме полетов, стычек и еды! Ты спросил меня, нужно ли мне искать долину, хочу ли я жить там, как брошенка и понемногу сохнуть от старости.
– Илиана, – Арон опешил, – Ты и я... мы не любим друг друга, мы вынужденно поженились, и я стараюсь быть с тобой хорошим, что не так?
Мне очень хотелось сказать, что все не так. Я хотела повторить нашу ночь и понять так ли все прекрасно, как мне показалось. Я хочу чаще видеть его рядом, а не наблюдать его дракона в небе. Я хочу знать, что он чувствует ко мне, нравлюсь ли я ему хоть немного, но, когда он все время занят, разговора не получится.
В итоге я ничего не сказала, а просто сжала вилку, отчего она согнулась. Дракон посмотрел на вилку, на меня:
– Я не понимаю твоей злости. Я обещаю, что ты не будешь нуждаться, что ты будешь в безопасности, что еще тебе нужно женщина?!