Мед и яд
Его рот сжался в тонкую, гневную линию.
Марианна чувствовала себя так, будто у нее только что открылись глаза на крупную аферу. Только теперь она поняла, в какую игру он играет. Фредерик хотел жениться на ней, связать ее. Он хотел, чтобы она, однажды отказавшая ему, стала его собственностью. А для развлечения у него будет любовница, другая женщина.
Он не знает, что я все еще люблю его. И не хочу думать о том, что случится, если он узнает. Я не позволю снова причинить себе боль. На мою долю выпало и так достаточно страданий, с тоской думала Марианна. И главное, я никогда не выйду за него замуж. Рано или поздно ему придется отступить.
Вслед за Фредом она вошла в гостиную. Ее мать, слава Богу, еще не задремала. С тех пор, как умер муж, миссис Лойтер отказывалась принимать снотворное, Спала она плохо, и у нее появилась привычка клевать носом в кресле гостиной.
— Что же вы так долго? — мягко спросила она, когда молодые люди вошли. Марианна предупреждающе посмотрела на мать, но та не обратила на это внимания.
— Разве? — Фред поставил поднос на кофейный столик и мельком взглянул на Марианну. Миссис Лойтер разливала кофе.
— Хм. — Она передала Фреду чашку. — Да нет, я не возражаю. — Мать протянула чашку дочери. — Уверена, Марианна была рада поболтать со старым другом. И я надеюсь, — так же задумчиво продолжала миссис Лойтер, — что вы сможете вместе работать над продажей компании Эмери.
— Я тоже надеюсь, — многозначительно произнес Фредерик.
Марианна без труда поняла, что он имел в виду, но мать не обратила внимания на многозначительность его слов.
— Мы всегда рады тебя видеть, Фред. — Миссис Лойтер остановилась, подыскивая слова. — Я тут собралась съездить на несколько недель к пожилой родственнице в Беркли.
— К родственнице? — Марианна чуть не подавилась кофе. — В Беркли? Мама, ты о чем?
— А разве я тебе не говорила?
— Ты знаешь, что нет.
— Ой, дорогая, я хотела сказать, но тут все так перепуталось. Все эти дела с компанией…
— Что это за родственница? — настаивала Марианна. — Это же не тетя Бренда?
— Я столько лет с ней не виделась. И она так любит, когда мы приезжаем.
— Она всегда пристает с пустяками. Ты там с ума сойдешь.
— Знаешь, она только-только оправилась после операции, — сказала миссис Лойтер Фредерику. — Ее бедро. Бедные старые косточки.
— У нее есть сиделка, — напомнила Марианна.
— Но ведь намного лучше, когда рядом родной человек, правда, дорогая? — улыбнулась миссис Лойтер. — Конечно, со всеми этими болезнями сноровка у меня уже не та. Но я могу приготовить вполне сносный чай. У нас и интересы одинаковые: садоводство, книги. — Она вздохнула. — Мне там будет лучше, Марианна. Мне нужно уехать отсюда, подальше от этого дома и от воспоминаний.
Марианна беспомощно смотрела на мать.
— Сейчас? Почему именно сейчас?
— Отличная мысль, — заявил Фредерик.
Марианна сердито посмотрела на него.
Как он осмелился влезть в разговор, который не имеет к нему никакого отношения? Она бросила взгляд на мать, безмятежно попивающую кофе. Его ничем не проймешь. Может, матушка намеренно пытается их сблизить?
Думая об этом, она как сквозь какой-то туман слышала, как миссис Лойтер болтает с Фредом.
— Где ты остановился?
— В гостинице. — Фредерик явно был удивлен вопросом. — «Король Эдуард», на окраине города. Время ее, конечно, не пощадило. — Он рассматривал старую даму поверх края чашки.
Марианна наконец убедила себя, что во внезапном решении матери навестить Бренду Томсон нет никаких скрытых мотивов. И тетя Бренда, этот божий одуванчик, действительно восстанавливает силы после операции. Они давно не виделись, и Беркли пойдет маме на пользу.
— Эти бедняги, — говорила миссис Лойтер. — Знаешь, старый Льюис Финк пьет. Это ни для кого не секрет: он пропивает большую часть прибыли. Сейчас им приходится потуже затягивать пояса.
Они даже подумывают о продаже. Там просто больше нечего делать. С тех пор как ты уехал, закрылись еще две фабрики. Здесь совсем не нужна гостиница. Ко всему прочему они погрязли в долгах. И конечно, у них совсем нет денег на ремонт.
Марианна перестала ломать голову над тем, каковы были мотивы матери. Теперь ее занимал вопрос, может ли она сама уехать куда-нибудь подальше, пока Фредерик не откажется от своей мести. Говорят, что в Австралии круглый год светит солнце. Мечта идиотки!
— Питание тоже оставляет желать лучшего, — продолжала рассуждать миссис Лойтер. — Иногда готовит Сельма и всегда присматривает за кухней. Но она уже не молода, да и с Льюисом проблем хватает.
Франция, решила Марианна, поближе к Англии, но все равно далековато. Может, мама согласится переехать на юг Франции, там тоже солнечно. Нет, конечно нет. Она в конце года собиралась проходить курс физиотерапии. И ее французский далек от совершенства.
— Да, пища ужасная, — охотно согласился Фредерик. — Хотя к вашему маленькому хозяйству, — тепло добавил он, — это не относится. Даже если яблочный пирог был приготовлен вчера. — Он лукаво усмехнулся.
Шотландия. Погода там жуткая, размышляла Марианна, но там не будет Фредерика Галли, превращающего ее жизнь в ад. Может быть, вдали от него она сможет излечиться от своей глупой любви?
Одно несомненно: оставаться здесь ей нельзя. Она не может рассчитывать на то, что Фред уедет только из-за ее отказа выйти за него замуж. Возможно, он и решит купить фирму без ее согласия на брак. Но наверняка станет следить за каждым ее шагом, пока длинноногая белокурая любовница греет его постель.
— Поэтому… — до Марианны дошел твердый голос матери, — …и особенно сейчас, когда я решила навестить бедняжку Бренду. А тебе, я думаю, следует остановиться у нас. По крайней мере до тех пор, пока ты не обзаведешься своим гнездом.
И тут Марианна поняла, в чем суть разговора, доносившегося до нее последние пятнадцать минут.
— Ты составишь компанию Марианне, — договорила миссис Лойтер со спокойной улыбкой на милом, задумчивом лице.
7
Марианна лежала на кровати, уставившись в потолок. Свет был выключен, и комната погрузилась в темноту, но она так и не сомкнула глаз. Теперь ей не уснуть.
Как ты могла? — спрашивала она мысленно мать. Пока миссис Лойтер и Фред обо всем договаривались, Марианна ошеломленно молчала. Но когда Фредерик уехал, собираясь вернуться на следующий день, она набросилась на мать:
— Как ты могла предложить ему остановиться у нас?
— По-моему, это вполне понятно. — Миссис Лойтер поднялась и направилась в свою спальню. Марианна следовала за ней, пытаясь прийти в себя. — В конце концов, дом огромен — он слишком велик для нас с тобой. А когда я уеду к тете, тебе здесь будет страшно и одиноко. Я боюсь за тебя.
— Почему? Меня вполне устраивает моя собственная компания. Мне не нужен…
— Я буду чувствовать себя спокойнее, зная, что Фред здесь. — Мать остановилась у двери, но Марианна сделала вид, что не понимает намека на окончание разговора.
— Но это наш дом, а Фредерик Галли, — Марианна выходила из себя, — здесь чужой. И в довершение всего ты собираешься уехать и оставить меня… нас… здесь!
Она просто бурлила от негодования, а ее голос становился по-детски жалобным. Мать снисходительно улыбнулась.
— Не такой уж он и чужой, дорогая. Можно подумать, это не ты в свое время положила на него глаз, — упрекнула она дочь, снимая с постели покрывало. Потом миссис Лойтер присела у туалетного столика и принялась покрывать кремом лицо на ночь. Я не знаю, что с тобой вдруг произошло, Марианна. Конечно, ты все еще под впечатлением гибели Стива и отца. Мы обе тяжело переживаем эту утрату. Но сегодня вечером ты была слишком резка.
— Ничего подобного, — упрямо отозвалась Марианна. — Просто я не считаю нужным открывать двери нашего дома всем и каждому.
— Фредерик — старый друг! — Миссис Лойтер обернулась к дочери. — Я думала, тебе это поможет. Дорогая моя, компания тебе не помешает. Ты слишком уж склонна к самокопанию. Кроме того, если вы сейчас будете рядом, это может вызвать у вас и прежние чувства. Поработайте вместе, Фредерик вникнет в дела фирмы. Вы ведь были такими близкими друзьями, даже более чем. Я просто не понимаю, что сейчас происходит.