Кирпичики 2 (СИ)
Глава 21
- Не сказать, чтобы меня там как родную приняли, но и напрямую никто ничего такого не высказывает. Присматриваются всё больше… тебя, кстати, очень хвалят, говорят, что спец классный и вообще парень хоть куда.
- Завтра ещё одного товарища мужского пола приведу – если Алевтине понравится, нас хотя бы двое в вашем женском гадюшнике будет.
- А и то ладно, - покладисто согласилась она, - я его знаю?
- Миша Шубин, из нашей бригады… связью будет заниматься.
- Да, помню такого… с бородой он, кажется, ходит.
- Спасибо, родная, - сказал я, съев салат из помидоров, - я тут сбегаю ещё в одно место.
- А куда, если не секрет?
- К другому Сане, который лотереей занимается.
- Можно, я с тобой? А то скучно тут сидеть в четырёх стенах.
- Ну пошли, - с некоторым сомнением ответил я, - только я тебя прошу, лишнего там ничего говорить не надо – улыбайся и помалкивай.
- Как будто я много лишнего когда-то говорила, - ответила Галя, натягивая джинсы с короткой маечкой.
И тут веселье забило ключом
Сели на трамвайчик, потому что тащиться пешком все сорок минут это удовольствие очень ниже среднего. Красный двухвагонник производства славного Усть-Катавского вагоностроительного завода дрожал и бренчал всеми своими составляющими, как ведущий с бубном на детском утреннике.
- И когда у нас нормальные трамваи в стране начнут делать? – спросила меня по ходу поездки Галя.
- Ой, нескоро, Галюша, - отвечал ей я, - и через тридцать лет они всё такие же увечные тут ползать будут… вот Германию взять…
- И что там в Германии?
- Город Бремен например, ну откуда Бременские музыканты вышли – знаешь, наверно?
- Наш ковёр цветочная поля-я-ана, - процитировала Галя. – Мой любимый мультик в детстве… но ты продолжай про Бремен.
- Так вот, он раза в три меньше нашего Энска, поэтому метро там рыть не стали, а по всему городу проложили трамвайные рельсы. Пересадочный узел на железнодорожном вокзале, на Хаупт-банн-хофе по ихнему. Очень удобно – быстро и без проблем в любую точку попадаешь, даже в аэропорт всё на том же трамвае можно добраться. Шума практически никакого, рельсы на резиновых демпферах лежат. Вагоны вытянутые и каплеобразные, смотрится очень неплохо. Нам до такого уровня, как до Луны.
- Здорово, - задумалась Галя, - а он ведь на берегу моря, этот Бремен?
- Я бы не сказал… до Северного моря и морского порта там километров двадцать где-то. Но как ни странно, порт считается частью города – проездной на день действует и на электричку до этого Бремен-Хафена.
- А ты же во Франкфурте был, - вдруг уцепилась она за неувязочку в моих словах, - при чём тут тогда Бремен?
- Так я ещё раз в Германию ездил, год назад, командировка от института была. Вот тогда-то и был Бремен… и ещё Гамбург.
- Про Гамбург я слышала, что там какая-то очень весёлая улица есть, как её…
- Репербан наверно, - помог ей я.
- Точно, Репербан – колись уже, заходил на неё или как?
- Переводится, как «Канатная дорога», - сказал я, - заходил, конечно, это же главная местная достопримечательность.
- И чего там, на этой канатной дороге?
- Центр ночной жизни, будто сама не знаешь… ночные клубы, бары, дискотеки, стриптиз, публичные дома.
- Девочку-то какую снимал там?
- Не решился, - честно ответил я, - уж очень страшные они все… да и дороговато. На этом Репербане, кстати, начинали свою карьеру ребята из Битлз. Играли там в ночном клубе за три копейки.
- Не знаю – расскажи.
- Ну слушай – продюсер Битлз, еще не Эпштайн, а тот, что до него был, неплохо наварился, отправив незадолго до того в Гамбург другую свою подопечную группу, ну и значит решил продублировать успех, в конце 60-го года послал туда Битлз. Ринго Стара у них в составе ещё не было, вместо него Пит Бэст какой-то числился. Выступали они там сначала в клубе Идра, а потом в Кайзеркеллере буквально за 2 фунта за вечер. На всех. Хватало только на поесть, на выпивку уже ничего не оставалось. Но вспоминали они потом про этот период своей жизни с теплотой – там они научились не бояться публики и написали несколько своих хитов, из-за которых их и приметили нужные люди.
- А потом они взлетели в небо, как ракеты, - задумчиво продолжила Галя, - это же Леннон как-то заметил, что Битлз сейчас популярнее Иисуса Христа?
- Угу, он… только это через 6-7 лет после Гамбурга случилось. Из-за этой фразы у него ещё потом серьёзные проблемы начались… а мы, кажется, приехали.
От трамвайной остановки «Улица Красных партизан» до дома, где жил и работал Саня, идти было всего ничего, два поворота и три подъездных промежутка. Я позвонил в дверь, Саня сразу же открыл, но вид его мне сильно не понравился.
- Привет, что с тобой такое? – спросил я.
- Привет, - буркнул он, - ничего особенного. А это кто с тобой?
- Это Галя, одноклассница, мы с ней женимся через пару недель, - представил я её.
- Красивая, - заметил Саня, - ну заходите, раз пришли, что ж с вами сделаешь.
В квартире у Сани имел место творческий беспорядок, но я заметил, что сегодня он какой-то чересчур уж творческий. Буквально всё вверх дном у него было. Саня сел на кресло возле письменного стола и указал нам на продавленный диван рядом.
- Как дела? - начал я диалог, - сколько новых абонентов подключил? Сегодняшнюю порцию билетиков напечатал?
- С абонентами всё прекрасно, - как-то очень замедленно отвечал он, - всего сейчас пятьсот десять штук, прирост за неделю шестьдесят два. А насчёт билетиков я бы с тобой глаз с глазу хотел переговорить.
И он выразительно посмотрел на Галю, та поморгала, но ничего не высказала.
- Пошли поговорим, - согласился я, - в подвал или на улицу?
- В подвал, - всё так же угрюмо отвечал Саня, после чего обратился напрямую к Гале, - а ты тут не скучай пока, журнальчик вот полистай.
И он сунул ей в руки Плейбой от начала года. С Полой Абдул в очень экономном купальнике на обложке. А мы нырнули по приставной лестнице вниз – здесь было тепло и тихо, только оба видеомагнитофона слегка шуршали, перематывая кассеты.
- Я вот чего… - начал Саня, - я больше не буду эти билетики делать. Забирай с концами свою машину и проваливай. И по видеопрокату я больше не буду с тобой сотрудничать – договор разрывается, тыща в виде как неустойки тебя устроит?
- Стой-стой, - притормозил его я, - что-то случилось, чего я не знаю? Вчера же ещё всё хорошо было, что произошло за день?
- Много чего, - угрюмо отвечал Саня, - а главное то, что меня за малым не убили примерно час назад.
- Кто и за что? – задал я сразу два вопроса.
- Чечены за лотерею, - лапидарно ответил он сразу на оба, - и давай на этом закончим, я уже вот как сыт по горло пустыми разговорами.
- Там же Гена все вопросы разрулил? – не понял я, - чего они опять вылезли?
- Слушай, не напоминай мне про этого козла, - совсем уже каким-то потухшим голосом сказал Санёк, - Гена твой никто и звать его никак – отпрыгнул он в сторону, когда проблемы начались, и оставил меня один на один с Магой.
- Странно, - вслух подумал я, - что-то тут не так, надо разобраться… и потом, зря я что ли БРДМ пригонял?
- А этот твой БРДМ чечены пробили всё в тот же вечер, и что ты его на два часа в аренду взял, и что боеприпасов в нём никаких нету.
- А почему ж они ко мне, например, не пришли, эти Маги с Вахами?
- Это мне неинтересно, извини уж, - ответил Саня, потом достал из какой-то коробочки пачку сторублёвок, отсчитал десять штук и протянул мне. – Мы в расчёте… и пожалуйста, больше не приходи сюда и не напоминай про себя, очень тебя прошу.
- Да не вопрос, - ответил я, забрав деньги, - но с Геной и Магой я таки разберусь как-нибудь на досуге.
А далее я взял Галю под локоть и мы покинули негостеприимную квартиру Сани Пермякова, видеомагната и лотерейного бизнесмена.