Личный лекарь младшего принца (СИ)
Скрипнула зубами, прекрасно понимая, что ставить на ноги военных вражеской страны, напавшей на Акрен - это, своего рода, предательство. Одно дело помочь страдающему на поле боя человеку, который мог стать и военнопленным, другое - лечить всех тех, кто вернется назад к стенам городов страны, ставшей моей новой родиной, и станет убивать, завоевывать, крушить. Озвучивать свои мысли, само собой, не стала, решила, что буду разбираться с проблемами по ходу. Сейчас тревожно косилась на несущих моего “брата” вояк, нутром чувствуя, что Олман слабеет с каждой минутой, уходит от меня, из этого мира. Я холодела от одной мысли, что могу его не спасти. Ничуть не сожалела, что назвала принца своим родственником. Так легче было скрыть его высокое происхождение. Никто бы и не подумал, что Его Высочество может скрываться за статусом брата знахарки. А я была уверена, что его начнут искать среди пленных, как только станет ясно, что принц Акрена пропал, что его нет ни среди живых, ни среди убитых.
Нас переправили порталом в какой-то бусванский город. Я мало что смогла рассмотреть. Только грязную дорогу, желто-каменные дома, да несколько шпилей центрального здания. Командор распорядился, чтобы меня и Олмана увели не вместе со всеми другими пленниками, а доставили в расположение местного лазарета. Там нас заперли в какой-то каморке, узкой, без мебели, с крошечным полукруглым, залепленным пылью окошком под потолком. Из удобств тут был только соломенный матрас. На нем я и разместила принца, как только бусванцы ушли, оставив нас.
“Думай о хорошем, думай о хорошем!” - говорила я себе. - “Ты жива, сумку с лекарствами не отобрали, а значит можно постараться спасти Олманиэля!”
Дрожащими руками разорвала на нем одежду, добираясь до раны. То, что увидела, не сулило ничего хорошего. На бледной коже распространился огромный синяк. Похоже, мой эликсир смог унять внешнее кровотечение, но не прекратил внутреннее. Это значило, что спасти моего принца могла только сильная целительская магия, которой я так и не успела обучиться, или операция. Но у меня не было ни нужных инструментов, ни соотвествующих навыком, ни достаточного количества обеззараживающих средств. Да ничего! Только набор первой помощи.
Хотелось разреветься от собственной беспомощности, упасть на похолодевшую грудь моего принца и дать волю чувствам, скулить до хрипоты. Но я коснулась его груди не для этого, прислушалась, старательно считая удары сердца Его Высочества, с каждой секундой все отчетливей понимая, что оно бьется реже, и реже. Олманиэль умирал.
- Нет, нет, нет! - затараторила я, бросаясь к своей сумке. - Все не может закончится вот так! Просто не может! Мы ведь столько раз уже выбирались из подобных переделок, да? И ты меня не бросишь! Я не позволю!
Среди множества склянок и порошков, что были взяты с собой, не находилось ничего, что могло бы хоть как-то помочь. Сейчас бы ту книгу, что дала мне госпожа Малтин для изучения, или хоть бы ту, что я забрала из лесного домика знахарки… Тысячу лет тому назад! Но их не было. Вдруг Олманиэль как-то странно захрипел. Я бросилась назад, к нему, наблюдая, как из уголка рта принца потекла тоненькая струйка крови. Не разрыдаться в этот момент уже не смогла. Понимала - это конец. Безвозвратный, безвестный, безысходный… Обхватила голову руками, готовая вырвать себе все волосы. Да что тут сказать! Я бы сердце сейчас вырвала из своей груди, если бы это вернуло к жизни моего принца. Все равно не могла представить, как стану жить дальше, зная, что его больше нет.
Не веря в произошедшее снова приложилась к его груди. Сердце не билось. Реанимация. Искусственное дыхание, как поступил бы любой земной фельдшер. Еще и еще, до боли в руках, до изнеможения. До головокружения и мельтешащих мушек перед глазами. Тщетно. Мой принц, моей сероглазый несносный, неугомонный принц, человек, которого я полюбила всем сердцем, был мертв. И я ничего не могла с этим сделать. Беспомощность сковала меня железными путами, опуская в пучину отчаяния, из которой никакого возврата даже не предполагалось. Я почти задыхалась, чувствовала, как раскалывается, разбивается на мелкие кусочки что-то внутри, как бьется конвульсивно душа. Хотелось только одного: отправится вслед за Олманом, за пределы этого мира, чтобы вырвать первые ростки стремительно разрастающейся внутри боли, пока они не окрепли и не заполнили меня до краев. Я желала смерти, звала ее, молила и понимала, что сама она не явится.
Зато явился кое-кто другой. Тот, о ком сейчас я и не помышляла, не вспоминала. Откуда? Как? Почему? Вопросы роем взметнулись в сознании, заставляя задохнуться, как только увидела его, подняв взгляд, привлеченная скребущим звуком.
Глава 54
Маленькое пыльное стеклышко в полукруглой раме постукивало от того, что его настырно пихал рыжей лапой кошак. Это окошко оказалось не запертым. Да и зачем бы его запирать: слишком высоко и мало для побега. Наконец настырная усатая мордочка просунулась в каморку.
- Не ждала? - промурлыкал кот и неожиданно пролез весь, резко сиганулл вниз.
Инстинктивно подалась навстречу, стремясь поймать эту удивительную животину. В итоге рыжий спикировал мне прямо в руки, и тут же спрыгнул на грудь принца.
- Ну! - грозно сверкнув на меня зелеными глазами, фыркнул кот. - Так и будешь слезы лить, или все же спасать пойдешь своего коронованного избранника?
- Если бы я только могла хоть что-то сделать… - задыхаясь от подкатывающих рыданий, выдавила из себя.
- Вот не зря всегда сомневался в твоих умственных способностях! - спрыгивая на пол, фыркнул кот. - Ладно раньше ты ничего о себе не знала, но сейчас же в курсе, что ходящая! А все туда же, сидишь-рыдаешь!
- И как мне может помочь эта способность в борьбе со смертью?! - начиная злиться на усатого, выговорила я.
Не могла взять в толк, о чем говорит этот наглющий, рыжий, хвостатый кошак. Да, я была в курсе, что владею необычной магией, позволяющей перемещаться с места на место без портала, но Олманиэль был не где-то спрятан, потерян. Нет. Он был мертв.
- Ну-у-у… - протянул усатый, пару раз стукнув принца лапкой. - Теплый же еще. Значит душа далеко не ушла. Шагай за ней, напитай силой, верни назад.
Что? Ушам своим не поверила! О чем говорит этот рыжий? Вопрос оказался правильным, потому как в мыслях тут же всплыли слова Олманиэля, его объяснения о том, кто такие ходящие. Принц ведь и правда что-то такое говорил, о способности этих волшебниц возвращать умерших с того света. У меня аж дыхание перехватило. А внутри вдруг потеплело от огонька загоревшейся надежды.
- Как? - с придыханием произнесла я. - Как это сделать? Что нужно? Я на все готова!
- На все готова она! - закатывая глазюки, фыркнул кошак. - Чего тогда не делаешь? Давай, садись, входи в транс и шагай.
- Я не понимаю… - затараторила в ответ. - Как?
- Да боги великие! Сядь уже и расслабься! - прошипел кот. - Помогу я, помогу-у-у!
Расслабься?! Он это серьезно! Как я могу расслабиться, когда тут такое? Хотелось стукнуть по наглой рыжей морде, да только этот пушистый был моей единственной, пусть и призрачной, надеждой на спасение Олманиэля.
Подавив в себе все эмоции, кипящие подобно вулканической лаве, села на холодный грязный пол, сделала глубокий вдох, медленный выдох, стараясь как-то отрешиться. Кот прыгнул ко мне на руки и заурчал. Так громко, что вибрации его внутреннего моторчика проникали в каждую клеточку моего тела.
Закрыла глаза, поддаваясь какому-то внутреннему велению, провела рукой по мягкой шерсти животного, чувствуя, как неосознанно, но стремительно погружаюсь куда-то глубоко в себя. Я словно бы падала в пустоту и в тоже время взлетала ввысь. И все вокруг покрыла плотная пелена. Перестала ощущать себя, свое тело, окружающую действительность. Не было больше каморки, давящих стен, пыли, моего грязного платья, кота на руках. Только странные вибрации и… сизый, окутывающий меня, туман…
Не могла вспомнить, открывала ли я глаза, но увидела вокруг себя эти пушистые, густые клубы, сквозь которые пробивался белый свет. Где же я? Это было совершенно непостижимое место. Тут не было ни неба, ни земли, ни верха, ни низа, ни права, ни лева. Не было ничего. И было все.