Птичка в академии, или Магистры тоже плачут (СИ)

— Ой, я буду очень рада вам помочь! — к моему счастью, согласилась она, и я облегченно улыбнулась ей в ответ. Вот только следующие слова магистра заставили улыбку застыть на моих губах: — Вы уже придумали, как будете украшать зал и помост для выступлений? 
— Что украшать? — спросила я растерянно. — Я ведь… отвечаю только за культурную часть вечера. 
— А кто тогда отвечает за убранство? 
— Не знаю… 
— Ты не знаешь-пф, а магистр, похоже, в курсе дела, — проворчал Ё-ё и погладил меня по голове. 
— Странно, — пожала плечами Лайза. — Я уже пять лет преподаю в академии, и эта обязанность всегда лежала на плечах культорганизатора. 
— Наверняка эта стервь сказала бы об этом за день до бала или даже позже. А там хоть порвись! — сжал лапки в кулачки еж, а потом вполне правдоподобно передразнил Марлену: — Как вы могли этого не знать?! Это же все знают! 
— Не понимаю, зачем ей это? — удивилась магистр. — Она ведь тоже отвечает за бал. Тот же фуршет — ее обязанность. А в случае, если убранства не будет, ответственность падет и на нее. 
— Чтобы нервы Эйлин потрепать, — буркнул Ё-ё. 
— Возможно… Она любит такое… — задумчиво протянула Лайза. — Ладно, мне пора на занятия. Я приду завтра вечером на прослушивание? Интересно взглянуть, что умеют наши адепты, — улыбнулась она. — А потом обсудим украшение зала и набросаем черновую смету. 
— Конечно! — улыбнулась я, радуясь, что у меня появился такой помощник. — Даже и не знаю, что бы я без вас делала! 
— Давай перейдем на «ты»? — слегка поморщилась Лайза. — У нас ведь не такая большая разница в возрасте. 
— Давай, — согласилась я. 
Похоже, ко мне уже успели немного приглядеться. И я была рада, что потихоньку начинали общаться и налаживать дружеские отношения. 
Мы с Лайзой разошлись, и я поспешила в другое крыло замка, где скоро должен был начаться и мой урок. Но стоило расстаться с магистром, как мысли снова унеслись к разговору с мужчинами. 
— Ездили на переговоры, — ответил на мой вопрос эль Лавалье. 
— Куда ездили? — не поверила я своим ушам. 
Граф тяжело вздохнул и окинул меня внимательным взглядом: 
— Что ты знаешь о Пустоши? 
— В смысле? — опешила я. 
— В прямом. Что ты знаешь о Пустоши, кроме того, что это вотчина монстров? 
— А разве я должна что-то еще знать? — все больше удивлялась я, судорожно пытаясь припомнить что-нибудь, что выходило бы за рамки общеизвестных догм. Но на ум ничего не приходило. 
— Нет. В том-то и дело, — невесело усмехнулся Марсель. — Это государственная тайна. И если ты все-таки хочешь ее услышать, тебе придется дать клятву. 
А хочу ли я ее узнать? Дядюшка не раз говорил: «Эйли, не лезь в чужие тайны — здоровее будешь. И свои тайны никому не рассказывай. Хочется почесать язык? Почеши им дерево». Но дядюшки сейчас рядом не было, а я вдруг осознала, что хочу узнать тайну Пустоши. Очень хочу! Что-то внутри кричало: ты должна знать больше! 
— Хорошо, — наконец решилась я и, пока не передумала, быстро произнесла магическую клятву о неразглашении того, что сейчас услышу. 
Ощутила, как на источник словно легла тоненькая сеточка запрета и растворилась в нем. Не дай источник теперь проболтаться — могу лишиться дара. 
Мужчины удовлетворенно кивнули, а у меня, несмотря даже на ментальные щиты, от нетерпения сердце быстрее застучало и в горле пересохло. 
— Что ж, тогда начну с самого начала. Как ты знаешь, около двух тысяч лет назад прогремела страшная магическая война, которая и породила Пустошь — магическую аномалию, в которой начали появляться и плодиться монстры. И чтобы защитить от них мир, были выстроены цитадели и стена. Где-то стена не так высока, как хотелось бы, где-то возвести ее почти невозможно, но люди всегда справлялись с нашествием тварей и научились делать из их органов и того, что произрастает в Пустоши, лекарства от тяжелых болезней, в том числе неизлечимых, как, впрочем, научились делать и яды. Но не суть. — Марсель потер вытянутую забинтованную ногу и продолжил: — Мы шьем из шкур монстров элитную одежду, делаем украшения, артефакты и даже предметы декора из их костей. Лучше спросить, чего мы НЕ делаем из того, что дает Пустошь. 
  
— Не понимаю, к чему ты мне это рассказываешь? — нахмурилась я. 
Марсель вздохнул: 
— Эйлин, я хочу, чтобы ты поняла: уничтожение Пустоши не входит в планы ни одного государства мира. Более того, Пустошь — это стратегически важное место для всех, кто с ней граничит. И крайне важно, чтобы в ней все продолжало оставаться таким же, как и сейчас. 
Признаться, меня давно мучила мысль, почему человеческие государства до сих пор не объединились и не уничтожили такое опасное место. Да, сложно и муторно, но ведь возможно, а тут вот как получается… 
— Не понимаю, — мотнула я головой, переключаясь на другие мысли. — Вы что, встречались в Пустоши с представителями других королевств? Это даже звучит как бред. 
— Нет, с представителями других королевств мы в Пустоши не встречались… — возразил Марсель и замолчал. 
За него продолжил Даниэль: 
— Мы должны были встретиться с представителями самой Пустоши. 
В комнате повисла звенящая тишина. Я пыталась переварить услышанное, а магистры испытующе смотрели на меня. 
Что значит «представители» Пустоши? Насколько я знала, там живут псевдоразумные существа вроде фей, арахнидов и нагов. Но во всех трудах о Пустоши написано, что такие существа хоть и обладают некоторыми признаками разума, но полноценного сознания не имеют. Более того, у изучаемых особей был крайне высокий уровень агрессии и все они питались человечиной. С кем в таком случае там можно вести переговоры?! 
Или… В тех трудах, что попадались мне в руки, написано далеко не все? И стоит ли в таком случае мне лезть в это? Дядюшка ведь не уставал повторять, чтобы я держалась от Пустоши и от всего, что с ней связано, как можно дальше. 
Молчание затягивалось, но его прервало уверенное заявление Ё-ё: 
— Эйлин, нам такие тайны не нужны. Мы ничего не слышали и слышать не хотим! И вообще, считайте, что мы временно заболели глухотой. — Он посмотрел на меня с беспокойством. — Эйлин, ты меня слышишь?! Лучше заболеть глухотой сейчас, чем потом стать заикой! 
А я смотрела на Ё-ё, но не видела его. Перед глазами почему-то стояло миловидное, даже кукольное личико женщины с большими фасеточными глазами. Казалось, она заглядывала мне душу, и ощущала я себя при этом очень маленькой и напуганной. Но пугала меня не эта женщина, а то, что только что случилось. Случилось… Что же тогда случилось… 
В голове зазвенело, что-то то ли в голове, то ли в сердце натянулось, как струна, и завибрировало. 
— Эйлин! Что с тобой?! — вырвали меня из этого состояния обеспокоенные голоса и легкое встряхивание за плечи. 
Лицо с фасеточными глазами растаяло, я увидела перед собой взволнованное лицо Даниэля и ощутила, как Ё-ё крепко обнимает меня за шею. Слишком крепко. 
— Все хорошо, — просипела и погладила ежика по мягким иголкам. — Ё-ё, ослабь хватку. 
Друг спохватился и отпустил мою шею, но тут же ухватил локон моих волос и начал накручивать его на лапки. Что-то он перенервничал. Мне казалось, Ё-ё давно отучился от этой привычки. Вернее, я его усиленно от нее отучала. Иногда после таких его нервных вывертов пряди приходилось выстригать, потому что никакие заклинания не помогали распутать то, что он успевал наворотить. Но сейчас я не стала его упрекать и отбирать прядь. Может, самой попробовать так успокоиться? И что это вообще было?! 
— Держи. — Даниэль сунул мне в руки стакан с водой. — Не думал, что ты такая впечатлительная. 
— Я тоже, — пробормотала и одним махом осушила стакан. Полегчало.