Птичка в академии, или Магистры тоже плачут (СИ)

— Это вам сейчас любой скажет, — буркнула я, мысленно возмущаясь. 
То есть это я фурия, а не он без сил, возможно, ранен и хочет побыстрее добраться до своей комнаты, чтобы помочь другу. 
Но сейчас было не до возмущений, и я с эль Мейром под руку попыталась обогнуть застывшую перед нами секретаршу. Носилки с эль Лавалье при этом пришлось поднять выше голов, а то мало ли кто зацепит их, тогда ни о какой конспирации не будет идти и речи. 
— Прошу простить, что задержали вас, эра Гауф. Мы пойдем. 
— Ну что вы?! Я же вижу, как вам тяжело справиться с таким большим и слегка невменяемым мужчиной. Давайте я вам помогу. — Голос Марлены приобрел бархатистые оттенки, ее глаза заблестели, а губы расползлись в широкой улыбке. 
Локоть магистра под моей рукой дернулся, будто он хотел его вырвать и броситься наутек. 
Секретарша ухватилась за бицепс эль Мейра и принялась его так истово трогать, что он поморщился. 
— Что это?! — внезапно взвизгнула она, глянув на свои ладони. 
Они были в чем-то розовом. Хотя почему в чем-то? В крови они были. На темном костюме эль Мейра темные пятна были не сильно заметны, но как их объяснить сейчас? А он, похоже, все-таки ранен в ту самую руку, которую так истово мяла секретарша, раз кровь на одежде до сих пор не засохла. И это плохо. Очень плохо! 
Решение пришло молниеносно. Пока Марлена пялилась на свои руки и в ее глазах зарождалась догадка, я на кончиках пальцев сформировала заклинание трансфигурации и запустила в секретаршу. В мгновение ока вся кровь, которая могла быть на ее коже или одежде, превратилась в вино. Хорошо, что крови на Марлене было мало — только на руках, — иначе бы мой резерв просел опасно сильно. Очень уж энергозатратное это заклинание и невыгодное для самого мага. Чтобы сделать из камня, к примеру, золотую монету, средний маг потратит столько магической энергии, что может заполучить магическое истощение. Уж проще выполнить гораздо менее магически затратный заказ и получить куда больший гонорар. Но с жидкостями трансфигурация работает проще, хотя за качество получившегося напитка я бы не поручилась. 
Но чего я не ожидала, так это того, что в следующее мгновение Марлена сузит глаза и… лизнет свою ладонь! 
— Что вы делаете?! — опешила я. 
Она как-то странно на меня глянула, отчего я внутренне поежилась, и заливисто, но как-то натужно рассмеялась: 
— Даниэль, что за отраву ты пил? Еще и весь испачкался... Ты что, не пил, а обливался? — И начала активно принюхиваться к магистру. 
Но я сама успела убедиться, алкоголем от него как раз и не пахло. И это прокол. Судорожно соображая, что предпринять, я перебирала в голове варианты. Но ни один не подходил. Если я сейчас применю к эль Мейру заклинание трансфигурации крови в вино, то упаду от магического истощения — слишком уж много на нем крови. А трансфигурировать одно пятно не было смысла — слишком легкий запах будет, учитывая, что магистр весь в этих пятнах. 
Я перевела взволнованный взгляд на сосредоточенного эль Мейра и поняла, что сейчас, похоже, он Марлену вырубит и скажет, что так и было. И что греха таить, я была бы не против этого, но в фойе начали появляться адепты, и такое поведение боевика вызвало бы слишком много вопросов. 
Прикусив губу, я уже ждала разоблачения, когда Марлена внезапно начала чихать. Да так сильно, что почти сгибалась пополам от очередного приступа. И с каждым разом они становились все сильнее и сильнее. 
— Мы пойдем, а то я и в самом деле устал. А ты бы лекарю показалась, а то разносишь тут бациллы, — пьяно проговорил эль Мейр и скорее повел меня вперед. 
Я же не сразу сообразила, что уже можно бежать дальше, потому не могла отвести взгляда от магистра Лайзы эль Штоль, которая стояла в стороне и все это время, как оказалось, наблюдала за нами. Потому что это именно она направила еле заметное заклинание на Марлену, заставив ее чихать. И не будь я в этот момент без очков, то и не заметила бы легкого колебания нитей силы. 
Магистр, поняв, что я заметила ее вмешательство, улыбнулась и слегка пожала плечами, как бы говоря: «А почему нет? Не бери в голову». И ушла в ближайший коридор. 
  
Что ж, спасибо за помощь. Она была очень вовремя. 
Тем временем мы поднялись по ступеням на второй этаж и свернули в преподавательский коридор. 
— Эйлин… — внезапно слегка смущенно, явно подбирая слова, произнес эль Мейр, — прости, что втянул тебя во все это, но… у меня к тебе еще одна просьба: не могла бы ты приютить Марселя у себя? 
— У меня?! А чем твоя комната плоха? 
Мы уже окончательно перешли на «ты». Сложно «выкать», находясь в столь экстремальной ситуации. 
— Сейчас Марлена очухается и припрется ко мне. Я в этом уверен. Я ее, конечно, выставлю, но что она сумеет прорваться и оглядеться — точно знаю. Не драться же с ней. 
— Неужели ты не можешь от нее отделаться раз и навсегда?! — не понимала я. 
— Как раз этого сделать я пока не могу, — как от зубной боли поморщился эль Мейр. — Она — источник информации, которого я пока не могу себе позволить лишиться. И тебе рекомендую сильно с ней не закусываться. Мы с Марселем во все разберемся, дай время. Но сейчас не о том. Давай уже поможем моему другу. Ему сейчас паршиво, как никогда. А если мы перенесем его ко мне, то вместо помощи и отдыха может получиться не пойми что. Марлена будет ломиться ко мне с упорством носорога. Да и нехорошо будет, если сейчас кто-нибудь увидит, что ты заходишь в мою комнату. 
Как бы подтверждая его слова, в другом конце коридора мелькнула рыжая шевелюра профессора эль Лура. 
— Ладно, — недовольно буркнула я, признавая, что эль Мейр в чем-то прав. 
— Вот и хорошо, — облегченно выдохнул он и устало потер переносицу. — Я в душ, приведу себя в порядок и приду к тебе под невидимостью. Будем думать, как помочь Марсу. 
— Из тебя сейчас такой помощник… Как, кстати, твоя рука? Марлена, похоже, разбередила рану. 
— Нормально, — слегка поморщился он. 
Я вздохнула, понимая, что эль Мейр еле стоит на ногах. 
— Иди уже. 
Проводила его обеспокоенным взглядом, помахала подошедшему эль Луру и, пропустив вперед носилки, вошла в свою комнату. 
Похоже, разбираться с ранением эль Лавалье придется самой. Сюда бы настоящего лекаря… Но эти упертые бартанары [1] ни в какую не хотят внимать голосу разума и ждут вечера. А так ведь и в самом деле можно дождаться… смерти. 
И все же если я увижу, что все совсем плохо, то обращусь за помощью к нашим лекарям. И будь что будет!
На секунду застыла у входа и на всякий случай наложила на дверь защитное заклинание, которое пропустит только эль Мейра. Метнулась в комнату, достала из-под кровати сундучок первой помощи и вернулась в гостиную. Сняла заклинание невидимости и увидела бледное лицо раненого. Рядом с ним сосредоточенно сопел еж. 
Сглотнула. Снова показалось, что эль Лавалье уже не дышит, но я быстро прогнала эту мысль. Одним решительным движением переместила письменные принадлежности и бумаги со стола на подоконник и уложила эль Лавалье. Столешницу пришлось удлинить магией, а чтобы не терять концентрацию, отвлекаясь на поддержание заклинания уплотнения воздуха, запитала его на простенький накопитель, которых у меня имелось много. 
— Ё-ё, ты чего так натужно сопишь? — с беспокойством обратила я внимание на питомца. 
Кажется, он даже покраснел и вспотел. 
— Я диагностирую-пф и формирую-пф, — не сразу пропыхтел он в ответ, и у меня отлегло от сердца. 
Потом смысл его слов до меня дошел, и я удивленно спросила: 
— Что ты делаешь? 
— Я взял на анализ кровь этого неудачника-пф. Там обнаружился какой-то яд-пф. 
— Яд?! 
— Скорее, не яд-пф, — совсем уж покраснев, пояснил Ё-ё, — но я его так назвал, потому что он влияет на мозг реципиента-пф. Хотя вроде бы как убить не должен. Для более детального анализа нужно время-пф. Но антидот сформирую в течение часа-пф. Ты работай. Не обращай на меня внимания-пф.