Любовь-целительница

Она посмотрела через плечо, услышав шум на лестнице. Показав знаком, чтобы она оставалась на месте, Александр встал и бросился к лестнице. Чайна затаила дыхание, но тут же услышала смех. Она через мгновение присоединилась к нему, увидев заплутавшую овцу, которая пыталась развернуться на верхней площадке.
Александр поднялся наверх, чтобы вытолкать овцу. Чайна последовала за ним, но задержалась у двери, пока он говорил с людьми, собравшимися поблизости.
  
Когда он вернулся, она поняла все без слов.
– Разбойник скрылся, – сказала она.
– Очевидно, он ушел в горы. Ни у кого нет желания преследовать его в вересковых зарослях, где он легко может спрятаться.
– Во всяком случае, он ушел.
– Пока что да.
 
Глава 13
Чайна кивнула, когда Александр указал на дальний конец церковного двора и сказал:
– Я хочу посмотреть, каким образом разбойник ушел так быстро. Там, в зарослях ежевики, должна быть тропа.
– Не задерживайся. – Она взглянула на небо. – Смотри, какие наползли облака. Того и гляди, может разразиться ливень.
Некоторое время она смотрела, как он удалялся, решительно распрямив плечи, затем повернулась и пошла в другом направлении. Дойдя почти до ворот церковного двора, она увидела, как между могилами материализуется Квинт. Он прошел мимо нескольких пасущихся овец, которые вздрогнули, но продолжили щипать траву.
– Квинт! Ты видел мужчину в черном плаще?
– Нет, – сердито ответил Квинт. – Почему ты не послушалась меня, когда я предупреждал, что будут и другие нападения до пятого сентября? – Его глаза, так похожие на глаза Александра, буквально просверлили ее. – Зачем ты привезла его сюда, здесь он в большой опасности!
Чайна попыталась подавить свое раздражение. Она с трудом сдержала себя, чтобы не выплеснуть слова, которые рвались наружу. Она старается делать все возможное. Он должен понимать, что единственным человеком, способным его видеть, остается она, молодая женщина, а не умудренный жизнью искусный воин. Ей очень хотелось напомнить ему: она пытается сделать то, что ему, Квинту, не удалось в течение пятнадцати столетий!
Она вздохнула, пытаясь успокоиться. Самое главное – сохранить Александра живым.
– Ответь на мой вопрос, – приказал Квинт, – зачем ты привезла его сюда, где его подстерегает опасность?
– Я привезла его сюда, потому что мы надеялись повидать викария, который хорошо знаком с мифологией. – Несмотря на все ее усилия, она все-таки выплеснула свое раздражение. – Видишь ли, моя жизнь не была столь драматична, пока ты не поручил мне заботиться о своем потомке. Я прошу всего лишь некоторого понимания. Я делаю все, чтобы спасти и ему жизнь, и, еще надо заметить, твою душу. Прошу немного вежливости.
– Приношу извинения, Чайна. – В его глазах вспыхнуло искреннее раскаяние. Как она могла сердиться на Квинта, когда он сам был несчастным пленником на протяжении многих столетий?
– Fata valentem, nolentem trahunt, – сказал Квинт.
– Желающего судьба ведет, нежелающего – влачит, – перевела Чайна.
Она посмотрела туда, где возле кустов на колени опустился Александр, что-то разглядывая.
– Пятое сентября совсем скоро, – тихо сказала она. – И это истинная правда, что я делаю все от меня зависящее. Я никогда без нужды не поставлю Александра под удар.
– Я знаю. – Квинт поколебался. – Расскажи мне о нем.
– Александр – маркиз. Это весьма уважаемый титул. Александра называют героем Англии за его подвиги в последней войне. Но он не просто блистательный воин. Он добр, умен и интересуется такими предметами, как история.
– Ты испытываешь особые чувства к нему!
Ей было не под силу остановить тепло, подступающее к щекам.
– Я спасла ему жизнь, а он сегодня спас жизнь мне.
Квинт хитро улыбнулся:
– Когда ты говоришь о нем, твои глаза блестят, словно два фонаря среди ночной тьмы. Я начинаю понимать, почему я обратился именно к тебе.
– Я постаралась бы спасти жизнь любого человека. – Она вызывающе вскинула подбородок. – Даже разбойника, если бы пришлось.
– Стало быть, ты не считаешь, что Александр должен отомстить этому homo ignavus за ранение, которое ты получила?
– Ленивому человеку? – переспросила она, сомневаясь, правильно ли она поняла латинские слова.
– Нет, оно означает – трусливый.
Чайна кивнула. Разбойник был трусливым существом, рыскающим по темным закоулкам и выныривающим из них тогда, когда намеченная им жертва теряет бдительность. Он нападает на беззащитных людей, а затем со всех ног убегает.
– Уж не разбойник ли попытается убить Александра пятого сентября? – спросила она.
– Возможно. Он показал, что является врагом моего потомка. Я… – Квинт внезапно растаял, даже не закончив предложения.
Чайна сердито посмотрела на место, где только что находился Квинт. Для призрака, который горит желанием положить конец проклятию, он исчезает в самые неподходящие моменты.
– Тебя беспокоит раненая рука? Тебе помочь открыть ворота? – спросил за ее спиной Александр.
– Я ожидала тебя, – ответила она и пожалела, что произнесла это нарочито безразличным тоном, сейчас явно неуместным.
Александр как-то странно посмотрел на нее. Он протянул ей клочок черной материи:
– Смею высказать догадку, что наш разбойник порвал плащ.
– Это похоже на обычную черную шерсть. – Она растерла клочок пальцами. – Какая-то груботканая, словно песчаная ткань.
– Песчаная? – Он нахмурился. – Кто-то недавно употребил это слово, описывая материал. Кто это был?
– Не имею понятия. – Глядя на клочок материи, она вздохнула: – Это вряд ли поможет нам узнать разбойника.
Александр грустно улыбнулся:
– Но мы не можем игнорировать любую, даже самую незначительную возможность. Если он станет искать человека, который может починить ему плащ, или нитки, чтобы самому это сделать, мы устроим ему ловушку.
– Если сообщить об этом всем, то он наверняка услышит о нашем намерении. Это совершенно иного рода баталия, совсем не такая, в которой принимал участие ты. Он может жить в деревне или пить пиво в таверне вот в эту самую минуту.
– У тебя трезвый подход.
– Ты вроде бы этим удивлен.
Александр спрятал кусок материи в карман кителя, его губы дрогнули в улыбке.
– Интересы твоего отца отличались широтой, и он вложил в тебя свою любовь к познанию.
– Ты можешь быть очень любезным, когда этого хочешь. – Чайна погрозила ему пальцем.
Он поймал его своими гораздо более длинными пальцами. Взгляд его снова сделался пронзительным, он поднял ее руку и положил себе на плечо, а другой своей рукой обнял Чайну за талию.
– Ты даже не представляешь, насколько любезным я могу быть, – шепотом проговорил он.
Эти теплые объятия более не удовлетворяли ее. Она хотела от него чего-то большего. Она хотела…
Громкий мужской крик взорвал тишину церковного двора. Со стороны таверны донесся шум голосов.
– Хватайте его и вешайте! – завопил кто-то.
Чайна попыталась вырваться из объятий Александра. Однако едва она смогла чуть повернуться, как он снова поймал ее.
– Не смотри туда, – сказал он.
– Они говорят о том, чтобы повесить человека! Кто-то должен остановить их!
– Только не ты.
– Александр…
– Послушай меня хоть один раз!
Он вперил в нее бледно-бирюзовый взгляд; голоса со стороны дороги поутихли.
– Это не он! – услышала она чей-то разочарованный крик. – Отпустите бедолагу.
Лишь тогда Александр отпустил ее, и она бросилась к каменной стене в дальнем конце церковного двора. Овцы смотрели на нее с тупым безразличием. Чайна увидела группу людей, сгрудившихся вокруг молодого человека, который по возрасту был не старше Шиан. Волосы его были всклокочены, шапка валялась у его ног на земле. Он стоял, выставив кулаки, готовясь защищаться.
  
– Ты уверен? – спросил другой мужчина.
– Это парень из Петти. Он не может быть разбойником, потому что выше его ростом.