Мастер душ. Том 3 (СИ)

— Все в конечном счёте попадают в больницу, когда сон становится глубоким и родственники не могут добудиться жертву. Я считаю, что нужно начать оттуда. Поднять документы и самим составить определённую картину, — уверенно кивнул Роман.
— Как мы попадём в больницу, не раскрывая себя? Сомневаюсь, что нам просто так дадут все истории болезни, — с сомнением проговорил я.
— Посмотрим завтра с утра перечень вакансий. В больницах в подобных мелких городках всегда не хватает санитаров и сиделок. Устроимся на время. Тем более что определённый опыт работы у меня всё-таки есть, — улыбнулся Роман — Когда началась война, я оказался рядом с северной заставой, и первое время помогал там, ухаживая за раненными. У тому же, у меня мать с сестрой были медсёстрами в больнице в том месте, где мы жили, — выдохнул он, отводя от меня взгляд.
  
— Как так получилось, что ты оказался в той банде мародёров и почему остался в монастыре? — прямо спросил я у него, не надеясь на то, что он ответит.
— В четырнадцать я остался сиротой. Прибывшие по нашу душу охотники вырезали почти всю мою семью и распотрошили на трофеи. Мне тогда удалось спастись и вытащить сестру. Правда, два года назад наши дорожки разошлись. Она осталась на заставе, а я ушёл, когда война официально завершилась. И оступился. Хорошо, что отец Фёдор принял меня, потому что после всего, что произошло в том лесу, я не знал бы, куда мне податься, — всё-таки ответил он, глядя в открытое окно, находившееся рядом с кроватью.
— Охотники? — нахмурился я. — Зачем им было охотиться на вас?
— Из частей тела оборотней разного вида делают артефакты, талисманы и всякие зелья, которые продают за достаточно большие деньги, — поморщившись, пояснил он. — Именно поэтому мы всегда прячемся и стараемся не выделяться среди обычных людей. Как бы мы ни прятались, они постоянно нас находят. Как им это удаётся, я так до конца и не выяснил.
— И что делают из гиен? — мрачно спросил я, впервые услышав о подобном варварстве среди людей. Будто нам демонов и обычной нежити не хватает.
— Поисковые артефакты и талисманы. Говорят, что, имея такой, можно найти клад или вещь, которую ты ищешь, — опустил он голову, невесело усмехнувшись.
— И что, они работают? — с сомнением спросил Курьянов.
— Понятия не имею. Мои клыки, язык и сердце всегда при мне, но почему-то об клад я не споткнулся и богатым не стал, — развёл он руки в стороны. — Так и становятся клириками в большинстве своём. Тебе некогда было общаться с другими братьями, я понимаю, но почти у всех оборотней, кто находился в монастыре, подобная история. Просто так в клирики мало кто идёт, стараясь всё-таки прожить мирную жизнь.
— Всё это суеверия, — тихо проговорил Павел. — Ещё несколько столетий назад было доказано, что только некоторые виды, такие как фениксы или драконы, обладают магическими свойствами. Остальные, вроде гиен или бобров, совершенно бесполезны.
— Рома, прости, я не знал. — Тихо проговорил я.
— Ничего. Твоя история практически не отличается от моей. Только её в отличие от моей знают практически все жители Российской Империи. — Пристально посмотрел он мне в глаза. — Ладно, это все отступления, которые не связаны с нашим делом. Как вам мой план?
— Вполне рабочий, — согласился я. — Только вот неизвестно, появится ли кто-то за отведённое нам время, или мы просто так будем драить полы все четырнадцать дней, или сколько мы здесь будем находиться. Когда было последнее нападение?
— Десять дней назад на гражданку Борковскую семидесяти четырёх лет от роду, похороненную на местном кладбище, — прочитал он в очередном документе. — Думаешь, надо сходить?
— Обязательно. Возможно, это совпадение, и душа всё ещё находится в этом мире. Тем более, нужно лично осмотреть тело. Сон же может вызвать кто угодно, как и слабость. Может, это вампир какой орудует, а люди просто умирают от обычной нехватки крови в организме. А души потом кто-то подбирает, пока Грань закрыта. — Поделился я своими мыслями. — Тем более, нужно проверить, что насчёт душ просто умерших от какого-нибудь случайного удара топором по шее или от банального столбняка после того, как наступил на ржавый гвоздь.
— Хорошая идея. Я об этом почему-то не подумал, — улыбнулся Роман.
— Я правильно понял, что вы хотите пойти на кладбище и вырыть парочку могил? — осторожно спросил Курьянов.
— А что в этом такого? Это неотъемлемая часть нашей работы, — ответил я.
— И это совершенно не привлечёт внимание? — всё ещё не отрывая взгляда от меня, допытывался до нас Глеб.
— Нет, если знать, что делать и как. Пара серебряных сторожу, и он не только позволит взглянуть на тела, но ещё и на страже постоит, — хмыкнул Рома. — Ничего противоестественного мы с трупами делать не станем.
— Ну тебе, конечно, виднее, — выдохнул он. — Ладно, завтра утром дойдём до больницы и просто прогуляемся по городу, может, найдём какие-нибудь зацепки без всего этого вандализма. Да и народ этого профилактория нужно осмотреть. Мне та старушка совсем доверия никакого не внушила. С ней точно что-то не так.
Глеб поднялся на ноги и, бросив на нас ещё один странный взгляд, вышел из комнаты. Я посмотрел ему вслед и тоже решил, что отдохнуть мне не помешает. Тем более что день действительно для нас с ним был насыщенным.
— Откуда этот моралист вообще взялся на нашу голову? — деловито уточнил Павел, когда я вошёл в свою комнату и просто завалился на скрипнувшую под моим весом постель.
— От князя Курьянова, видимо, — тихо ответил я отворачиваясь. — Не забывай, что он всю жизнь прожил в роскоши, ни в чём себе не отказывая, а сейчас на него слишком много свалилось.
— Ты так-то тоже, но ладно, придётся работать с тем, что есть. Так, глядишь, я и по бобру некроманту соскучиться успею, и по твоей огненной птичке. Хотя последнее, конечно, вряд ли. — Фыркнул перстень. — Слишком много от неё проблем…
Его разглагольствования прервал порыв ветра, от которого окно распахнулось настежь, а внутри комнаты стало заметно холоднее. Единичные снежинки кружились по воздуху и, попав на кожу, не спешили таять, распространяя холод, от которого кожа начала краснеть и неметь в месте соприкосновения. Я подскочил и бросился к окну, глядя, как вдалеке небо озаряется разноцветными вспышками, а снег, идущий прямо из безоблачного неба, покрывает всё вокруг.
— Похоже, что-то у них пошло не так с тем призрачным дедом, — прошептал Павел.
Раздался мощный удар грома, от которого здание ощутимо тряхнуло, а очередным порывом ветра, ворвавшимся через окно, меня откинуло к двери. От окутывающего меня холода я не мог как следует пошевелиться. Всё тело начало постепенно покрываться тонкой коркой льда, а сознание куда-то уплывать.
— Вот она долгожданная свобода! Я найду тебя несносный мальчишка, ты не спрячешься от меня, — прямо в голове прозвучал знакомый голос Первого Стража, а потом всё прекратилось. Посторонние звуки исчезли, а лёд, сковывающий, как мне казалось, даже все мои внутренние органы, просто испарился.
Голова жутко болела. Я кое-как поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам. Вся комната была засыпана снегом, который уже вовсю начал таять.
— Только его мне не хватает для полного счастья, — пробормотал я, стараясь унять подступившую к горлу тошноту.
Дверь распахнулась, и в номер влетел Роман, который поскользнулся и едва не растелился на деревянном полу.
— Ничего себе, — простонал он выпрямляясь. — За окном словно снежная буря прошла. Но у меня такого в комнате нет, хотя и окно было открыто. Ты в порядке?
— Не уверен, — проговорил я, ощущая, как из носа тонким ручейком потекла кровь. Нехило меня магией разума приложило. И это только краешком зацепило. Даже боюсь представить, что бы было, если бы я находился в её эпицентре.
  
— Что случилось? — о, и Курьянов подоспел.
— Наши наставники и один из сильнейших магов Российской Империи не справились с Первым Стражем, — повернулся я к нему, потому как он точно знал, о чём говорю. — И, похоже, он открыл на меня охоту.